Манюня
Шрифт:
Практика открыла за дядей Мишей удивительную способность – если он пытался съездить куда-то на папиной машине, то обязательно попадал в передрягу.
Когда дядя Миша взял папину копейку в первый раз, то на скорости сорок километров в час он въехал в стадо коров и выехал из него с обезумевшим от такого беспардонного обращения быком на переднем капоте. Бык отделался лёгким испугом, а капот погнулся так, что пришлось возвращаться, чтобы ремонтировать машину. При этом всю долгую дорогу до сервиса дядя Миша проделал со скоростью 10 км в час, потому что когда он пытался хотя бы на километр прибавить в скорости, капот распахивался на девяносто градусов и загораживал ему весь обзор.
Во второй раз, когда дядя Миша дорвался до папиной машины, он умудрился попасть в открытом поле под град величиной с хорошее куриное яйцо. Когда он въехал к нам во двор, папа чуть не скончался от зрелища, открывшегося перед его глазами – весь кузов копейки был погнут в элегантный крупный горошек.
В третий раз, когда мой оптимистичный папа не отказал своему другу в просьбе, дядя Миша умудрился провалиться в огроменную яму в таком безлюдном месте, что ему пришлось пройти пешком 15 км до ближайшего населённого пункта, чтобы позвонить отцу.
– Юра!- заикался он в трубку,- я провалился в такую яму, что мама не горюй! Кажется, передняя ось погнулась, я плохо видел, потому что грязищи кругом – тьма тьмущая. Может, это даже не лужа, а болото, я плохо присматривался. Нужен трактор, слышишь меня, трактор, иначе машину не отбуксовать!
Папа запил радостную весть ведром валерьянки и поехал искать в субботний вечер трезвого тракториста.
– Всё!- поклялся он торжественно на следующее утро, когда, заляпанные грязью по самые брови, они с дядей Мишей вернулись домой,- это была последняя капля. Ни-ког-да! Ни-ког-да я тебе больше не доверю машину. Клянусь памятью своего прадеда, понял?
– Я сам не возьму в толк, что за напасть такая,- виновато разводил руками дядя Миша,- Вася, что ли, ревнует?
А потом случилось вот что.
Грянул 44-й чемпионат СССР по футболу, встречались команды высшей лиги «Динамо» Тбилиси и «Арарат» Ереван. Матч должен был состояться в Тбилиси, и папа с дядей Мишей намылились поболеть за вечно уступающий соседям в счёте «Арарат». Если я что-то не путаю, вопрос был жизни или смерти – проигрыш нашей команды означал автоматический её вылет из Высшей Лиги.
Мама с Ба были категорически против этой поездки.
– Что вы переживаете,- кипятился папа,- машина совершенно новенькая, ехать всего пятьсот километров, и потом я же не один поеду, со мной будет Миша, он, если что, подстрахует меня.
– Зисале, так об чём и речь,- всплеснула руками Ба,- если бы ты ехал один, я и слова тебе поперёк не сказала бы. А тут с Мишей решил! Обязательно что-нибудь случится, вот увидишь.
– А что сразу Миша,- встрял дядя Миша,- мамэле, я даже к рулю не прикоснусь, водить будет только Юра! Клянусь!
Поздним вечером 24 июня раздался междугородний звонок. Мама кинулась к телефону.
– Алло,- крикнула она в трубку,- алло!
– Отвечайте Тбилиси,- раздался бесстрастный голос оператора телефонной станции.
– Алло, алло, Надя? – сквозь шорох и треск прорвался голос папы.
– Это я! Что случилось?- выкрикнула мама.
– Продули три ноль,- загробным голосом поделился папа.
– Уф,- вздохнула с облегчением мама,- а я-то подумала, случилось что.
– Это как посмотреть,- продолжил папа после минутного молчания.
– Что стряслось?- у мамы сошла краска с лица.
– Машину угнали,- промычал папа,- Миша пошёл доставать из бардачка сигареты. Ну, он открыл дверь, полез в бардачок, а тут его чем-то огрели, оттащили в сторону и угнали машину.
Мама села прямо на пол.
– Миша живой?- спросила сдавленным голосом.
– Конечно живой,- рассердился папа,- жив - здоров, даже сотрясение мозга не получил,- в голосе отца проскользнули нотки сожаления.
– И что теперь делать?
– Нужно тысячу рублей выслать нам!
– Сколько? Зачем? Откуда?- испугалась мама.
– Займи и вышли,- зачастил папа,- тут круговая мафия, я позвонил Максу в Москву (Максим, папин двоюродный брат, был одним из лучших сыщиков МУР-а), он нажал на нужные рычаги, на нас вышли люди и потребовали тысячу рублей за то, чтобы вернуть машину. Макс сказал, что надо откупаться, иначе машину мы вообще никогда не увидим.
Через три дня наши горе - болельщики возвращались домой. Настроение было паршивое. Дядя Миша, после долгих раздумий, решил выступить с рацпредложением.
– Юра, может нужно освятить машину?
– В смысле освятить?- от неожиданности папа сбросил скорость.
– Ну… это… как оно у вас называется… ну когда приглашается священник, вроде с кадилом…
Папа моментально вызверился.
– Чтобы ни один мудило с кадилом на пушечный выстрел к моей машине не подходил, понял?
– Понял!- дядя Миша примирительно замахал руками,- что ж тут непонятного, всё понял!
Здесь надо сделать маленькое отступление и объяснить агрессивную реакцию моего отца. У папы были свои счёты с богом. Они друг друга, скажем так, недопонимали. Или играли в сломанный телефон, но папа никак не мог смириться с правилами игры. Дело в том, что папа всю жизнь мечтал о сыне.
– Вот родится у меня сын,- строил он планы,- достойный продолжатель рода, будет он мне другом, опорой и поддержкой!
Но боженька почему-то не считался с желаниями отца, и одну за другой посылал ему дочерей.
Когда родилась я, папа даже обрадовался.
– Вот!- сказал он,- план на девочку выполнен, следующим точно будет мальчик!
– Юра,- мама сунула ему в руки меня,- посмотри, как она на тебя похожа!
– Что, и нос будет как у меня?- испугался отец.
– Нет, что ты,- соврала мама.