Чтение онлайн

«Я тебя предал…» – вот что я понял, вспомнив, с каким отчаянием звал меня огонек на ледяных равнинах. – «Вот за что ты бросил меня в снегах. Вот почему мне было так больно. Прости, я ошибся. Прости, что слишком поздно тебя нашел».

Император не ответил, растерянно глядя на бушующую снаружи метель, а я вдруг ощутил за спиной смутное движение и как ужаленный повернулся, запоздало сообразив, что, помимо меня, на Тальраме осталась еще одна душа, которой здесь было не место. Но отдать ее сейчас… позволить забрать, когда я только-только ее нашел…

У меня в груди отчетливо заскреблась печать, и я бездумно загородил дорогу стремительно набирающей силу метели.

Нет. Одного я его туда не отпущу. Если уж возвращаться на ледяные равнины, то вместе. Или же только мне, но этого ты, похоже, не желаешь. Ты ведь не за мной пришла, верно?

– «Отойди, ребенок», – ласково шепнула ночь, просочившись в насквозь промерзшую комнату. По стенам и потолку тут же побежали дорожки серебристого инея. Зеркало мгновенно заледенело. Следом за ним покрылся снегом камин. Затем белоснежные дорожки побежали дальше, к двери. Но перед ними упрямо пятился я. Толкая спиной, загораживая собой закаменевшего, какого-то неживого, подозрительного похолодевшего мага. И толкал до тех пор, пока не оказался возле самой двери, не почувствовал пробежавшую по коже теплую волну и не понял, что буквально в шаге от меня стоит император, а значит, отступать дальше просто некуда.

– «Отдай, – повторила богиня, обдав нас целым облаком снежинок. – Этой душе здесь не место».

Я тяжело вздохнул и мотнул головой.

– Не могу.

– «Отказываешь? Мне? – удивленно отпрянула волчица. Моего разума коснулась недоверчивая мысль, затем его обволокло такой же вьюгой, какая царила снаружи. Я пошатнулся, с трудом выдерживая ее напор, но Рам неожиданно отступила. – Да будет так. Я уйду. Но однажды ты снова меня позовешь, и тогда я приду за вами обоими».

Почти сразу свирепо рвущий занавески ветер утих, снаружи перестал доноситься многоголосый волчий вой. Могучий силуэт растаял в ночи. Вьюга утихла. Обледеневшие шторы обмякли. Провисшая на одной петле створка балконной двери жалобно скрипнула, огласив наступившую тишину пронзительным воплем. Не выдержавшее мороза зеркало хрустнуло и с громким звоном разлетелось на мелкие осколки…

Только тогда в мою взбаламученную голову пришла мысль, что все действительно закончилось. И в этот же миг из меня словно выдернули какой-то стержень, причем так резко, что я не удержался на ногах и рухнул прямо в сугроб. На белоснежный, чистейший, заваливший половину комнаты снег, посреди которого остался глубокий отпечаток огромной волчьей лапы.

Когда я проснулся, за окном уже вовсю светило солнце, а в комнате не осталось ни единого следа бушевавшей метели. В камине снова горел огонь. Снег на стенах растаял. Ковер подсох. Расколотое зеркало исчезло. И даже с пола кто-то успел собрать осколки, попутно озаботившись заменой балконной двери.

Хм. Может, я невзначай помер, раз умудрился столько пропустить?

Да нет. Сердце работает. Дыхалка тоже в порядке. Правда, вырубило меня, по-видимому, надолго, иначе как еще объяснить столь радикальные изменения в комнате?

Непонимающе оглядевшись, я в некоторой растерянности уставился на гору одеял и подушек, среди которых меня застало пробуждение. Так. А это что за воронье гнездо? И какого драхта мне приспичило туда забраться? Да еще уснуть в столь неудобной позе?

С некоторым трудом распутав руки и ноги, я выбрался из-под вороха одеял. Помотал гудящей головой. Похлопал ладонью по груди, убедившись, что храмовый перстень не только никуда не делся, но и сохранил свою несложную маскировку. Затем припомнил события минувшей ночи и снова перевел взгляд за окно.

Блин, полдень. Это что же, я не только побудку пропустил, но и утреннюю тренировку проспал?!

Я аж вздрогнул от мысли, что на целых полдня упустил контроль над ситуацией. И, с недоверием изучив невесть откуда взявшиеся на мне белые шелковые штаны, которых в гардеробе тени отродясь не было, принялся в спешке искать нормальную одежду.

Не нашел. Какая-то сволочь успела ее припрятать. Пришлось рыться в шкафу, выуживать из ящика запасной комплект, который я заказал императорскому портному несколько дней назад. В темпе умываться-одеваться-обуваться. А затем со всех ног бежать на поиски его императорского величества, попутно придумывая для себя достойное оправдание. Хорошо еще, у меня хватило ума не сразу бежать в противоположное крыло дворца, а сперва проверить покои его величества – несмотря на позднее утро, Карриан был у себя. В кабинете. Сидел за столом и, судя по всему, работал.

Странно. Аура в порядке. Черноты нет. Признаков типичного утреннего безумия тоже не наблюдается. Сидит себе и сидит, спокойный как удав. Но почему он здесь? Один? У его величества сегодня выходной? Или я чего-то не догоняю?

Приладив на место маску, я выбрался в коридор, где, как ни странно, не было ни Зиля, ни посетителей, которых он мог бы сюда привести из главного кабинета. Зато наткнулся на Хорта с Архом. Проверил защиту на личных покоях императора. Рассеянно кивнул мужикам. И, отметив проступившую на их лицах растерянность, подошел к двери.

Блин. В кои-то веки мне было стремно туда заходить.

Не знаю, сколько понял император из того, что вчера случилось, но не думаю, что, будучи в здравом уме, кто-то на его месте поверит, что и впрямь видел богиню Рам в облике гигантской волчицы. А я еще бред какой-то нес. Да и вообще вел себя странно. Интересно, императору нужна неадекватная тень? И если нет, то куда он планирует меня, как бы это помягче выразиться, послать?

Тяжело вздохнув, я все же толкнул деревянную створку и без стука вошел, прикидывая про себя возможные варианты. Император при моем появлении поднял голову. Листок бумаги, который он держал в руке, едва заметно дрогнул. Темные брови сдвинулись. Губы поджались. Я внутренне напрягся, решив, что вот прямо здесь и сейчас получу пинок под зад. Но его величество, как ни странно, не торопился высказывать свое мнение. Только отложил в сторону важный документ. Поставил локти на стол и, переплетя сильные пальцы, испытующе на меня уставился.

Причем смотрел он долго, внимательно, словно мысленно выбирал способ казни: колесование, четвертование, повешение… на простое увольнение я уже даже не рассчитывал. А на месте Карриана вообще припомнил бы все гадости, которые случились с ним при моем непосредственном участии. И рисунки, и анимацию, и регулярные отключки ровно в полночь. Заодно смерть отца туда стоило приплести. А еще мне, пожалуй, имело смысл последовать совету леди эль Мора и срочно составлять завещание, где обязательно упомянуть про сорт цветочков на могиле. Желательно такой, который был известен на Тальраме.

– Ничего не хочешь мне сказать? – наконец нарушил напряженное молчание император.

– Ландыши, – брякнул я.

– Что? – озадаченно переспросил Карриан.

– Я ландыши люблю. На похоронах они смотрятся особенно мило.

Его величество озадачился еще больше.

– На чьих похоронах?

– А у нас что, много вариантов?

На лбу Карриана пролегла глубокая складка, но он не стал выяснять причину моей страстной любви к незнакомым ему цветочкам. Вместо этого император открыл верхний ящик стола, достал оттуда переговорный амулет и коротко бросил: