Чтение онлайн

Кто-то взял его за плечо. Это был капитан.

– Ты уж извини, – сказал он. – Неудобно после торжества, а надо все равно один вопросик уточнить.

– К завучу пойдем? – спросил Серёжа. И подумал: "Неужели ругать будет за мое выступление?"

– Да нет, здесь поговорим. Только пусть народ схлынет… А завучей я до сих пор боюсь.

Он, как мальчишка, уселся на подоконник. Улыбнулся.

– Совсем будто в детстве. Выгонят, бывало, из класса, сидишь так в коридоре и гадаешь: "Потянут к завучу или обойдется?" А чего боялся? Завуч Вера Константиновна добрейшая женщина была… В блокаду погибла в Ленинграде…

Наконец коридор опустел. И в это время подошел лейтенант Серёжа.

– Ну что, Георгий Матвеевич?

– Не говорили еще, – сказал капитан. – Сейчас… Вот какое дело, Сергей… Может быть, и трудно вспомнить, но постарайся. Как выглядел нож? Говоришь, свет на него падал? Ты сразу не отвечай, подумай, если не помнишь.

– Да помню я! – воскликнул Серёжа. И, как на фотоснимке, увидел снова короткие пальцы Гаврика с выпуклыми грязными ногтями и блестящий клинок. Рука и нож словно светились в темноте.

– Он такой… Короткий. Тяжелый… Ну, по виду тяжелый. По-моему, самодельный…

– Почему ты так думаешь?

– У него медная перекладинка, а на ней следы от напильника. Похоже, что вручную сделали.

– Ты все это заметил? – усомнился капитан Георгий Матвеевич.

Серёжа кивнул.

– Это бывает в такие моменты, – вмешался лейтенант. – В прошлом году, когда Пеликан мне в пузо "вальтер" навел, я тоже царапину на стволе заметил.

Георгий Матвеевич усмехнулся:

– Два Серёжи, две геройских… фигуры.

Лейтенант Серёжа, кажется, обиделся.

– Я же для пользы дела вспомнил.

– Для пользы дела продолжим разговор. Скажи-ка, Сергей, а какое было лезвие?

– Клинок? Он плоский. С двух сторон заточенный. А конец некрасивый какой-то. Как у тупого утюга.

– Клинок с желобком?

– Нет, – уверенно сказал Серёжа. – Без желобка.

Георгий Матвеевич и лейтенант переглянулись.

– А какая ручка? – спросил капитан.

– Ручку я плохо помню, ее пальцы закрывали. Почти… Но, по-моему, пластмассовая. Знаете, бывают такие, из разных кусочков…

– Все точно, – сказал лейтенант. – Ну и глаз у человека!

– Да, – подтвердил Георгий Матвеевич, но как-то невесело.

Серёжа удивленно посмотрел на одного, на другого и вдруг сообразил:

– Значит, нашли?

Капитан кивнул:

– Нашли. Только пока это, Сергей, между нами.

– Конечно! А где нашли?

– Целая история. Отец Касьянова сам к нам принес. Не хочет, чтоб сынок в колонию попал. А сынок уже с Гавриловым оказался связан.

– А что за Касьянов?

– Ну, этот… Киса.

– Непонятно, – удивился Серёжа. – Когда Киса успел нож схватить?

– А он и не хватал… – вмешался лейтенант.

Георгий Матвеевич остановил его взглядом.

– Не все сразу… Спасибо, Сергей. Тебе ведь на урок надо?

Серёжа сразу пригорюнился.

– Что? Не хочется? – спросил капитан. – Уроки – вещь необходимая.

– Да не в уроке дело… Сейчас войду в класс с этой коробкой, и все опять на меня уставятся. Шуточки начнутся: "Ура, герой пожаловал…"

– А, вот в чем дело. Ну ладно, возьму грех на себя. Сорок минут у нас есть. Может, нам в кафе "Пингвин" заглянуть? Там пломбир с земляникой, у меня к нему давняя слабость. Ты на это как смотришь?

Серёжа смотрел положительно и не сумел это скрыть.

– Вот и хорошо, – сказал капитан. – А лейтенант Ковалевский не пойдет в кафе "Пингвин". Лейтенанту Ковалевскому на дежурство пора. Грустно бедному, а делать нечего – служба.

– Где мне угнаться за капитанами, – сказал лейтенант Серёжа. И мстительно добавил:

Как-то раз два капитанаПодались до ресторана.Первый прогулял урок,А второй со службы сбег… 

– Ты поговори, поговори с начальством! – пригрозил Георгий Матвеевич. – Я тебе покажу, как эпиграммы сочинять. Со мной шутки плохи, я тебе не Пеликан с "вальтером".

Кафе было недалеко, за углом, и Серёжа не хотел было одеваться.

– Простынешь, герой, – забеспокоился Георгий Матвеевич.

– Что вы! Я закаленный. А если одеваться да раздеваться, можно не успеть.

– Успеем. Учитывая сложности момента, я использую служебное положение и пролезу в кассу без очереди.

Но лезть без очереди не пришлось, в кафе было пусто.

Георгий Матвеевич взял два пломбира и скомандовал:

– Налегай.

Серёжа налег.

Когда он почти доел свою порцию, Георгий Матвеевич спросил:

– А тот парнишка, Стасик… Он товарищ твой?

Серёжа смутился.

– Ну… наверно. Раз уж так получается. Понимаете, он все время в разные истории влипает, а мне приходится его вытаскивать.

– Плохо. Я ведь сначала думал, что он так, случайный попутчик.

– А что случилось? – встревожился Серёжа.

– Что случилось… Не должен был я тебе это говорить, да все равно узнаешь. Касьянов, чтобы оправдаться, всем приятелям уже раззвонил. Да и на суде скажут… В общем, Стасик этот маленький, глупый… Когда нож упал рядом с ним, он его в сапожок сунул. Так и ушел. А утром Кисе его унес, вот какое дело.

– Зачем? – ошеломленно спросил Серёжа.

– Кто же его знает? Может быть, сначала себе взять хотел – вещь красивая, блестящая, – а потом испугался. А может быть, с Кисой подружиться пожелал. Не понять. Его ведь не допросишь как следует: чуть чего – и в слезы.