Магистр
Шрифт:
«Мерцающий»?!» – чуть не вскрикнул я.
Вот уж не ждал сюрприза! Пожалуй, с таким мне разговаривать не о чем, а вот спугнуть его действительно нельзя. Если он почувствует опасность, то либо не выйдет на бой, либо переметнется в Сонное царство во время поединка, а там уж мне его не достать. Выбора нет: или он, или я. Рука сама потянулась к мечу.
– Ты чего увидел? – забеспокоился Березин.
– Не поверишь, один из моих кошмаров, который здесь обнаружить никак не предполагал.
Два дня прошли в нескончаемых состязаниях. Зал, в котором проходили состязания на мечах, был наполнен звоном стали.
А за его пределами не было отбою от репортеров. Я не люблю давать интервью и вообще общаться с журналистами, но на этом турнире пришлось сделать исключение. Слишком уж не хотелось походить на Гранта, который молча проходил мимо камер, а стоявших на его пути людей с микрофонами и камерами просто сбивал корпусом, не обращая внимания, мужчина это или женщина. Его так и прозвали – «грубый мистер Икс». И, хотя я хорошо помнил неприятный голос «мерцающего воина», на турнире у всех сложилось стойкое мнение – Грант является немым.
К исходу вторых суток в моем активе было восемь побед на состязаниях с одним мечом и одна – на соревнованиях с двумя. Организаторы турнира, как всегда, издевались над участниками. Не закончив одну дисциплину, они открывали следующую. К ночи я валился с ног. Хорошо Унгу, его оружие само гонит усталость прочь. А тут…
Кстати, а что случилось с моим? За суетой пролетевшего месяца совсем вылетело из головы. Ведь семирунный меч находился со мной, когда я покидал владения Орфа. С этой мыслью я и провалился в забытье…
Знакомая обстановка, хотя что может быть знакомого в непроглядной тьме? Только два огромных глаза, владелец которых в свое время требовал разрешения на выезд из сонной пустоши.
– Как? Снова вы? – раздался удивленный голос чиновника. – Как здоровье Виолетта Акадеоныча?
Надо же! Я уже забыл, а он помнит.
– Твоими молитвами, – не слишком любезно ответил я. – Что тут у тебя стряслось?
– У меня? – испуганно переспросили глаза. – Кто сказал? Все клевета и происки недоброжелателей! На посту все спокойно. Вот даже вещицу контрабандную задержать удалось. Не желаете ли полюбопытствовать?
Глаза прищурились – не иначе, скрыть что-то пытается. Но мне-то какое дело? Зачем я здесь? Не для наведения же порядка в таможенной службе. Только во сне еще мне проблем не хватало.
«Хозяин, это я тебя позвал. – В луче света показался мой меч. – Застрял здесь, самому не выбраться».
– Старинной, должно быть, работы оружие. Даже светится само, – с деланным восхищением прозвучал голос «таможенника».
Просто так не отдаст. Опять потребует оформления кучи бумаг. Думай, Воронцов, думай.
– Так бы сразу и сказал, что подарок Виолетту Акадеонычу ко дню рождения приготовил. А я уже собирался к тебе с ревизией нагрянуть, – сказал я, конфисковывая контрабандный меч. И, пока чиновник не успел опомниться, задал ему неожиданный вопрос: – Вот только откуда ты узнал про страсть Акадеоныча к холодному оружию?
Приблизительно таким же тоном интересуются, за какую сумму ты продал государственную тайну.
– Я? – Он долго соображал, что ответить. – Ну так про великих людей молва быстро разносится.
– Ладно, – снисходительно сказал я. – Подарок передам, уговорил, но чтобы это было в первый и последний раз! Претензии, пожелания, нарекания есть?
– Нет-нет! Как можно? Все в полном порядке, – отрапортовал он, и меня вынесло на серую унылую поверхность.
Внимательно осматривая меч, я подумал: «Интересно, когда проснусь, он останется со мной?»
«Нет, – отозвалось в голове, – в своей оболочке мне путь в ваш мир закрыт, но отпечатками мы с тобой обменяемся».
– А это еще как? – произнес я вслух.
«Очень просто. Ты возьмешь мой, а здесь останется твой. Смотри».
Легкое головокружение – и рядом со мной такой же Сергей Воронцов, с таким же мечом.
«Мерцающий воин» когда-то служил оруженосцем у ме… моего хозяина. Хозяин умер во сне, пронзенный кинжалом в спину. Пришло время мстить».
Два Сергея стояли, потрясенные необычайным раздвоением личности и услышанной историей, а меч продолжал:
«Завтра перед боем возьми любой клинок и позови меня. Отпечаток вселится в оружие, и оно станет смертельным для предателя. Если враг посмеет удрать, тогда я воспользуюсь твоим отпечатком, и суд чести состоится здесь».
Сашка разбудил меня в шесть утра и потащил на тренировку в парк. Мы выбежали на небольшую лужайку, и он, по обыкновению, стал меня подзадоривать:
– Что ты можешь противопоставить Гранту? Он щелкает своих соперников, как семечки. Ты же еле дотащился до финала.
Не знаю, кой черт вселился в меня этим утром, но вдруг захотелось поозорничать.
– Хочешь узнать, как я разделаюсь с мистером Икс? Тогда держи меч покрепче.
Сашка был обезоружен за пару секунд. Вторая и третья попытки длились немногим дольше. В четвертый раз Березин даже не стал брать оружие в руки. Он уселся прямо на траву с потерянным видом и произнес всего одно слово:
– Амнезия?
Я утвердительно кивнул.
– А чего ж ты раньше-то… – начал было тренер, но резкий голос со стороны не дал ему договорить.
– Он не хотел раскрывать передо мной свои карты. Но теперь тебе и это не поможет. Как видишь, я всегда начеку. – Человек в маске решительно пересек поляну и пошел в глубь парка.
– Прямо не утро, а передача «Невероятное рядом». Сначала я выясняю, что мой ученик дерется как бог, а потом появляется «немой» Грант и вполне членораздельно изъясняется. Что дальше?