Магика
Шрифт:
А Марсия внутренним зрением следила за «ьлеирюМ». Лодка с шестью зеркальными отражениями ее пассажиров быстро плыла к широкому устью реки и уже почти вышла в открытое море, на берегу которого стоял Порт. Для столь утлого суденышка она набрала просто невероятную скорость, что не могло не изумить Охотника. Преследователи не теряли «ьлеирюМ» из виду, но догнать ее, подойти достаточно близко, чтобы Охотник наконец выстрелил из пистоля серебряной пулей, не могли. Десять гребцов уже выбились из сил, а сам Охотник охрип от криков «быстрее, безмозглые!».
Ученик в течение всей погони смирно сидел в задней части лодки. Чем злее становился Охотник, тем меньше Ученику хотелось обращать на себя его внимание, поэтому он не осмеливался и слова произнести и просто вжимался в свое крошечное пространство у потных ног десятого гребца. Но вскоре десятый гребец начал бормотать под нос очень грубые и любопытные комментарии в адрес Охотника, и Ученик немного осмелел. Он выглянул из лодки и посмотрел вслед стремительно уплывающей «ьлеирюМ». Чем дольше он на нее смотрел, тем больше она казалась ему странной.
В конце концов Ученик набрался смелости и крикнул Охотнику:
– Вы видите, что название лодки написано задом наперед?
– Не пытайся казаться умнее меня, малец.
У Охотника было хорошее зрение, только вряд ли лучше, чем у мальчика десяти лет, который увлекался тем, что коллекционировал муравьев и давал им названия. Не зря же Ученик часы напролет проводил, наблюдая за рекой, в камере обскура своего учителя, что была скрыта далеко в Дурных Землях. Он знал названия и историю всех лодок, бывавших в этих местах. Он знал, что лодка, за которой они гнались, до тумана называлась «Мюриель». Ее построил Руперт Гриндж, и ее нанимали для ловли сельди. Он также знал, что после тумана лодка стала называться «ьлеирюМ», а это зеркальное отражение «Мюриель». А он уже достаточно долго учился у Дом Дэниела, чтобы прекрасно понять, что это значит.
«ьлеирюМ» – это проекция, видение, мираж и иллюзия.
К счастью для Ученика, который только собирался сообщить Охотнику этот небезынтересный факт, в тот самый миг в настоящей «Мюриель» Макси лизнул руку Марсии – дружелюбно и слюняво, как обычно это делают собаки. Марсия вздрогнула, почувствовав на руке теплый язык пса, ее сосредоточенность на секунду ослабла, и «ьлеирюМ» на один лишь миг исчезла из виду. Потом она тут же появилась, но было слишком поздно. «ьлеирюМ» себя выдала.
Конец ознакомительного фрагмента.