Чтение онлайн

Кроваво-красная луна плыла по небу. Когда Ник открыл глаза, она висела у самого горизонта, заливая все вокруг желтоватым светом. Он не сводил глаз с луны, пораженный ее необычным цветом. Вдруг Ник понял, что не знает, где находится.

Он сел, думая, что должен быть в постели с Сарой, но оказалось, что он в незнакомой комнате на одноместной кровати с тяжелым одеялом.

«Это просто сон. Луна еще никогда не была такого цвета. Проснись, Ник. Тебе просто снится кошмар».

Ладони казались липкими, поэтому Ник вытер их о простыню и, откинув одеяло, опустил ноги на пол. Удивительно, но он был одет в джинсы, носки и футболку – ту самую, которую сегодня утром положил в сумку. Разве они с Сарой не разделись и не легли спать? Голова болела в том месте, где егоударили в ночь убийства Сэма. Ник поднес ладонь ко лбу, и тут у него так сильно закружилась голова, что он чуть не потерял сознание. Пришлось закрыть глаза, а когда он открыл их снова, оказалось, что рядом с ним лежит Джейсон Гэмлин. Лишь через некоторое время он понял, что магнат мертв: горло его было распорото от уха до уха, кровать пропиталась кровью. Ник метнулся в сторону, пытаясь заглушить собственный крик.

«Это просто сон, Ник. Тебе снится кошмар».

Когда он повернулся, кровать была пуста. Трупа уже не было. Ник протянул руку и потрогал простыню. Постельное белье оставалось сухим, никакой крови там не оказалось. Выпрямившись, он осмотрел эту странную комнату. У одной стены стоял стол, у другой – шкаф, на полу лежал ковер. Ник узнал вид из окон дома Гэмлина на Пьюджет-Саунд. Вот только спать он ложился не здесь.

Перед глазами Ника вспыхнул образ коричневой баночки. Последним, что помнил Ник, был стакан воды, который он взял у Сары, чтобы запить таблетку, и широкая кровать, приготовленная для сна. Он тогда обнял Сару, зарывшись лицом в ее прохладные шелковые волосы, и заснул, едва коснувшись головой подушки.

Ник снова обратил внимание на то, что ладони у него какие-то липкие, и вытер их об футболку. Он что, ходил во сне?

«Это всего лишь сон, Ник. Ты по-прежнему с Сарой. Проснись! Проснись, и все будет хорошо».

Он сделал неуверенный шаг, решив выйти в коридор. Дверь была приоткрыта – Ник видел, как она блестит в лучах лунного света. Краска на ней показалась ему холодной и скользкой на ощупь. Под ногой скрипнула половица, и Ник замер, прислушиваясь. Коридор наполнял какой-то гул, словно где-то работали гигантские электронные часы старого образца.

Здесь было темнее, чем в комнате, так что пришлось подождать, пока глаза привыкнут к свету. Ник неуверенно пошел по коридору. «Третья дверь», – прошептал он, вспомнив слова Тодда Уилера. Голос прозвучал так хрипло, что Ник не сразу понял, что это говорит он сам.

Он сделал шагов десять, когда коридор исчез, сменившись видением ладони на прохладной дверной ручке. Ник вошел в большую, красиво обставленную комнату в доме Гэмлина. Занавески были задернуты не полностью, и через окна сюда лился свет. Луна стояла высоко в небе. Услышав какой-то шорох, Ник замер на месте. Опустив взгляд, он увидел, что сжимает в руках кухонный нож. Шорох повторился, и Ник понял, что кто-то ворочается в постели. Тень отступила и Ник увидел лицо Гэмлина на фоне стены за огромной кроватью.

– Сара? – спросил магнат, всматриваясь в темноту.

Ник споткнулся о ворсистый восточный ковер… и оказался в коридоре. Он застыл на месте, пытаясь отдышаться. Руки вспотели и снова стали липкими. Ник с силой потер ладони сперва о джинсы, а затем об футболку, пытаясь отчистить грязь. Ему захотелось включить свет и посмотреть, что же у него с руками, и он начал искать ванную.

Ник протянул руку к белой фарфоровой ручке двери, и сердце его неистово забилось. Он увидел, как открывает ящик стола и достает нож…

Помедлив, Ник вошел в ванную и пошарил по стене в поисках выключателя. Умывальник тоже казался липким, как и его пальцы, будто смазанный клеем. Наконец Ник нашел выключатель, и ванная озарилась ярким светом.

Вся она была вымазана красным – багровые потеки на стенах, ярко-алые разводы на рукомойнике. Ник закрыл глаза.

«Тебе все это кажется. Это не по-настоящему. Ты по-прежнему лежишь в постели. И спишь. Или это галлюцинации».

Открыв глаза, Ник едва узнал свое отражение в зеркале. Его лицо тоже было покрыто кровью, вся одежда пропиталась ею, а к рукам пристали обрывки сухожилий и мышц, будто Ник засовывал руки в нутро какого-то животного. Его затрясло.

Он с трудом открыл кран и сунул руки под струю воды. Розоватая вода стекла к смыву, словно из крана бил фонтан крови. Схватив мыло, Ник попытался отмыть руки, но чем больше он тер, тем больше засохшей крови смывалось и тем краснее становилась вода. Потом он сполоснул лицо и стер пятна со щек и лба.

«Ты убил Сэма».

Он снял белое полотенце с крючка рядом с умывальником и вытерся. Полотенце стало алым, будто его макнули в краску.

«А кого ты убил теперь, Ник? Сару?»

Внутри поднималась волна паники. Он убил Сару? Неужели он будет убивать всех, кто ему дорог? Сперва брата, теперь свою девушку. Опустив полотенце и так и не выключив свет, Ник вышел в коридор. Пол скрипел под ногами. Ник пытался ступать бесшумно, но у него ничего не получалось. Он был в ужасе, думая, что убил свою возлюбленную. Спустился на кухню, взял из ящика нож… И убил ее…

Перед его глазами возник образ Гэмлина – сперва сидящего на кровати, а затем лежащего на пропитанных кровью простынях, с перерезанным от уха до уха горлом. Остановившись, Ник прислушался. В доме по-прежнему было тихо, слышалось только его отрывистое дыхание. Волны его ужаса расходились по коридору.

«Они все мертвы. Ты их всех убил, Ник».

– Заткнись! – Его хриплый голос разнесся по дому. – Заткнись!

Он подошел к двери комнаты, где укладывался спать вместе с Сарой, и открыл дверь. Девушка сидела на кровати, прикрываясь одеялом и глядя в его сторону. Она прищурилась, когда свет из коридора просочился в комнату.

– Ник?

У него подогнулись ноги. Какое облегчение!

– С тобой все в порядке…

– Господи, Ник… Что случилось?