Чтение онлайн

— Конечно. Я перезвоню тебе через некоторое время. Номер твоей работы, верно?

— Нет, лучше перезвони на номер квартиры. Благодарю тебя.

Я повесила трубку. Даже если записка была — это ничего не меняет. Вообще ничего.

Если высокий лохматый мужчина, напавший на бар Барб, действительно смеялся голосом женщины, и, если второй злоумышленник окажется Стальной Мэри, это значило бы, что они выступают за одну команду. Может быть это новая фракция, пытающаяся поделить территорию Атланты? Ага. Чем глубже я копаю, тем больше запутываюсь.

Я вернулась к фотографиям улик. Широкоформатное изображение бара. Внутренняя часть «Колючей Петли» была снесена. Все, что можно было сломать, было сломано. Расколотые столы. Погнутые стулья. Разбитые стекла. Дыры в стенах. Хаотично закрученный обломок, который когда-то мог быть бильярдным столом. Под определением «ярости» в словарях должна быть эта картинка.

На одном из снимков запечатлен амулет, валяющийся под деревянными обломками. Амулет длиной два дюйма напоминал полый серебряный свиток с листком бумаги, выглядывающим, с одной стороны. Выглядит как обычный амулет: в свитке находится лист бумаги или пергамент с защитным заклинанием. Подпись под фотографией гласила: «СМОТРЕТЬ ОБРАЗЕЦ А.»

Я открыла свинцовую коробку. Внутри, в небольшом полиэтиленовом пакете, лежал кусочек пергамента. Он был два дюйма в ширину и около четырех дюймов в длину, с рваными желтыми краями, похоже, что его не раз мяли и разрывали. Я осторожно перевернула его.

Пусто.

Хотя бы раз, хоть раз, мне бы хотелось получить улики, которые не заставляли бы меня прыгать через горящие обручи.

В записи говорилось, что пергамент был найден внутри амулета, и он был пустым. Да вы что! Далее в заметках отмечается, что Ори жил один. Одна из коллег по работе, сказала, что Ори боялся заболеть и носил амулет в качестве защиты от болезней. Она не знала, что это была за магия и как он ее получил.

Я покопалась, пока не нашла лабораторный отчет. У него были амбиции романа «Унесенные ветром» — толщиной не менее двух дюймов. Я начала с первого теста.

Все улики обычно подвергались м-сканированию. М-сканер обнаруживал следы магических остатков на предметах и записывал их в виде цветовых обозначений: синий для человека, различные оттенки красного и пурпурного для нежити, зеленый для большинства оборотней. М-скан пергамента также был пустым. Прекрасно.

Следующий пункт назывался «Исследование На Выбросы Франко (ИНВФ)». У меня не было ни малейшего представления, что это значило.

Я достала с полки справочник по магическим лабораторным процедурам. Там говорилось, что способ ИНВФ подразумевал размещение исследуемого объекта на белом листе бумаги, и подвергание его интенсивному пению заклинаний или воздействию предмета, излучающего сверхмощную магию, после чего уже следует м-сканирование. Если бы у испытуемого объекта не было чар, он был бы насыщен магией, хотя бы на несколько мгновений, достаточных для того, чтобы его след можно было взять с помощью м-сканирования. Копия м-скана после первой пробы показала бледно-голубой лист бумаги с красивым пустым пространством размером с пергамент посередине. Пергамент обладал чарами. Конечно, один из тестов должен был показать это.

Тридцать минут спустя я узнала слишком много бесполезных деталей о том, что скучающие маги ОПА Саванны могут делать для развлечения. Их выводы после семнадцати испытаний на пергаменте: он чистый, он волшебный, мы не знаем, что это, и не можем его прочитать. Парам-пам-пам.

На пергаменте должно было быть что-то значительное, что-то, что заставило Ори поставить на карту свою жизнь. Я взяла мешочек с пергаментом и поднесла к окну, позволяя свету просочиться сквозь него. Ничего, кроме пергаментного зерна.

Слева хлопнула дверь, а затем по коридору эхом разнеслись тяжелые шаги. Рыцарь-заступник вошел в мой кабинет, рявкнул на моего боевого пуделя и сел в клиентское кресло. Дерево и металл заскрипели, принимая его вес. Тед пристально посмотрел на меня:

— Ну, что у тебя есть?

— Ты не так уж продвинулась в этом, — решил Тед, когда я изложила ему суть дела.

— Я взялась за это только тридцать шесть часов назад.

— Тридцать восемь. — Тед наклонился вперед и уставился на меня своим тяжелым взглядом.

Тед питал слабость к одежде в стиле «вестерн». Сегодня на нем были джинсы, сапоги из воловьей кожи и бирюзовая рубашка с черными нашивками на плечах, на каждой нашивке была вышита белая Техасская звезда. Тед Монахан — ковбой на выпускном.

Беда была в том, что рыцарь-заступник весил фунтов на сорок больше, чем следовало бы. Не то чтобы толстый, но необъятный в груди и с зачатками пивного живота, Тед имел телосложение стареющего боксера-тяжеловеса. Он не побежал бы вверх по лестнице ради забавы, но, если бы вы захлопнули дверь перед его носом, он бы пробил ее и вырубил вас с того же удара.

Несмотря на наряд, находиться под этим пристальным взглядом было все равно, что заглядывать в дуло заряженного револьвера 45-го калибра со снятым предохранителем. Интересно, что он сделает, если я закричу или упаду в обморок?

Его голос был низким, почти ленивым:

— Какова основная директива Ордена?

— Обеспечить выживание человеческой расы.

Он молча кивнул.

— Мы сохраняем порядок. Мы позволяем монстрам сосуществовать с нами. Мы обеспечиваем мир. Сорок восемь часов назад этот город функционировал. Пока мы сидим здесь, Племя параноидально зациклилось на идее, что кто-то имеет лучшую нежить, чем у них, и хотят получить свой кусок пирога. Оборотни размышляют о собственной смертности и воображают, что их дети умирают от эпидемии. Наемники бьются в конвульсиях, потому что Гильдии отрубили голову, в прямом и переносном смысле. Биологическая Защита хочет объявить общегородской карантин, а ОПА вытряхивает каждого бездомного в грязном плаще. Город направляется в ад прямым рейсом. Ты знаешь, что происходит, когда монстры, головорезы и полицейские напуганы?

Я поняла, к чему он клонит.

— Они перестают вести себя хорошо.

— Мы должны восстановить порядок. Мы должны любой ценой утихомирить Атланту, иначе она забурлит паникой и хаосом. Если бы у меня была другая женщина-рыцарь, более компетентная, чем ты, с хорошим опытом и более длинным послужным списком, я бы снял тебя с задания и отдал ей.

А Андреа что, пустое место?

— Спасибо за вотум доверия.

— Конечно, о том, чтобы поручить это задание мужчине, не может быть и речи. Мне приходится полагаться на отчисленную из Академии, с отсутствием дисциплины и с большим ртом.