Чтение онлайн

Это Боря их «прокатиться» отправил.

– А-а-а, понятно… А я подумал – Витька.

– Почему?

– Да так. Как-то неумело это у дяди Бори получилось, как у первоклассника магической школы.

Я с удивлением посмотрел на Данилку и подумал: «Что значит неумело? Как ещё это могло получиться?» Я и представить себе такого не смог бы, если бы не видел это собственными глазами. Да и что это ещё за магическая школа такая? О чём это он? Ну, я и спросил:

– А что, разве это можно ещё умелее сделать?

– А…, это просто, – как-то пренебрежительно ответил Овсянников. – Я это, если не знаешь, мог бы и лучше сделать.

Я стоял и смотрел на него, как на ненормального. Как это он «мог бы»? Ну, Брат, понятное дело, может. Он ведь в институте всякими чудесами занимается. В общем, я всё равно ничего на это не ответил: не хватало ещё, из-за этого поссориться. Хотя поссорится с Овсянниковым не так-то и просто. Я вообще не помню, чтобы он на кого-то обиделся и из-за этого поссорился.

Короче, я подумал, что Данил хвастает. Но оказалось, что он и вправду кое-что умеет. Это я на следующий день узнал. В общем, пришёл он ко мне домой. Родителей и Бори дома не было. Они были на работе. Витьки тоже не было – он гулял во дворе с малышнёй.

Мы включили телевизор. Скоро должны были начаться мультики, и мы хотели их посмотреть.

Мультики ещё не начались, а шла передача о происшествиях в городе. Рассказывали, как какого-то дядьку ударило током. Показали палату в больнице, где лежал этот «горе-электрик». Потом какой-то дядька из МЧС внушал зрителям, что нельзя самовольно лезть чинить проводку. Он говорил, что ремонт проводки и электрических приборов должны делать специалисты.

Я говорю Данилу:

– Боря всегда всё сам чинит и ни разу его током не ударило.

А Данилка:

– Дядя Боря же не лопух какой-нибудь. Он же сам специалист – доктор наук даже. А вообще, ерунда это всё. Я даже за провода могу взяться, и меня током не ударит.

– Врёшь!

– He-а, не вру. Вот смотри.

У нашего телевизора не было задней крышки, потому что Боря его постоянно чинил. Так вот, Данилка подошёл к телевизору сзади, снял какой-то резиновый колпачок. Ну, изображение на экране сразу пропало. Смотрю, и глазам не верю: Данил держит колпачок в руке, и оттуда сыплются искры.

– Здесь двадцать пять тысяч вольт, – говорит.

В общем, Овсянников стоит, держится за провод, в котором двадцать пять тысяч вольт, и улыбается. Он вообще часто так улыбается, когда нам что-нибудь необычное показывает. Хотя нет, не только, когда показывает. У него вообще характер такой – улыбчивый.

Я его спрашиваю:

– Как ты такое напряжение терпишь?

– А…, это просто, – говорит. – Хочешь, научу?

Ну, я, вообще-то, забоялся этому учиться. Тут, пожалуй, сразу убьёт, как только «учиться» начнёшь. А Овсянников кладет мне руку на голову и говорит:

– Запомни это ощущение.

И я и вправду что-то почувствовал. Будто внутри у меня что-то изменилось – сила, какая-то непонятная разлилась. В общем, не знаю даже, как вам и объяснить это ощущение. А Данилка убирает руку и говорит:

– Теперь сам это ощущение вызови. Если получится, ток через тебя не пойдёт.

Я попробовал вызвать это ощущение.

Получилось, но дотронуться до того колпачка всё равно боюсь. А Данил тот колпачок неожиданно мне в руку сунул и… ничего не случилось. Главное, я чувствую, что там огромное напряжение, но мне ничего от этого не делается. Я ещё тогда не знал, что мне это скоро пригодится.

Ну, короче, Данил отобрал у меня «игрушку» и вставил её назад, в телевизор. Экран снова засветился, а там как раз мультики начинались.

На следующий день Овсянников уехал с мамой, бабушкой и дедушкой в деревню, в Камышовку. Они каждое лето туда ездили. У них в Камышовке есть дом, который ещё Данилкин папа построил, когда жив был.

Папа Данилки был космонавтом-испытателем. Вот он тот дом и построил. Папа потом погиб, испытывая новый космический челнок. Данилке тогда ещё и года не было.

В общем, Овсянниковы уехали, а вместе с ними уехали Соловьёвы и Захаровы из соседнего, четвёртого дома. Там, в Камышовке с Данилкой, Колей Захаровым и Зоей Соловьёвой такое приключилось! А началось всё с происшествия в электричке. В общем, я вам сейчас всё по порядку расскажу.

Итак, в путь Овсянниковы отправились рано утром. В прихожую вынесли «багаж»: чемоданы, свёрнутые в рулоны матрасы. Данилка не понимал, зачем всё это надо с собой тащить. Там, в Камышовке, у них всё это уже есть. А чего нет, можно и в магазине купить, на станции. Ну, понятное дело, тащить-то всё дедушка будет – не бабушка же.

Когда запирали дверь квартиры, Данилка хотел помочь дедушке. Он прошептал заклинание, и весь этот багаж поднялся в воздух и сам поплыл к выходу из подъезда. Бабушка закричала:

– Данил, ты что, с ума сошёл? Что люди подумают? Ну-ка, прекрати эти свои волшебные штучки. Мало тебе того, что в цирке над человеком покуражился?

– Ничего я и не куражился. Это случайно получилось, потому что я неправильное заклинание применил.

– Нечего было вообще к нему с этими твоими заклинаниями лезть. Опусти багаж на место, пока кто-нибудь не увидел.

– Ну и что, что увидят?

– Ты людей не знаешь. Такого понарассказывают, что потом хоть из дома не выходи.

В общем, пришлось вернуть багаж на место. Его дедушка взял – по два чемодана в каждую руку. Мама взяла свёрнутые в рулоны матрасы, а бабушка сумку с продуктами. Отправились в путь.

Коля со своей бабушкой и Зоя с двумя бабушками ждали Овсянниковых на трамвайной остановке. Доехали до вокзала, купили в кассе вокзала билеты и сели в электричку.

Данилка, как всегда, устроился около окошка. Он любил во время поездки смотреть в вагонное окно. Там можно было увидеть столько всего интересного: мимо проносятся леса, луга, деревни; когда поезд идёт по мосту, внизу видна река и плывущие по ней пароходы, баржи с грузом. Но в этот раз удовольствие от поездки было испорчено.