Чтение онлайн

– А менеджеры в «Оптторге» до скольки работают? – поинтересовался отец. – А то ведь без их разрешения товар не примут?

– Не примут! – сказал я и глянул на дисплей телефона, сигнал сети отсутствовал. – До шести. Да нормально все, сейчас двадцать минут пятого, примерно без двадцати шесть будем около Липецка, там остановишься, я позвоню, сигнал должен быть.

– А что, нет сигнала!? – испуганно глянул на телефон отец.

– Неа, – буркнул я и положил телефон на переднюю панель. – Вышек нет, и связи нет. Только около Липецка сигнал появится.

«Газель» прибавила ходу. Без двадцати шесть на подъезде к Липецку, на экране телефона появился сигнал. Не въезжая в город, ушли на окружную, отец остановился на обочине. Без пятнадцати шесть я позвонил в «Оптторг», предупредил менеджеров, полу-чил уверения, что товар на складе примут.

В семь тридцать мы влетели в «Оптторг».

– Вот кому не пропасть! – воскликнула знакомая тучная кладовщица, глядя на нашу машину, на скорости заложившую крутой вираж, пискнувшую тормозами и тут же пока-тившую задом к воротам склада.

Я на ходу выскочил из кабины.

– Ром, что это значит!? – уперла наигранно строго руки в боки кладовщица. – Вре-мя сколько, знаешь!?

– Марьяна Андреевна, только не ругайтесь! – подыграл я ей, поздоровавшись. – Время – полвосьмого! Мы прям с дороги и сразу к вам, ездили за порошком, девчонки срочно заказали для какого-то клиента, пришлось ехать!

– Да как это не ругаться!? – продолжала та. – Повадился под конец дня приезжать!

– Первый и последний раз! – принял я жалостливую позу. – Обещаю!

– Да ну тебя! – отмахнулась тетка. – Чего привезли? Пятьдесят мешков порошка?

Я кивнул, задний борт «газели» приблизился к воротам склада, машина заглохла. Я расчехлил тент, открыл борт. Из склада подошли два грузчика.

– Так, порошок, пятьдесят мешков, туда несите! – скомандовала кладовщица.

– Здрасьте вам, – подошел отец намеренно расслабленной походкой, улыбаясь.

– И вам не хворать! – откликнулась тетка. – Толь, что это такое!? Время сколько!?

– Вот! – показал рукой отец на меня. – У меня есть директор! Все вопросы к нему! Он занимается коммерцией, я только руль кручу!

– Ох, директор! – вздохнула с улыбкой кладовщица, посмотрев на меня, подающего мешки из кузова машины, закатила иронично глаза.

– Директор мешки, вот, таскает! – парировал я отцов перевод на меня. – В нашей фирме сложно быть директором! Коммерция – штука такая!

– Ох, коммерсанты! – заулыбалась Марьяна Андреевна и пошла в склад.

Закончили мы ровно в восемь. Я выпрыгнул из кузова, кругом стояла тишина. Дневной торговый гам пропал, покупатели разъехались, по территории базы бродили ус-талые кладовщики и грузчики, уже собиравшиеся по домам. Распрощавшись с кладовщи-цей, мы поехали домой. «Хорошая тетка», – подумал я. И не потому, что приняла товар в свое отведенное рабочее время, дело в другом. Есть в жизни особенность или закономер-ность – с кем отношения начались сложно, коряво, даже чуть враждебно, с тем потом они станут наилучшими, и наоборот, смотришь вроде, замечательный человек и мягкий и чут-кий и вокруг тебя вертится, а позже понимаешь – такое говно. Кладовщица в душе оказа-лась теткой хорошей. Поначалу мы с ней ругались постоянно. И она, будучи человеком старой закваски, не любила всех коммерсантов, презрительно называя их «торгашами». И к нам так же относилась по первому времени, а потом присмотрелась. Увидела, что сами мы свою работу делаем, сами свой кусок хлеба добываем, своими руками. Грузим, разгру-жаем, таскаем товар. Все сами. Вот, думаю, после такого вывода она и сменила гнев на милость. До самого последнего дня ее работы в «Оптторге» мы оставались в очень хоро-ших отношениях. А уволилась она тихо и не заметно году, наверное, в 2008. Не помню.

Конец ознакомительного фрагмента.