"Малыш"
Шрифт:
И, да - еще эта дебильная неуправляемая улыбка. Все губы уже искусал!
– Ты там курнул наверху? – начала стебаться Ольга, – почему в одного? Я тоже хочу такой дури!
– Отвалите… – попытался я замять разговор, раздраженно закатывая глаза. – Хотите обратно мою апатию?
– Э, нет, дружище! Если цена твоему «щаз щеки треснут» состоянию безобидная невменяемость, то мы готовы это потерпеть, – поддел меня Юрыч. – Но, б**ть… очень интересно - с чего?
– Я разорю твой бар? Выпить хочется…
Не стал развивать я эту тему.
– Вливайся... – усмехнулся он. – И нам принеси чего-нибудь.
Да, я невменяем. Да и вообще не здесь. И все потому, что отпустил себя и допустил мысль, что она опять будет в моей жизни. И все мои мысли крутились около этой идеи. Не то, чтобы я забыл все ее косяки… Нет, конечно! Но почему-то моя острая боль при малейшем воспоминании о ней, сейчас изменила свое содержание. Из чистого, преследующего меня все время болевого синдрома, отвращения и ненависти, она преобразилась во вспышки ревности, ярости, предвкушения и целый фейерверк других эмоций. Коктейль… О нем я тоже не вспоминал! Но весь этот вихрь эмоций был… Я бы сказал - мазохистки-сладким! Вроде больно, но вместе с тем убийственно приятно!
.
В голове крутились строки нашей переписки… и каждая оформлялась ее голосом и интонациями… смехом… мимикой… Я уже по десятому кругу переваривал каждую ее фразу. Мне хотелось снова добраться до фотографий. И, самое важное, я планировал сегодня продолжить наш разговор! А для этого мне нужно было сосредоточиться.
Я налил в бокал виски, бросил немного льда и пошел наверх.
– Куда собрался? – подозрительно окликнула меня Ольга.
– Возвращать свою вменяемость, – ухмыльнулся я,– спать. Устал как черт!
– Не-е-ет, это какая-то хе*ня… – уставившись на меня, пробормотал Юрыч.
Проницательный засранец!
Но я не стал добавлять им пищи для размышлений, и, пожав плечами, удалился. С каждым шагом, я двигался все быстрее и в комнату уже практически влетел. Первым делом я запер дверь. Не хватало еще неожиданных визитов. Потом сел за компьютер и загрузил нужные страницы…
Прошло больше трех часов после нашего разговора, и я надеялся, что она уже вернулась.
«Crazy.Baby. on-line» – высветилось на экране.
Сердце пропустило удар и забилось где-то в горле. Во рту пересохло... Опустошив залпом бокал, я пытался сообразить, как развернуть наш дальнейший диалог. Она дала мне полный карт-бланш по вопросам, и это вдохновляло. Но я боялся спрашивать, так как знал, она не будет щадить моих чувств, отвечая. По двум простым причинам – это же Женя, и она не знает, что по другую сторону Я.
И все же… Он и Она. Вот самые мои главные вопросы! Хочу, наконец, понять, что там к чему. Он — это, конечно же Фотограф. Уверен. Ее слова о Нем меня зацепили. Мне хотелось верить, что там просто игры… А оказалось всё гораздо серьезней.
От этого едет крыша. И мне нужно в этом разобраться, пока я снова не начал сходить с ума. Пусть это будет просто секс, пожалуйста! Секс с ним я смогу принять. Смогу?! Да! Невыносимо, больно, убийственно, но я смогу.
Пф… у меня до*ера секса! Что это дает? Что это меняет внутри меня? Просто тело.
А если любит его… Не любит! Нет, не верю! Я знаю что это такое — любить. Любила бы его - не позволила бы мне и на метр приблизиться тогда.
Какие они — её Она и Он? Литинская и Аронов. Это было про них. Да.
Их фотки должны быть на сайте.
И через минуту блуждания по сайту, я наткнулся на фотографию Литинской. На меня смотрела красивая, элегантная красотка. Рыжая. Сексуальная. Лет двадцати пяти.
Еще год назад я, безусловно, запал бы на нее и при случае даже понапрягался бы, чтобы затащить в постель. Возможно даже не один раз. Но сейчас… Мне хотелось удавить ее!
И рядом. Олег Аронов. Арт-директор, фотограф…
Пи**ец...
Наверняка, производит впечатление на женщин. Мне жутко не понравились его глаза. Застывшие. Ледяные. Взгляд тяжелый, прошивающий. Отстраненное выражение лица. Сдержанная циничная улыбочка.
Да какой же он Саб?!
Бред!
Но, тем не менее: «Саб», близкий человек…
Ревновал ли я?
Да! До потери сознания. При случае — его сознания.
Но, словно мазохист, я продолжал смотреть на него, представляя рядом с ней. Как она касается его… целует... все ее эти постанывания… взгляды… мурлыкания… оргазмы… рот ее нахальный… все ему?
Повезло тебе, Аронов?
Женя говорила, что их отношения – это ее инициатива. Я рассматривал его и начинал верить. Это меня убивало.
Больно!
Где моя анестезия!?
Shadow: Привет, Сумасшедшая! Еще не забыла меня?
Ответа не было минут пять, и я, конечно, напрягся, думая, что ее порыв прошел, и она не хочет продолжения. Но знакомый звук опроверг мои сомнения. Пиликнуло новое сообщение, выворачивая мою нервную систему наизнанку.