Магнатъ
Шрифт:
– Все, кто вчера был уволен, того заслуживали. И кто знает – нет ли среди них виновного в смерти того несчастного счетовода?
Не давая подняться предводительнице всех фабричных (и некоторой части городских) дам, посчитавшей, что их разговор закончен, Иммануил Викторович пересел поближе и завладел ее рукой. Поцеловал, одновременно легонько щекоча жесткой щетинкой усов, и оставил ее пальчики в своих ладонях:
– Совсем забыл, душа моя. Довольно скоро к нам в Сестрорецк прибывает новый помощник начальника казенного оружейного завода. С семьей. Александр Яковлевич просил, чтобы общество приняло их с особенной теплотой и радушием – полковник Мосин, Сергей Иванович, и его супруга, Варвара Николаевна, очень достойные люди.
Получив в качестве положительного ответа теплую улыбку и еще раз поцеловав нежное женское запястье, станкостроитель проводил свою опору и половинку долгим взглядом и вздохнул. Он не стал об этом говорить, но семьям уволенных грозила полная нищета. А главам этих самых семей – и вовсе долговая тюрьма, этот пережиток темного прошлого; если, конечно, они не выплатят прописанные в их контрактах неустойки. За нелояльность, за ущерб репутации компании, за прямой вред работодателю… Список пунктов в данном случае был устрашающе велик.
– Н-да, велик.
Вот только жалости к ним почему-то не было. Может, он очерствел сердцем? Или просто безоговорочно поверил во все доказательства, предоставленные Долгиным? Мужчина машинально повторил врезавшиеся в память слова: «…небрежение должностными обязанностями, а также передача сведений, составляющих коммерческую тайну, сторонним лицам». М-да. Господи, ну ведь взрослые же люди – чем же они думали, идя на все это?
Но мысли об их нелегких теперь судьбах недолго занимали светлую голову инженера-станкостроителя – были дела и поважнее. Мало кто знал, но вслед за большим заседанием состоялось малое, для небольшого круга лиц. И вел его уже не Долгин, а сам владелец компании. Компаний!.. Герт прикрыл глаза и вновь погрузился в воспоминания…
– Рад вас приветствовать.
Мужчины, меньшая часть из которых видели друг друга в первый раз, дружно расселись вокруг длинного овального стола, поглядывая по сторонам – причины, по которой они собрались, никто не знал.
– Приступим. Господа! Ни для кого из вас не секрет, что наша компания стремительно развивается. В самом начале она являлась исключительно оружейной, затем добавились станки и немного машиностроения. Вслед за этим появился интерес к собственному химическому и электрическому производствам, к ним добавились иные, вполне перспективные направления… Мы растем, господа, и это радует.
Мужчины замерли, буквально впитывая каждое слово.
– Я думаю, в связи с этим будет вполне разумным и своевременным произвести некоторые перестановки и назначения, немного реорганизовав систему управления нашей компанией.
Над столом повисла вязкая тишина.
– Итак. Каждый из присутствующих здесь возглавит конкретное направление деятельности и получит определенную свободу в делах финансового и управленческого толка. Все вы вместе будете составлять совет директоров, подотчетный в первую очередь мне, а затем четырем моим заместителям. Первый из них – Андрей Владимирович Сонин, также он будет курировать управляющих заводами в Кыштымском промышленном районе. И председательствовать в случае моего отсутствия. Второй – Григорий Дмитриевич Долгин, на его плечи ложится вопрос охраны наших предприятий от посторонних и воровства, а также предотвращения несчастных случаев на производстве.
Рядом с господином главным инспектором тихонько шелестнул листком блокнота уже его заместитель, Иван Иванович Купельников, воспринимаемый многими за простого секретаря.
– Горенин Аристарх Петрович – заместитель-три…
Директора скрестили взгляды на главном аудиторе компании, уже догадываясь, какое именно направление ему поручат. Ведение и проверка всей бухгалтерии? Угадали, но не полностью:
– …также возглавит Русскую торгово-промышленную компанию.
– Лунев Вениамин Ильич, последний из моих заместителей и директор юридического департамента компании.
Главный стряпчий оглядел всех орлиным взором.
– Далее, члены директората. Иммануил Викторович Герт – станкостроение общего направления. Лазорев Аркадий Никитич – высокоточные станки и приборы.
Станкостроители переглянулись между собой и довольно улыбнулись.
– Карл Фридрих Бенц – автомобильное направление.
Германский инженер в замешательстве поглядывал по сторонам – для него такие заседания были внове.
– Фрейденберг Михаил Филиппович – электротехника и телефония.
Поименованный так тут же скосил глаза на своего товарища, господина Мосцицкого – и заместителя, и соавтора по работе над автоматической телефонной станцией. Между прочим, работа эта уже подходила к своему логическому завершению… освобождая время для других, также весьма интереснейших проектов.
– Лунев Геннадий Арчибальдович – аграрное направление. Лунев Виктор Вениаминович – деревообрабатывающее.
Два кузена обменялись поздравляющими взглядами.
– Браунинг Иван Михайлович…
Сильно обрусевший и немного пополневший американец, в последнее время несколько позабывший свои привычки правоверного мормона, деловито осмотрелся и непроизвольно кивнул. Нашедший в Российской империи полную свободу для творчества и не менее полное утоление своей страсти заядлого охотника (благо лесов и полей в империи всегда хватало), он был полностью доволен всем, что случилось за последние полгода. Россия – страна поистине больших возможностей! По крайней мере, лично для него.
– …оружейное направление.
Неназванными за столом остались всего трое. Но не потому, что о них забыли, – нет, просто им не надо было становиться членами директората. Борис Григорьевич Луцкой уже месяц как возглавлял конструкторское бюро имени себя, имея в планах усердную работу над всеми типами и видами моторов. Владимир Ефимович Грум-Гржимайло (дал же бог фамилию!) все так же по-прежнему руководил им же и созданным Институтом сталей и сплавов. И категорически не желал отрываться от интереснейших исследований и важнейшей научной работы ради каких-то там заседаний. Ну а Греве, Валентин свет-Иванович, бессменный порученец, а временами даже и соавтор проектов его сиятельства, так и оставался в прежней своей роли. Личного порученца и соавтора.