Чтение онлайн

Наконец я закончил на том, как мы прибыли сюда, в госпиталь. Посмотрел на часы и демонстративно озвучил:

— Три часа десять минут. Еще около часа должно железно оставаться. Я надеюсь, что больше, потому что сердце было еще очень ярким от магии, когда я видел его в последний раз. Так что должно продержаться дольше безмагического. Но лучше не рисковать.

— Да уж, — кивнул Аркадий, — если учитывать, что стандартная операция по пересадке сердца как раз и занимает часа четыре.

— Ни хрена себе, — удивился я. — И тебя собирались прямо в новогоднюю ночь резать?

— Я надеялся все же уговорить Леониду Георгиевну отложить до завтра, — Аркадий чуть поморщился, — или даже до послезавтра. Но количество лейкоцитов в крови росло быстрее, чем мы рассчитывали. Ладно, — он сделал сделал очередной свой не слишком понятный плавный жест. Подозреваю, в более стандартном исполнении это был бы резкий удар ладонью по горизонтальной поверхности. — Это все дело прошлого. Если ты прав — а я думаю, что ты прав, Кирилл, — я думаю, эту проблему мы решим раз и навсегда. Или, во всяком случае, надолго, — он неожиданно широко, по-нормальному мне улыбнулся. — Спасибо.

Я хотел было отмахнуться, мол, не за что, все само так удачно сложилось, не выбрасывать же было — но не успел, потому что Аркадий продолжил говорить:

— За то, что доверился Ордену и нам. Я бы не удивился, если бы ты решил дать деру, как только стал полноценным магом. Особенно с учетом той информации, которую я тебе дал. Если враждебные нам силы внутри Ордена или за рубежом узнают, что ты тоже маг, тебе придется отражать куда больше попыток покушений на свою жизнь, чем мне до сих пор… Кирилл?

— Да я вот думаю, куда бы я мог «дать деру», чтобы оказаться в большей безопасности, — протянул я, стараясь не сорваться на грубость. И не повысить голос. — Без документов, зная только орденский язык, без регенерации и защиты здоровья от Проклятья. Разве что сразу на кладбище себе могилку копать.

— Могу сходу предложить пять вариантов, — тут же ответил аналитик.

— В тебе-то я не сомневаюсь! — я пытался сдерживать эмоции, но злой сарказм из меня так и пер.

Эта фразочка про «сбежать» меня серьезно обидела. Сбежать — чтобы что? Похоронить свои на данный момент уникальные возможности?! Пользоваться я ими точно не смогу, чтобы себя не выдать. Причем именно тогда, когда от наличия не связанного с Проклятьем мага реально зависит дальнейшая судьба всего мира! Во всяком случае — детей-волшебников. Это если оставить за скобками спасение жизни самого Весёлова: не представляю, как бы я мог выбросить сердце Тени, зная, что обрекаю этим человека на смерть.

— Это что, какая-то проверка была? — вдруг дошло до меня. Фу-ух, отпустило! А то от обиды уже начал подкатывать комок к горлу. Наверное, я занятно выглядел со стороны последнюю минуту. — На психологическую устойчивость?

Это ловко Аркадий меня подловил: от пациента, которого с минуты на минуту повезут на операцию, не ожидаешь вот такого.

— Веришь, нет — просто поблагодарить хотел, — бессердечный маг чуть смежил веки. — А в итоге оскорбил. Извини, был неправ.

— Пустое, — я и правда почувствовал себя опустошенным… И сразу есть захотелось снова! — Понимаю, работа такая. Лучше уж от тебя плевок в лицо стерпеть, чем от кого-то незнакомого.

У аналитика дернулась щека, будто я отвесил ему пощечину. Упс! Надо куда-то уводить разговор! Иначе вся моя возня с сердцем прахом пойдет!

— Могу объяснить тебе мою позицию, раз уж до сих пор к слову не пришлось. Обывателям обычно свойственно отделять себя от государства. Люди думают, что вот он, ужасный страшный аппарат подавления, а вот они — белые и пушистые, всего, такие замечательные добились сами и только своими силами. Они не понимают, что государство — это они и есть. Орден — это в том числе я. Он научил меня различать и понимать опасность хищников Междумирья, дал еду и все нужное, когда оно мне понадобилось. Теперь я сделаю все, чтобы уже мои знания и опыт спасли мой дом, моих близких и мое государство от мировой войны.

Вроде, уболтал: Аркадий ощутимо расслабился

— Меня в свое время именно подобные соображения привели к тому, чтобы ввязаться в это все, — подтвердил он. — Еще раз извини. За мной должок. И… Будем считать, что все нужное по поводу наших с тобой личных отношений сказано, а что не сказано, то и так понятно. Если вдруг по какому-то злостному стечению обстоятельств операция все же закончится нештатно, ты, надеюсь, теперь не будешь испытывать чувства вины?

Он весь этот разговор для этого затеял?! Вот ведь… даже не знаю, каким словом обозвать!

— Еще чего. Я эстафету передал, дальше дело за специалистами, — я пожал плечами.

Эх, кажется, я его уже простил. Умеет же в душу влезть. Даже в таком состоянии.

— Отлично. Значит, теперь к делам практическим, — словно ничего не было, качнул головой бессердечный маг. — Я думаю, ты сейчас хочешь позвонить матери и подругам, сообщить, что с тобой все в порядке?

Епрст! Точно! Блин, вот вообще думать забыл! А мог бы еще от Командора их набрать! Да, я дятел и до сих пор не обзавелся сотовым, но зато заучил телефоны и девчонок наизусть. А маме на домашний можно.

Аркадий тем временем продолжал:

— Ты верно рассудил, существование Теней и твое избавление от Проклятья должны пока оставаться в секрете. Причем ото всех, от Командора тоже — я с ним сам поговорю, и уже после операции. Но в перспективе твоих самых близких людей нельзя держать в неведении, да и сложно. На Афину Аполлоновну у меня есть планы. Если все пройдет, как я думаю, у нас будет особенно много работы, и ее опыт очень пригодится в одном проекте. Поэтому попроси ее приехать сюда, в Лиманион. Командор возьмет с нее подписки и посвятит в общих чертах, а завтра или послезавтра я постараюсь с ней встретиться. Тогда и решим, сколько именно ей можно рассказать.

— Мама умеет хранить тайны, — кивнул я.

— Да, умеет. Но, возможно, в кое-какие аспекты лучше ее не посвящать, в том числе из-за ваших близких отношений, — туманно заметил Аркадий. — Что касается уважаемых Лошадок… — блин, все никак не привыкну, что все, кроме меня, произносят их коллективное самоназвание без ржаки! — С них мы взять никаких подписок не можем, они юридически не в том статусе. Именно поэтому информацию им нужно выдавать с особенной осторожностью. Понятное дело, я не могу тебе ничего запретить, поэтому просто прошу: пока молчи. Как только я оправлюсь, я сразу им все расскажу. Заодно лично извинюсь за испорченный Новый год и за то, что с ними так долго секретничали.