Мама
Шрифт:
– Сейчас поедем к нам в гости. Ты хочешь в гости? Скажи «до свидания» Софии Ивановне.
– В гости, в гости! – девочка сияла от счастья. – До свидания! Я еду к маме!
За Верой с ребёнком заехал на служебной «Волге» личный водитель Михаила – Геннадий, мужчина средних лет. Хороший семьянин, имеющий двух сыновей-подростков. Как и любой личный шофёр, он многое знал о своём начальнике, к Верочке же относился с почтением и даже поздравлял с днём рождения и восьмым марта. Когда Вера с Надей сели на заднее сидение, то Геннадий весело поздравил:
– С прибавлением вас, Вера Степановна! Весело теперь вам будет!
– Надеюсь, Гена. Поехали. А Михаил Алексеевич сегодня не задерживается, не знаете?
– Пока не говорил. Вроде бы их вызвали только на совещание, через часок должно закончиться!
– Хорошо бы! Вы ему передайте, чтобы купил небольшой торт, печенья, конфет и яблок. Девчушка любит сладкое.
– А думаете, пацаны не любят? На каникулах мы с женой не успеваем в магазин ходить. Уж скорее бы в школу, никакой зарплаты на них не хватает!
– Зато они с вами, – тихо ответила Вера, и водитель замолчал.
В первый вечер присутствия в семье маленького ребёнка, которому не дашь и трёх лет, Вера и Миша почувствовали себя молодыми родителями. Вера ещё раз попыталась внушить малышке, что её зовут Вера Степановна, но та ничего слышать не хотела, называла её мамой, а Михаила – дедушкой.
Как только Надя увидела входящего в дверь бородатого дяденьку с пакетом сладостей, она тут же обрадовалась (говорила плохо, буквы некоторые совсем не выговаривала):
– Ура, к нам Дед Мороз пришёл!
– Наденька, это не Дед Мороз, это мой муж, Михаил Алексеевич. Можно просто Миша.
– Нет, это дедушка! – Надюша надула губки и с вызовом посмотрела на Веру.
– Ну хорошо, дедушка так дедушка. Тем более, что это соответствует истине, – сказала Вера печально и взглянула на мужа.
– Вер, всё хорошо! Ты посмотри, какая у нас девочка! Какая красавица! Пойдёмте на кухню выгружать подарки! Ты, малышка, любишь торт и конфеты?
– Да, люблю!
Наденька перепробовала все конфеты, съела кусочек торта, а от яблок и винограда отказалась. После ужина при свечах, Вера очень любила в праздники их зажигать, все трое пошли в зал и включили мультики, Миша заранее купил несколько кассет. Пока девчушка внимательно наблюдала за приключениями волка и зайца из «Ну, погоди!», Михаил подсел ближе к Вере, поцеловал её в висок и тихо спросил:
– Твоя душенька теперь довольна?
– Да, я сегодня счастлива. Правда, устала с непривычки, но зато мыслей никаких нет. О Жене тоже стараюсь не думать. О будущем тоже. Ты посмотри, какое у неё личико! Вот уж точно, ангелочек! Как можно было такую девочку подкинуть в Дом ребёнка? Неужели нельзя было по-человечески отказаться? Не понимаю я, Миша, таких мамаш. Если бы Бог дал нам ещё детей, я бы родила и второго, и третьего. А у нас один, и тот чужой…
– Верочка, не говори так. Я уверен, что в душе он нас любит! Просто обстоятельства сложились не в нашу пользу. Он подвержен чужому влиянию. Сначала Ирина его прибрала к рукам, потом тёща взяла в оборот. А он у нас безотказный, ссориться ни с кем не хочет. Будем радоваться, что у него там всё хорошо.
– Да, я рада, – сказала Вера печально. – Наверное, уже поздно, нужно Надю искупать и укладывать спать.
Малышку с трудом удалось оторвать от мультиков, потом с боем вынимать из ванны, а затем держать за ручку и читать сказки. Только после одиннадцати ночи Наденька уснула. Михаил уже спал.
Вера взяла толстую тетрадь с надписью «Письма маме», полистала её, потом ушла на кухню, взяла ручку и задумалась. Выросшая с бабушкой Лидой и не знавшая мамы, Верочка в седьмом классе, когда начался подростковый возраст, очень сильно тосковала по маме. И вот тогда она решила писать ей письма, рассказывать о своей жизни, задавать вопросы, а потом самой же на них и отвечать. Этот своеобразный дневник она вела уже много лет, причём иногда не заглядывая туда долгое время. Только значащие, судьбоносные события подталкивали её к написанию очередного письма маме. Нет, она особо не верила, что возможна связь с потусторонним миром, но само написание письма давало какую-то ясность, раскладывало всё по своим местам. Бывали и мистические совпадения, о которых Вера частенько говорила с мужем. Они вместе придерживались в своей жизни принципа, что ничего и никогда не бывает случайным…
Глава 2 Сомнения
«Дорогая мамочка! Ты не поверишь, какая я сегодня счастливая! Знаю, что всё пройдёт, что это только на несколько дней, но пусть будет так, чем совсем без всяких изменений в жизни. Да, мы с Мишей прожили долгую и, если посмотреть вокруг, то можно сказать, что счастливую жизнь, вырастили сына, но мне всё время так хотелось иметь дочку! Моя мечта осуществилась как-то случайно, странно и непредсказуемо. В детской комнате, где жил Женя, сейчас спит маленькая Наденька пяти лет от роду, но которая разговаривает как трёхлетка. Я не всё понимаю, что она говорит. Представляешь, она сразу назвала меня мамой! У меня чуть слёзы не полились, когда я услышала. Сегодня она не отходила от меня ни на шаг. В буквальном смысле. Я на кухню готовить, она тут же со своими вопросами. Увидела сахар на столе и спрашивает, что это такое. Я ей сказала, чтобы попробовала.
– Это конфеты такие? Сладко!
– Нет, солнышко, это сахар. У вас не стоит на столе?
– Нет, я бы всё съела!
Кушает она плохо, ей всё время хочется чего-то вкусненького. Наверное, в Детском доме конфеты и печенье дают редко. Мы пробовали с ней рисовать, играть и читать книги, но она не может сосредоточиться, внимание минут через пять-семь рассеивается, она тут же бросает начатое дело. Но вот посуду моет с удовольствием! А ещё не помнит совсем сказок – про курочку Рябу, Красную шапочку, Морозко. Наверное, их ей когда-то читали, но с её диагнозом, возможно, запоминать что-то трудно. Она так и не знает, как меня зовут. Моего мужа тоже.
Я только что проверила, как спит малышка. Обняла беленького зайчика, которого мы ей сегодня купили, укуталась в одеяло и тихонько посапывает, улыбаясь чему-то во сне. Боже, как мне её жалко! Прижала бы к себе крепко-крепко и не отпускала! Но, поразмыслив хорошенько, я поняла, что у меня уже нет сил забрать такого проблемного ребёнка под свою родительскую опеку. Я ведь для неё по возрасту – бабушка! И сил на её воспитание у меня, знаю, не хватит. Когда Наденька не слушалась и не хотела спасть одна, мне уже хотелось повысить на неё голос. Но ведь я не имею на это никакого права! Я добровольно взяла ребёнка на несколько дней, чтобы доставить ей радость. Только вот воспитатель предупредил нас, что такие дети не запомнят эти радостные каникулы. Она и не вспомнит меня, если я приеду в Детский дом через некоторое время. Но ведь важен каждый прожитый день! Для нас с Мишей тоже. Мы получаем новый опыт, чтобы чему-то ещё научиться. Чему? И зачем?