Чтение онлайн

— И что ты хочешь взамен? — с подозрением спросил я у него, чуя подвох. Хотя его предложение, конечно, заинтересовало меня.

— Да ничего особенного, — пожал он могучими плечами, — Ты продолжишь заниматься муай-тай, выиграешь чемпионат мира, и летом приедешь ко мне и будешь учиться у меня. По утрам до обеда будут занятия, а после обедал сможешь заниматься своей мангой. Как тебе такой вариант?

— А как я буду жить у тебя, если мне надо будет на работу ездить? — вяло сопротивлялся я.

— Уж два раза в неделю и от меня съездишь, — решительно отрезал он, — Там ехать-то три часа от меня до Токио. Пару месяцев так поездишь, поучишься у меня, сделаем рекламу додзё с тобой, а там уже сможешь вернуться домой, и пару раз в неделю будешь ко мне заезжать. Согласен?

Я завис. С одной стороны, не ходить больше в школу было очень заманчиво, с другой — заниматься боевым искусством деда и делами его додзё не хотелось совсем. Да и от Мидори не хотелось далеко и надолго уезжать. А у нас с нею, похоже, что-то серьёзное вырисовывалось, созванивались уже каждый день. В прошлые выходные не удалось выбраться на свидание, к сожалению, но она клятвенно мне пообещала, что в следующие мы непременно куда-нибудь сходим.

Разумом-то я понимал, что мне не дадут с ней долго встречаться, и рано или поздно её отец или дед скажут мне держаться подальше от неё. Вот, кстати, я ещё их не посчитал тогда, когда прикидывал, кто может за мной следить.

— Мне надо подумать, — наконец, отмер я.

— Разумеется, думай, — кивнул дед, вставая, — Это, говорят, даже полезно. Только не слишком долго. До конца этой недели жду от тебя ответ.

Интерлюдия

— Разрешите войти, господин?

— Входи, — лениво согласился Осоми, затянувшись кальяном. Клубы дыма окутывали небольшую приватную комнату в элитном ресторане, создавая причудливые узоры в воздухе, — Ну, что скажешь? Удалось что-то узнать об этом мальчишке?

— Да, господин, — тихо ответил гость, подойдя к дивану, и низко поклонившись.

— Так рассказывай! Не тяни время!

— Сайто Кушито, шестнадцать лет, сын Суматы Кушито, являющегося начальником службы безопасности у вице-президента корпорации Сони Тары Симады. Помимо работы на вашу корпорацию, он ещё снимается в кино, и занимается муай-тай. Неделю назад выиграл чемпионат префектуры Токио среди юниоров. Ездит везде с охраной из двух человек.

Тут Осоми аж закашлялся.

— Ты ничего там не попутал? Какая ещё охрана может быть у обычного школьника? Его отец не глава какой-нибудь корпорации, чтобы сына так беречь. И вообще, что за бред? Зачем ему тогда работать у нас обычным стажёром?

— Охрану к нему приставил отец после какой-то истории с якудза. Подробности нам выяснить не удалось. Охрана весьма профессиональная, и, похоже, даже смогла увидеть нашу слежку. Ничем другим я не могу объяснить тот факт, что они неожиданно сменили сегодня свой маршрут движения, и нам срочно пришлось подключать другие машины. Они никуда заезжать не стали по пути домой, так что других вариантов причин неожиданной смены маршрута у меня нет, — тихо, но спокойно продолжал гость, — Стажировка же у вас у него формальная. Я так понимаю, корпорация таким образом решила обойти ограничение по работе со сторонними мангаками. На полноценную работу в вашей организации он, видимо, не согласился, да и школьник ещё, вот его и устроили к вам фиктивно. Какими будут ваши дальнейшие распоряжения? Проучить объект, как вы хотели?

— Погоди с этим, — Осоми отложил в сторону кальян, вскочил на ноги, и нервно прошёлся по комнате, — Одно дело, проучить обычного наглого школьника, и совсем другое, сына начальника службы безопасности Сони. Ещё не хватало чтобы из-за меня война между корпорациями началась. Тут надо как-то по-другому действовать… пока просто продолжайте наблюдение. Всё, свободен!

— Слушаюсь, господин, — гость ещё раз низко поклонился, и быстрым шагом вышел из комнаты.

После ухода деда я вернулся было к рисованию, но мысленно весь был в прошедшем разговоре, из-за чего никак не мог сосредоточиться на рисунках. Стоило на секунду отвлечься, и рука куда-то в сторону уходила, портя рисунок, и, хотя на планшете все эти помарки можно было без проблем исправить, но уже через пару минут я снова отвлекался, делал новые помарки, исправлял, всё больше и больше раздражаясь, и в итоге, отодвинул планшет в сторону, и закончил пока с рисованием. Не до этого пока. Надо успокоиться немного.

Я откинулся на спинку компьютерного кресла, и стал наблюдать за тем, как Куро играет с подаренной ему мною мягкой игрушкой в виде мыши. То наскочит на неё, схватит зубами, и треплет, как будто настоящую мышь поймал, то бросит вдруг, удирает испуганно под кровать, как будто его вспугнуло что-то. Оттуда посверкает своими зелёными глазами, сожмётся, как пружина, и вот снова летит в атаку на беззащитную игрушку.

Вот так резвиться он себе только в моей комнате позволяет. В доме отец приучил его вести себя тише воды ниже травы. И не бил ведь, только порыкивал в его сторону, но и этого хватило, чтобы кот боялся его как огня. А на съёмках он вёл себя как настоящий аристократ на выезде. С ним периодически то один, то другой человек из съёмочной группы пытались играть разными бумажками, веточками, фантиками, но он их презрительно игнорировал. Даже гладить себя не сильно-то давал.

Нет, сразу кусаться и царапаться на начинал, когда к нему кто-нибудь погладить его подходил, но терпел максимум секунд пять, а потом начинал грозно шипеть, подняв предупредительно вверх лапу, и до людей как-то сразу доходило, что от него лучше отстать.

Один раз только помощница режиссёра, Ёсика, решила проигнорировать его предупреждение, и продолжила гладить, и тут же получила по руке когтями, не успев отдёрнуть руку, и красные полосы на её руке ещё долго служили примером для окружающих, как делать не надо.

Тут кот как будто почувствовал, что я думаю о нём, оставил в покое свою уже изрядно подранную игрушку, запрыгнул ко мне на колени, и замурлыкал, поудобнее устроившись на них.

И всё же, что мне ответить на предложение деда? — мучительно размышлял я, поглаживая кота, — Решил ведь уже, вроде, всё, и тут все планы меняются… Можно и отказаться, конечно, вот только не ходить два последних года в школу было весьма заманчиво, да и, что скрывать, очень уж мне понравились те эмоции, которые я ощутил, победив в турнире, и был весьма не против их повторить…