Чтение онлайн

Через несколько минут Парменион услышал, как кто-то подошел сзади, и посмотрел вверх, ожидая увидеть Ксенофонта.

— Ты отлично выместил свою ненависть, — сказал Леонид, — и пущеная тобою стрела настигла цель.

Парменион встал и посмотрел в лицо своему давнему врагу. — Я не испытываю ненависти, Леонид, ни к тебе, ни к твоей семье. Я люблю Дераю. То, что я совершил, было неправильно, и мне стыдно за свои действия. Но я намерен на ней жениться.

Мгновение Леонид ничего не говорил, его лицо ничего не выражало. — Я люблю свою сестру, — сказал он, — хоть она и своевольна. Но ты мой враг, Парменион, и останешься им до смертного дня — который, я молю богов, наступит сегодня. Тебе не выстоять против Нестуса.

— Почему это должно продолжаться? — спросил Парменион. — Как сможешь ты хранить свою ненависть, когда я возьму в жены твою сестру?

Леонид раскраснелся, и Парменион увидел не только гнев, но и страдание в его глазах. — Было бы неправильно говорить об этом сейчас, перед боем. Если останешься в живых, я скажу тебе.

— Скажи сейчас, и в Аид эти правила!

Леонид шагнул вперед, сгреб в охапку ворот туники Пармениона и сказал: — Дерая скоро будет мертва, можешь ты это понять? Мой отец назвал ее жертвой Кассандре, и сейчас она уже на борту корабля, на пути в Трою. Когда судно достигнет берега, ее сбросят в море. Вот к чему ты привел ее, полукровка. Ты убил ее!

Слова ножами вонзались в Пармениона, и он отпрянул назад от взрывного гнева в глазах Леонида. Жертва Кассандре! Каждый год молодая незамужняя женщина отправлялась из Спарты в качестве пожертвования богам, чтобы быть сброшенной в море у Троянского берега. Это было расплатой за убийство Кассандры после Троянской Войны сотни лет назад. Все крупнейшие города Греции были принуждены высылать жертвы.

Девушек отправляли на корабле в море и за несколько лиг до берега Азии им связывали руки за спиной и сбрасывали с палубы. Для Дераи не оставалось надежды; даже если она освободит себе руки и сумеет доплыть до берега, местные крестьяне настигнут и убьют ее. Это было частью ритуала.

— Ну, что ты можешь сказать? — процедил Леонид, но Парменион не ответил. Он вышел на солнце и взмахнул мечом, взвешивая его в руке. Он не мог ответить своему врагу: все чувства ушли от него. Он почуствовал себя странно пустым и свободным от всяких колебаний. Они забрали у него единственный свет в жизни, а он не мог больше жить во тьме. Так пусть лучше Нестус убьет его.

Ксенофонт вышел через некоторое время и позвал Нестуса на площадку перед домом. — Я послал за лекарем. Думаю, есть смысл дождаться, чтобы он приехал, пока бой не начался.

— Мертвому врач не поможет, — отрезал Нестус.

— Очень здравая мысль, но и победитель может получить ранения. Мне не хотелось бы, чтобы и второй поединщик истек кровью до смерти.

— Я не намерен ждать, — заявил Нестус. — Скоро солнце зайдет. Так начнем же!

— Я согласен, — сказал Парменион. Ксенофонт пристально посмотрел на него.

— Ну что ж, у вас обоих есть мечи, и нужное число свидетелей также присутствует. Предлагаю вам отсалютовать друг другу, а затем начинайте.

Нестус взмахнул мечом и посмотрел на Пармениона. — Не будет тебе салюта, помесь.

— Как пожелаешь, — спокойно ответил Парменион. — Но прежде, чем бой начнется, я хочу, чтобы ты знал, что я люблю Дераю — так, как ты должен ее любить.

— Любовь? Да что ты об этом знаешь? Я буду вспоминать ее с великим презрением — и особенно запомню тот миг, когда сказал ее отцу, в ее присутствии, о цене, которую он должен заплатить за мой позор. Она тогда не была прекрасной, полукровка, она упала на колени перед своим отцом и стала в слезах умолять его не отправлять ее на смерть.

— Ты попросил ее смерти?

— Я потребовал ее смерти — так же, как потребовал твоей.

— Что ж, — сказал Парменион, чувствуя, как сердце наполняет ярость, но держа ее в узде, — ты прошел с ней свой собственный путь. Теперь посмотрим, умеешь ли ты драться так же хорошо, как ненавидеть.

Нестус внезапно напал. Меч Леонида взметнулся вверх, и железо лязгнуло о железо, когда Парменион парировал удар. Нестус провел обратный взмах, но Парменион его заблокировал.

Наблюдатели носились вокруг бойцов. Ксенофонт отошел в тень навеса, где сел, подавшись вперед и опершись подбородком на руки, ловя каждое движение. Он видел, что у Нестуса больше силы, но Парменион был быстрее. Их мечи звенели в такт, и несколько минут они кружили, проверяя способности друг друга, затем меч Пармениона ударил сверху вниз, оставив поверхностный порез на плече Нестуса. Выступила кровь, обагряя синюю тунику парня. Ксенофонт поднялся и присоединился к группе наблюдателей, которые приветствовали Нестуса и болели за него. Нестус провел атаку, посылая колющий удар Пармениону в горло, но Парменион шагнул в сторону и устремил клинок в противника, меч вспорол кожу и скользнул по ребрам. Рыча от боли, Нестус отступил. Кровь текла уже из двух ран, и наблюдатели умолкли. Парменион наметил удар в голову, но обрушил меч вниз, ударив в левый бок противника. Ребро хрустнуло при столкновении, и Нестус закричал от боли, лишь отчасти парировав второй удар, еще шире открывший рану. Теперь кровь пропитала его синюю тунику и стекала по ноге.

— Довольно! — закричал Ксенофонт. — Разойдитесь!

Оба проигнорировали его. Шагнув ближе, Парменион блокировал слабый удар и вонзил свой меч Нестусу в живот. С душераздирающим воплем Нестус бросил клинок и упал на колени.

Парменион высвободил свой меч и посмотрел на противника. — Скажи мне, — процедил он, — так ли выглядела Дерая, когда стояла на коленях, вымаливая жизнь?

Нестус пытался остановить вытекающую из живота кровь. Он посмотрел вверх и увидел глаза Пармениона. — Не надо… больше, — взмолился он.

— Ты пришел за смертью. И нашел ее, — сказал Парменион.

— Нет! — вскричал Ксенофонт, когда Меч Леонида взмыл вверх и обрушился на горло коленопреклоненного парня, взрезая жилы и сокрушая шейные позвонки. Нестус повалился на бок.

Парменион отвернулся от трупа и устремил взор на Леонида. — Подними его меч, — подстегнул юношу Парменион. — Давай! Возьми оружие — и умри, как умер он.

— Ты дикарь, — сказал Леонид, видя огонь безумия в глазах Пармениона. Юный спартанец подошел к Нестусу, перевернул его на спину и закрыл ему глаза.