Чтение онлайн

Ладно, тогда обойдемся без цветов. Вдруг у нее аллергия на пыльцу — ищи потом женушку еще полгода. Мои яйца этого не выдержат.

Следующий на очереди ювелирный салон. Мы с беглянкой расписались через несколько часов после знакомства, и все это время она была уверена, что я — это мой брат Рэм. Понятное дело, колец у меня не было. Я и свое-то купил только на следующий день. Так что нужно выбрать что-то подходящее. Жена Влада Даля не будет носить скучное кольцо. Да меня на смех поднимут, если камень в ее кольце не будет виден за сто шагов. Да-да, статус обязывает соответствовать.

Девушка-консультант стреляет в меня глазами, как только я появляюсь. Прости, малышка, я верный муж! Но… На всякий случай беру у нее номер телефона, а про кольцо говорю, что это для любимой мамочки. Если моя Маша все же окажется чучелом или жадной хабалкой, то уже сегодня вечером я с удовольствием оторвусь с этой куколкой. Она как раз соответствует всем требованиям для «разового секса»: ноль интеллекта во взгляде, красивая фигурка и полные «рабочие» губы.

Но я надеюсь, что у нас с Машенькой все сложится — и вечером мы на радостях от воссоединения зажжем. В конце концов, я — Влад Даль, у меня просто не может быть страшненькой бестолковой жены. Даже если я выбрал ее почти вслепую!

Мы подъезжаем по нужному адресу, я выхожу из машины и еще раз проверяю, на месте ли кольцо. Все в порядке, лежит во внутреннем кармане пиджака у самого сердца. Эх, умер во мне великий романтик, а то бы и оду сочинил, так душа радуется. Но в Гарварде, увы, не учат сочинят любовную лирику.

Он передо мной — детский садик номер сто тринадцать, «Гнездышко». Утром мне на стол положили всю информацию о беглянке, в частности о том, когда заканчивается ее рабочий день. Я приехал с запасом времени, чтобы выбрать место для засады. На этот раз женушка от меня не сбежит.

Она появляется через четырнадцать минут. Что, удивляет точность? Я деловой человек, каждая минута в моей жизни чего-то да стоит, поэтому я считаю каждую, не округляя.

Откуда я знаю, что это моя Маша? Потому что помню, она была такого же роста и такой же комплекции, хоть в баре красовалась в узком красном платье, а сейчас на ней потертые джинсы и клетчатая рубашка. А еще я помню цвет ее волос: медовое золото. Тогда они были собраны в высокую прическу, потому что я весь вечер любовался ее тонкой шейкой, а сегодня Маша заплела их в две косички. И они длиной ниже ее локтей. Девочки с длинными волосами — мой «пунктик».

Я стою так, что увидеть меня она сможет только если подойдет почти впритык, а это, судя по всему, не входит в ее планы. Моя чудесная сбежавшая женушка отстегивает цепочку, которой «поставила на прикол» свой велосипед, и со знанием дела проверяет шины пальцем. Даже мысленно икаю от такого зрелища. Я был готов ко всему, правда. Даже убедил себя в том, что беглянка может оказаться кем угодно, вплоть до девушки с криминальным прошлым или, и того хуже, девчонкой из эскорта. Как бы там ни было, меня она славно обработала, раз я, как пацан, потерял голову и поволок незнакомку в ЗАГС.

Но я оказался совершенно не готов к двум вещам. Первая — она ездит на велике. И ладно бы на каком-то хорошем велике, так ведь нет — на старом корыте, которое выглядит надругательством над всеми правилами безопасности. И вторая — пока я, как ненормальный, искал ее среди студенток престижных ВУЗов, она работала… няней в детском саду. И преспокойно работает там до сих пор. А значит, в свои девятнадцать у нее максимум — одиннадцать классов и профильное училище.

Пока она наспех переплетает косы, завязывая их голубыми лентами с кокетливыми бантиками, я уже составляю для нее план на будущее: куда поступит, кем станет. Мысленно прикидываю, будет ли удобнее отвозить ее на занятия самому или лучше сразу выделить личную машину с водителем.

И только позже, когда я, покинув убежище, иду ловить беглянку, приходит понимание, что у меня даже не возникло мысли о разводе. Хороший звоночек.

— Привет, Мальвина, — улыбаюсь во весь рот, становясь так, чтобы беглянка увидела меня в зеркальце на руле велосипеда.

Девчонка вздрагивает и медленно, словно пытается повторить киношный эффект «slow-mo», поворачивается ко мне лицом.

Вот теперь понимаю, почему мысль о разводе обошла меня стороной. Хорошенькая — не то слово. Лицо сердечком, огромные голубые глазища, курносый нос весь в веснушках. В том баре, в полной боевой раскраске, она выглядела старше. Сейчас, без косметики, моя беглянка в самом деле вылитая Мальвина: невозможная милаха, хоть затискай всю. Надо бы в будущем обозначить свое желание не видеть на ней тонну макияжа.

— Удачно я женился, — улыбаюсь еще шире, так, что почти сводит скулы.

— Мммм… — тихо мычит она, растерянная.

— Что, никого не напоминаю? — наклоняюсь ближе.

Моя Маша-потеряша очень неубедительно мотает головой. Ну и к чему эти игры?

Ладно, я старше. На десять лет старше. Мне и воспитывать ребенка.

Достаю из кармана пиджака кольцо — как удачно я выбрал сапфир в форме сердечка — и, пользуясь ее замешательством, «окольцовываю».

— Ну, тогда будем знакомы еще раз, Мальвина: Влад Даль, твой муж.

Ее глаза наполняются растерянностью и смятением. Девчонка пятится, еще мгновение — и налетит на собственный велосипед. Успеваю податься к ней, вовремя схватить за руку — иначе наверняка бы грохнулась.

— Отпусти меня! — Кажется, она отпрыгивает в сторону прежде, чем я успеваю спасти ее от падения. Верткая, как юла.

Пока я пытаюсь как-то поприличнее отреагировать на ее возмущение, Маша смотрит на кольцо у себя на пальце… и начинает, как сумасшедшая, трясти рукой, чтобы стряхнуть мой подарок. Вот сейчас почти обидно, между прочим. Я же не фольгу с бутылочной стекляшкой ей всучил, а сапфир в платине. Да она столько не заработает за десять лет мытья детских горшков, а ведет себя так, будто мой подарок нанес ей тяжелую душевную травму.

Со вздохом ловлю ее запястье, удерживая от необдуманных поступков. Маша хмурится и голубые глазища смотрят на меня с немым предупреждением.

— Это же просто кольцо, Мальвина. Оно тебя не съест.

Маша размышляет, потом медленно, но настойчиво, высвобождает руку, но все равно отводит ее в сторону, словно на безымянном пальце — погибель цивилизации, но она вообще ни при чем.

— Что тебе нужно? — говорит настороженно. Все-таки хорошо, что я заметно выше ее и стою так, что сбежать она может только закатав меня в асфальт, что, как вы понимаете, на велосипеде сделать невозможно.