Чтение онлайн

— Я хочу есть, — напомнила о себе Виктория и потянула мужа за рукав. — Леди Колум решила, что я не беременна, а следовательно, ей неинтересна. Сейчас она разнюхивает, в чьи еще дела можно сунуть нос.

— Я стараюсь, Виктория, очень стараюсь.

— Придержи язык!

— Позволь мне проводить тебя на место и принести тарелку. Насколько я понял, мужчины выполняют здесь роль официантов.

— Хорошо. Тогда почему бы мне не сесть с Линкольном Пенхоллоу и мисс Джойс Керник? Ты не собираешься.., вновь познакомиться с Линкольном?

Рафаэль нежно провел пальцем по бархатной щеке Виктории и повел ее туда, где сидели Линкольн и Джойс Керник, невзрачная дурнушка, чье огромное приданое делало ее в глазах большинства молодых людей очень обаятельной и привлекательной.

Дамьен подвел жену к столу.

— Знаешь, — признавалась Элен мужу, погладив рукой ставший уже довольно большим живот, — я сваляла дурака.

— Каким образом? — не особенно заинтересовавшись, спросил Дамьен и приветливо помахал рукой лорду и леди Мертер. — Они сейчас к нам присоединятся.

Надеюсь, лорд Мертер хотя бы из уважения к твоему положению не будет сегодня тискать твои коленки. Элен нетерпеливо отмахнулась и снова заговорила:

— Я приняла Рафаэля за тебя. Виктория стояла возле него, весело смеялась, держала под руку, он дотрагивался до нее.., и я.., я пришла в ярость.

— Мы женаты уже пять лет, и ты не можешь отличить меня от брата?

Элен с интересом уставилась на своего красивого мужа. Возможно, он был не такой худощавый, как брат. Но когда он одет, судить об этом довольно сложно. Яркие блестящие серебристо-серые глаза, прямой нос, слегка выдающиеся скулы, роскошные черные волосы. У братьев-близнецов все было совершенно одинаковым, даже красивый рот и насмешливая, немного ироничная улыбка. Но все-таки было одно различие. Заметить его можно было, только когда близнецы смеялись. У обоих были ровные белые зубы, но у Дамьена сбоку виднелся один золотой.

— Нет, — наконец со вздохом сообщила она, — мне потребуется поговорить с тобой несколько минут, чтобы окончательно удостовериться. — Немного подумав, она добавила:

— Если тебе когда-нибудь захочется убедить меня, что ты — Рафаэль, я даже не представляю, сколько пройдет времени, прежде чем я пойму, что ты меня дурачишь.

— Тогда я непременно скажу Рафаэлю, чтобы он поостерегся слишком уж увиваться вокруг тебя… О, миледи, как я рад, позвольте вам помочь. — Дамьен вскочил и галантно помог очень тучной леди Мертер усадить свои телеса на стул, в душе надеясь, что ни в чем не повинный предмет мебели, подвергшийся столь суровому испытанию, выстоит. Она была одета в сильно декольтированное светлое платье, которое значительно больше подошло бы молодой и красивой женщине. Дамьен отчетливо видел синие и белые полоски на ее мощной груди, следы четырех беременностей.

Рафаэль выждал почти до трех часов утра и только тогда решительно увлек изрядно опьяневшего Джонни Трегоннета в угол.

— Чего тебе? — заплетающимся языком полюбопытствовал Джонни, настороженно глядя на собеседника несколько остекленевшими глазами. — Ты — Рафаэль?

— Да.

— А я и не думал, что Дамьен, я просто так спросил. Барон не стал бы со мной так запросто разговаривать.

— Я хочу, чтобы ты рассказал мне о вашем сатанинском клубе. Думаю, я тоже не откажусь стать его членом.

Джонни испуганно вытаращил пьяные глаза и в первый момент не мог выговорить ни слова. Он дико оглянулся, лихорадочно соображая, кого позвать на помощь, но рядом не оказалось ни одной родственной души.

— Откуда ты знаешь? — в конце концов шепотом спросил он.

— Я все знаю. Ты, Винсент Лендовер, Линкольн Пенхоллоу — члены этого клуба. Могу назвать еще несколько имен. Скажи, как мне встретиться с Рамом. Я хочу стать одним из вас.

— Я.., ой… — Джонни еще раз затравленно оглянулся по сторонам. — Я передам Раму, а он будет решать.

— Скажи Раму, что он может на меня рассчитывать. Я охотно помогу вам лишить девственности всех юных девиц графства. Но я очень не люблю, когда меня отвергают. Тогда я становлюсь опасным. Ты меня хорошо понял, Джонни?

— Не знаю…

— Я уничтожу тебя, мой милый, причем так быстро, что ты и понять ничего не успеешь. Поговори с Рамом обо мне. Постарайся, чтобы он принял верное решение. Теперь понял?

— Да, — обреченно кивнул Джонни и шатаясь побрел прочь.

Бал продолжался еще довольно долго. К рассвету большинство гостей разъехалось. В Драго-Холле осталось только три супружеские пары, которым было слишком далеко добираться до дома.

Элен была очень довольна праздником, но настолько измучена, что с трудом сумела подняться по лестнице в спальню. Напоследок она даже соблаговолила улыбнуться Виктории.

Лиггер, благослови Господь такого слугу, проводил всех без исключения, внимательно наблюдая за порядком.

Рафаэль и Виктория, полностью одетые, без сил свалились на свою кровать.

— Что за вечер!

— Кажется, ты выпила слишком много пунша, дорогая. — Рафаэль приподнялся на локте, с нежностью посмотрел в усталые глаза жены и поцеловал ее.

— Скоро рассветет.

Серые глаза Рафаэля лучились мягким серебряным светом. Он положил руку на грудь Виктории и начал легонько ласкать прохладную кожу.

Почувствовав ее ответную реакцию, он моментально возомнил себя величайшим в мире любовником. Без лишних слов он довольно бесцеремонно перевернул лежащую рядом жену на живот и принялся расстегивать платье.

Справившись с многочисленными застежками, он снова уложил ее на спину и начал очень медленно освобождать из платья грудь.

— Как это прекрасно, — пробормотал он, нежно целуя напряженные соски.

Виктория застонала и зарылась пальцами в густые черные волосы мужа, прижимая его голову к своей обнаженной груди.

— Я весь вечер думал только об этом, — шептал Рафаэль, не отрываясь от обольстительных округлостей. — И еще я много думал о пресловутом физическом недостатке, который ты от меня так тщательно скрываешь. Знаешь, Виктория, я решил, что должен немедленно увидеть тебя полностью обнаженной. При свете.