Маг
Шрифт:
Около двадцати минут прошло в праздных разговорах. Ректор расспрашивал Влада о его жизни в Викантии, о возвращении в Истрию… Когда речь зашла о человекоящерах, Влад отделывался простыми ответами, не особо распространяясь о планах.
Наконец скрипнула и открылась входная дверь, и в кабинет ректора вошел… Дамблдор! У Влада просто челюсть отвисла. Этот человек настолько был похож на старого волшебника из кино про Гарри Поттера, что у лекаря перехватило дыхание. Ректор незаметно пожал плечами, глядя на Влада, типа: я же вас предупреждал!
Мужчина был с длинной седой бородой, белые волосы сзади свободно падали на темно-синий плащ, расшитый блестками в виде звезд и маленьких светил с множеством лучей, плащ доходил почти до земли, и из-под него были видны носы расшитых темно-красных сапог.
«Ну и персонаж! – подумал Влад. – Чему я у него обучусь? Как расчесывать бороду?» – И непроизвольно провел рукой по гладкому подбородку – он давно уже ликвидировал растительность на своем теле, оставив только волосы на голове да брови с ресницами.
– Представляю вам преподавателя-исследователя магистра магии Макобера. – Ректор поднялся из-за стола. – А это граф Савалов, наш будущий адепт. Господин Макобер будет вашим учителем, а также проводником в библиотеке – никто лучше его не знает, где и что там лежит. Господин Макобер, вы уже слышали что-то о графе Савалове?
Макобер пожевал губами, потом неожиданно басистым и звучным голосом заявил:
– На хрена мне сдалось слышать про ваших тупых графов и дебильных баронов? Вы, Мерканов, заигрались в свои административные интриги и забыли о науке! Только и вертите задом возле власть имущих! На кой черт вы оторвали меня от исследований ради светской беседы? Я и не собираюсь быть наставником у какого-то хилого графчика, который желает узнать чегой-то там про магию! Если у вас все, то я вернусь к себе в лабораторию и продолжу опыты с пшеницей – гораздо более приятное и интересное занятие, чем созерцать вашу веселую компанию!
Ректор покраснел от злости, оперся руками на стол и, наклонившись вперед, чуть не зашипел от злости:
– Мы сто раз это обсуждали! Вы пользуетесь покровительством академии, работаете на ее территории, получаете полное довольствие плюс жалованье! И вы должны хоть иногда отрывать свой зад от раздавленной помидорины, на которую сели, чтобы помогать академии в решении ее проблем! Хватит разговоров ни о чем – будете делать то, что вам ректор сказал, пока я ректор этого заведения!
Двойник Дамблдора, не обращая внимания на гневную тираду ректора, привстал, задрал плащ и стал осматривать его полу:
– И правда сел задом на помидорину. Вот болван. А ты чего, Антон, нюхом, что ли, учуял?
Макобер добродушно засмеялся, как будто в бочке заухала сова: ух-ух-ух…
– Да ты всегда свой зад совал туда, куда не надо, Сигизмунд, чего там знать-то. Вечно ходишь, как помойка, обляпанный в своих дурацких плащах! – Ректор уже успокоился и сел на место. Видно было, что они давно и хорошо знают друг друга, а эта пикировка не более чем обычная разминка двух старых друзей.
– Чёй-то дурацкий, хороший плащ, правда же, господин граф? – Макобер демонстративно оскорбился, хитро улыбнулся и подмигнул Владу.
– Так, Сигизмунд, хватит представлений. Вот тебе граф Савалов, ты должен с ним находиться столько, сколько надо для того, чтобы поднять его знания до уровня настоящего магистра. Кстати, если бы ты меньше тут представлял из себя сумасшедшего старика-колдуна, ты бы уже определил, что у парня аура скрытая, а на самом деле он посильнее, чем пятьдесят Макоберов вместе взятых со всеми их помидорами! – Мерканов замолчал, а Макобер стал внимательно вглядываться во Влада, и чем дальше он смотрел, тем больше брови его поднимались вверх:
– Да-а-а… сюрприз. Ну-ка, молодой человек, откройте ауру на полную… Ни хрена себе! Это что еще такое? – пробормотал Макобер. – Не полубог ли к нам пожаловал, сознавайтесь, кто вы?
Влад опять повторил свою рабочую версию, Макобер согласно покивал головой, мол, да, да… бывает.
Ректор решил, что довольно реверансов.
– Итак, господин граф, – сказал он деловым тоном, – когда вы можете внести плату за обучение?
– Сейчас и могу, деньги на моей лошади в мешках. Амалия, сходи за ними, пожалуйста.
Девушка вышла из кабинета. Ректор поднялся из-за стола и выглянул в приемную:
– Нонна, подготовь, пожалуйста, типовой договор с адептом и принеси мне. Так на чем мы остановились? – спросил Мерканов, вернувшись на свое место.
– На деньгах, – с усмешкой напомнил Макобер.
– Нет, с деньгами все ясно. Ага, вот на чем: ты должен исследовать феномен Савалова. О, какое хорошее название феномена! С ним вы, граф, войдете в историю: «феномен Савалова». Ты, Макобер, будешь находиться с ним столько, сколько нужно для того, чтобы его подготовить и чтобы понять, что у него случилось с головой. Помочь ему в его борьбе с человекоящерами, ну и по обстоятельствам. Тебе ясно?
– Ясно, чего уж там… – Макобер пожал плечами, задумчиво глядя на Влада.
Дверь открылась, и вошла Амалия с грузом золотых. Она протянула руку с мешками и плюхнула их на стол ректора, чуть не прогнувшийся под их тяжестью. Мешки весили не менее пятнадцати килограммов – часть монет там были серебряными, по номиналу. Амалия уселась на свое место, демонстративно уставившись в пустоту, а Макобер внимательно и задумчиво посмотрел на нее. Она не сочла нужным как-то показать, что принесла довольно тяжелые мешки, а когда клала их на стол, держала в одной левой руке. Влад подозревал, что ему не избежать вопросов от своего будущего учителя.
– Пересчитаете? – Влад вопросительно глянул на ректора. – Там часть в золотых, а часть в серебре.
– Нет, думаю, там все точно, так ведь, господин Савалов? – Влад утвердительно кивнул. – Сейчас секретарь принесет договор, мы его подпишем, и вы уже адепт академии.
Как будто отвечая на слова ректора, в кабинет, постучавшись, вошла Нонна и внесла три экземпляра договора. Влад мельком просмотрел их, они сразу отпечатались в его голове, подписал и передал ректору. Тот тоже подписал и достал красный сургуч, которым в Истрии заверялись все административные документы. Затем они оба по очереди приложили свои пальцы к еще теплому сургучу, а следом печать, после чего Мерканов встал и торжественно протянул руку лекарю: