Чтение онлайн

Такой вот Сосед.

У добродушного и спокойного Нагачики было мало врагов. Сначала его никто не воспринимал всерьез, а потом - их просто почти не осталось.

Нагачике Тетсумару в этом году исполнялось пятьдесят лет. Его юная жена была младше него более, чем в два раза.

Одуванчик не думал, что женится во второй раз.

После гибели его первой семьи - долгой, мучительной гибели, заснятой на видео и отправленной ему по почте, - мужчине казалось, что он перегорел.

И вот поди ж ты!

Сумел полюбить снова.

И сыном своим гордился до одури. Да что там! С достойным наследником Одуванчика Тетсу, маленьким шалопаем Хиде, носился весь их клан!

И ради своего сына Нагачика Тетсумару был готов на все.

В этом они с ведьмой похожи.

Одуванчик совсем не боялся ее. Да, жутковатая и разъяренная, ведьма оказалась опасней, чем он предполагал.

Но сам Нагачика Тетсумару мало отличался от этой женщины. Он тоже был в ярости. И настроен смертельно серьезно.

Просто его силой служит не мистика, а люди, которые идут за ним.

И без разницы, что еще месяц назад ему казалось, что магия - это сказки. Жизнь приучила верить своим выводам, а уж тому, что увидел сегодня собственными глазами, не поверить - грех.

Одно Нагачика понимал абсолютно точно.

Все, на что эта мистика способна, будет пущено в ход.

Потому что ведьме, как и ему, есть, что терять.

И такая потеря - неприемлема.

***

Едва разбили массивные стены ограды, все завертелось.

Свои воспользовались моментом, просачиваясь во внутренний двор мимо Хо, обходя ее по широкой дуге. Чужих оказалось больше, чем она предупредила: засели дальше.

Но теперь-то она чуяла их всех.

Хо надвигалась неотвратимо, как стихийное бедствие. Чужая кровь неохотно слушала ее, медленно подчиняясь. Вскоре к ней просто перестали подбегать враги, решив расстрелять издалека.

Будь Хо адекватнее, а крови - меньше, ее убили бы.

Вместо этого пули просто не попадали, отклонялись с траектории незадолго до того, как встретиться с целью, летели куда угодно, но не в ведьму. И не в ее союзников.

Якудза работали оперативно. Подготовка у нападающих была лучше, а обгадившиеся похитители стреляли сначала по "танку", а уже потом замечали реальную опасность.

Хо улыбалась, скалилась, шла.

Мир выцвел до предела, оставив пятнадцать градусов обзора: единственное цветное пятно - это вход. Дальше не видно, но зацикленная на единственной цели ведьма уже проложила себе путь. Дверь, поворот, лестница, дверь, дверь, дверь. Сын.

– Хо-сенсей, вы в порядке?
– спросил догнавший ее Нагачика. Его люди заполняли двор, не приближаясь к ведьме. Их босс оказался то ли самым смелым, то ли самым глупым.

Или самым наблюдательным: ведьма четко различала своих и чужих.

Разница значительна.

Одни запинались даже о воздух, другим сказочно везло. В одних попадали пули рикошетом, в других не попадали, стреляя в упор. Одних перемалывало в кровавую кашу, стоило подойти поближе, других не задевало даже случайно.

Осталось определить, насколько все же внятно соображает сейчас Канеки Хо, и отправить отряд внутрь дома.

Ведьма была мощной, но медленной. Идеальна для акций устрашения или уничтожения крупной неподвижной цели. Зданий, например.

Но освобождение заложников - задача более тонкая. Детей могут убить до того, как женщина успеет что-то сделать.

Специальная команда уже давно была готова и ждала сигнала. В нее вошли лучшие и самые опытные бойцы. Нагачика не дал отмашку по двум причинам.

Первое - оказавшись перед ведьмой, они могли попасть в мясорубку из ее летающих камней. Ками ее знает, как она определяет, где кто.

Второе - если у ведьмы есть какие-то дополнительные способности, которые могут помочь, то лучше их использовать. Чем выше шансы, тем лучше.

Но на вопрос Хо не ответила. Она проламывалась сквозь сад камней, как носорог: не замечая преграды, сминая их на своем пути. Камни сада раскалывались, галька под ее ногами истиралась в пыль. Женщина шла вперед, раскинув руки в стороны, словно дива во время сольного выступления. Или словно пыталась дотянуться до каждого врага что справа, что слева от нее.

И дотягивалась.

Из мертвецов (и их живых) вытекала кровь, медленно меняла цвет на золотой и следовала за ведьмой.

Когда женщине осталось полтора десятка шагов до особняка, стена дома начала крошиться.

Мать-перемать!

– Вперед, - крикнул Нагачика готовым бойцам, после чего снова попытался привлечь внимание сумасшедшей мамаши, прущей к крыльцу особняка, перемалывая препятствия.

Отряд без колебаний метнулся наперерез ведьме, проскальзывая в открытую дверь.

– Хо-сан, если дом рухнет, то наши дети умрут!
– воззвал он к ее здравому смыслу.

Если тот еще был.

Но эти несколько слов привлекли внимание женщины надежней выстрела в голову (Нагачика уже видел, как в нее стреляют - ведьма отмахивалась от пуль, как от мух).

– Что делать?

Что делать - что делать! Сотвори, добрая фея, большое колдунство, чтоб настал мир во всем мире, а несогласных шинковало в капусту заранее!

Так, что там она точно может?

– Усильте невидимость, - быстро на-гора выдал Нагачика, - Удержите защиту. Поставьте ее на детей - если можете.