"Малыш"
Шрифт:
Оседлав мотоцикл Макс обнимал за талию стоящую рядом с ним МОЮ девочку.
Даже не обнимал, он откровенно лапал, скользя рукой по внутренней стороне ее бедра, высоко под юбку.
Я озверел от увиденного!
Ослепленный ревностью, я, не соображая, что творю, резко ударил по тормозам и дрифтанул прямо по луже, окатывая их грязной водой. Попало в основном по Женьке, так как она загораживала его, стоя перед ним. Сжав кулаки, она медленно развернулась, дрожа от холода, а может и от ярости. Макс сорвался с байка.
Давай, давай...
Ухмыльнувшись, я опустил стекло. Провоцируя его взглядом:
– Прошу прощения. Я не СПЕЦИАЛЬНО, - выделил я тоном истинное положение вещей.
Ноздри Жени вздрагивали от каждого глубокого частого вздоха. Мне кажется я даже почувствовал легкое удушье от периодически сжимающихся кулаков.
– Женечка… ты вся мокрая… нельзя ехать «верхом»... – сыграл я ему бровями.
– Мы же все не хотим, чтобы ты простудилась?
Она закрыла глаза и вдохнула поглубже. Открыла и спалила меня нахрен!
Ой-ёй...
– Садись, Малыш, я отвезу тебя домой, – сбавил я обороты, убирая к черту все провокационные подачи Максу.
Тот тоже в ярости смотрел на меня, видимо соображая, что ему предпринять, не нарушив правила игры.
Женька усмехнулась. Той самой своей опасной ухмылочкой.
– Ма-а-акс?..
Я сейчас отгребу за свою выходку по-полной…
– Да, Киска? – хрипло отозвался он.
Киска?!
Ну всё…Вышел из машины, открывая перед ней дверцу пассажирского сиденья.
Собрал всю свою волю в кулак, чтобы не комментировать. А еще, чтобы не затащить ее силой в машину. Это сложно давалось мне. И совсем уж не давалось контролировать сейчас мимику.
Мы впились друг в друга с ней взглядами.
– Сними куртку, Макс … – он расстегнул свою кожанку и бросил ее поперек байка.
– И футболку.
Теперь он с голым торосом.
Смысл?
Провокационно ухмыляясь, она стянула с себя свое маленькое платьице так, чтобы продемонстрировать мне все прелести, и швырнула к моим ногам.
От неожиданности я, потерял дар речи и контроль над ситуацией. Разглядывая ее обнаженку и хренея от неадеквата!
Хорошо, что дорога пустая сейчас...
Уперев руки в бока, она прогнулась, видимо, позволяя оценить. Высокая грудь, тонкая талия, длинющие ноги, заканчивающиеся шпильками… и… между ними…
Твою мать! – сократился я. – Ну хоть трусики надела, если их можно так назвать!
И все еще глядя мне в глаза:
– Макс… Дай мне… shhh…– немного помедлив, добавила, – футболку…
И тут я осознал, что пялюсь на нее не один!
Макс, не отводя от неё глаз, вложил ей в руку свою футболку. Быстро ее натянув, она развернулась и запустила руку в волосы этому мудаку, вставая так, чтобы я мог полностью оценить ее представление. Властно притянув его к себе, Женя впилась ему в губы. Агрессивным, глубоким, но коротким поцелуем.
– Надень куртку, – бросила ему она, оторвавшись, – на голое тело она смотрится сексуальнее.
Застыв глазами в районе ее сосков, он на автомате натянул куртку, видимо тоже забыв, как и я минуту назад, что не один наблюдает за ее беспределом. Она запрыгнула ему за спину, располагая одну руку у него на голой груди, а второй ухватившись за пряжку ремня. Зашипев от возбуждения и, оскалившись, он повернулся ко мне, прошептав одними губами:
– Съел, Зорин?
Байк рванул с места, поднимаясь на дыбы и унося с собой мою девочку и мое ликование.
Я улыбался им вслед.
Это представление было для МЕНЯ! Эти эмоции были МНЕ. И провоцировала, дразнила она опять МЕНЯ. А ты… использован! Отдыхай Макс. Она никогда не будет твоей!
Глава 2.9 - Держите меня семеро
Женя вчера так и не пришла на нашу маленькую домашнюю вечеринку в честь приезда Тани.
Вероятно, из-за моей выходки.
В сети она тоже не появилась…
Я тосковал и безумно ревновал – с Максом? Она его однозначно завела своим представлением. Какова вероятность того, что ей захотелось продолжить?
Нет! Она не может нарушить свои же правила! – уговаривал я себя.
Нужно перестать думать об этом, пока я кого-нибудь не убил!
Я знал, что она клятвенно пообещала Тане прийти сегодня в клуб, и ждал ее с нетерпением. Мы, как всегда, оккупировали наши диваны в VIP-зоне всей компанией.
Ни с Орцовым, ни с Ольгой мы не обсуждали больше Женю, но они все, включая Таню и Зимина, как будто включились в игру с нашим примирением. Их, и так довольно щадящее сглаживания всех тем, касаемых ее стало практически невесомым. Все упорно старались не провоцировать меня на негатив, на сколько были способны на это, учитывая стервозность Старшенькой и отсутствие фильтра «думаю-говорю» у Зимина... И я был очень благодарен им за это!
Слова Юрыча о том, что моя несдержанность будет поводом для сближения ее с Максом не давали покоя. И он как всегда был прав. Все именно так и случилось. Пообещав себе в миллионный раз сдерживаться, я терпеливо ждал мою занозу, в задумчивости потягивая что-то некрепкое из бокала.