Чтение онлайн

Митя сказал так искренне и с такой уверенностью, что Юлька прониклась и высказыванием, и настроением. Хотела пустить слезу, да вовремя одумалась. Дора пустила. Ирина Леонидовна внимательно изучала Широкова. А Фира..

— Имейте в виду, молодой человек, если мне не понравятся ваши сырники, я так прямо и скажу!

Дора метнулась за вилкой, и Фира «сняла пробу». Прожевала, помолчала и выдала.

— Шельмец ты, Митька. Ваниль-то из пакетика. А я люблю из стручка! — но прекрасно умяла изысканное творение.

Юльке же стало понятно — сумел Широков достучаться до Фиры и даже без диплома психолога. Восхитилась его терпением и искренностью. Об одном только думать себе запретила… О том, что сосед очень красивый….

Потом все поболтали немного. Фира поднялась с постели и даже проводила гостей до двери.

Когда все разбрелись по квартирам и Юля осталась на площадке одна, стало ей неказисто как-то и тоскливо. Толкнула свою дверь и уже в холле услышала «стрелялки» с компьютера Киры. Поняла, что муж занят и вряд ли обрадуется, если она пойдет к нему просто поболтать, просто стряхнуть с себя одиночество. Побродила по дому, посмотрела в окна. Потом метнулась рыбкой на кухню, открыла шкаф со специями и достала вязаночку ванили в стручках. Зажала в кулачке и вон из квартиры! Слегка опешив от собственной смелости, уже жала кнопку звонка у Митиной двери.

— Юля? — и снова взгляд, как тогда, у студии.

— Вот, — Юлька протянула ваниль. — Я понимаю, что у вас наверняка есть и такая, ну а вдруг, нет?

— Через порог не передают. Примета плохая. Зайди. — И вот тут Юлька застопорилась, застыла и замерла. — Я тебя не съем, честно.

И снова смотрит…

И вот прямо сейчас, в этот момент, дошло до нее, что неслась она с этой окаянной ванилью к нему только для того, чтобы еще раз ощутить на себе его взгляд. От этой мысли кошмарной, она сжалась, заиндевела.

— Я в приметы не верю, — прошептала Юлька, отдала ваниль Широкову и быстрым шагом ушла домой.

Захлопнула за собой дверь, а для надежности еще и спиной к ней прижалась. Старалась привести в порядок чувства и мысли, а они не приводились. И сколько бы не уговаривала себя Юленька, как бы не старалась оправдать себя перед самой же собой — ничего не получалось. Чувствовала и вину свою, и стыдилась.

Почему стыдно и виновато? Да из-за Кирочки. Юля по себе знала, как неприятно, когда любимый муж на других женщин заглядывается. А теперь она сама поддалась обаянию ярославского кавалергарда, и на минутку забыла о Кире.

Немного пометалась наша москвичка по холлу, потом вспомнила, что время позднее и пошла спать. Легко сказать, сложно сделать… Кира сидел в кабинете за компьютером и радостно «стрелял», а Юля, лежа в большой постели, уснуть не могла. Все беседовала с Митей. Мысленно. Вела диалог, говорила что-то, оправдываясь. Так и уснула вся в раздумьях о красивом соседе.

Утром разбудила Киру на работу, а сама засобиралась. Юленьке нужно было сбегать по делам в банк, затем она обещала помочь своей подруге по институту. Та практиковала, как детский психолог (выискался сложный случай в виде пятилетнего мальчика), и хотела получить консультацию независимого эксперта в лице институтской приятельницы. Потом занятия уже в ее, Юлиной студии. Группа сегодня несложная. Вроде и дел немного, а бегать придется по всему городу. Как говорит Кира «не ближний свет».

— Кира, я побежала, — это она мужу, который допивал утренний свой кофе и доедал вкуснейший омлет.

Оделась потеплее. Закуклилась в огромные куртку и шарф, натянула на голову вязаную шапочку и поспешила на улицу. Уже у подъезда увидела Митю Широкова. Он очищал машину свою от снега. Ох уж эти предвесенние снегопады! Одно расстройство. Хочется уже сухих тротуаров и тепла, а тут на тебе, подарочек.

Юленька хотела прошмыгнуть мимо соседа, но остановилась. Хотите верьте, хотите нет, но поняла она, что нужно сказать ему спасибо за творожники для Фиры Рауфовны, да и про себя кое-что добавить…

— Митя, доброго утра.

Широков развернулся так резко, что Юля от неожиданности подпрыгнула.

— Юль, напугала! — широковские глаза, сначала удивленные, а потом заинтересованные, сверкнули ей серебром и снова заставили зарумяниться.

— Простите, я не хотела напугать. Митя, спасибо вам большое за Фиру Рауфовну. Честно, никогда не видела ее такой воодушевленной. Имейте в виду, она непременно явится к вам на мастер-класс по лепке творожников, — Юля попыталась улыбнуться, а Митя просто смотрел и молчал. — И вы спрашивали, куда я хочу. Я подумала…

— И? — Широков подошел ближе и ждал Юлькиных слов.

— В Санкт-Петербург. Я никогда не была там. Странно, правда? Кире город не нравится, а я бы посмотрела, — выдала Юлька на одном дыхании.

Широков моментально открыл дверь автомобиля, и сделал приглашающий жест. Юлька не поняла сначала, что он хотел сказать этим, а когда до нее дошло, заволновалась.

— Митя, вы шутите?

— Ни разу. Садись и поехали.

— А как же…? Но, я же… Митя, да вы шутите! — Юлька совсем растерялась.

— Юль, сказал же, не шучу. Садись и поехали. Что? Иначе ты никогда не соберешься.

— Вот просто сесть и поехать? Нет, я не могу. У меня Кира, занятия. Ирине Леонидовне нужна будет помощь завтра. И Дава просил кое-что для него сделать. Как же я все брошу? И как вы все бросите?

Широков сдвинул брови, но не выдержал и засмеялся. Юля, поняв, что это была шутка, облегченно выдохнула и поддержала Широкова смехом, негромким, но заразительным.

— Митя, а если бы я согласилась, как бы вы тогда изворачивались и отказывались от своего щедрого предложения? –

Широков посмотрел как-то странно, снова вогнав Юлю в некий ступор, потом опомнился:

— Ну, ты же отказалась. Чего теперь гадать-то? — Юлька хихикнула неуверенно в ответ на его слова.

— Ага, попались! — Кира возник из ниоткуда и обнял Юльку за плечи. — Что за смехуёчки? Мне начинать ревновать?

Юля слегка поморщилась от слова «смехуёчки», но улыбнулась мужу, и собралась, уже было объяснять, в чем суть беседы, но Митя ее опередил.

— Да вот, хотел жену твою умыкнуть, а она отказалась. Говорит, дел много, недосуг.