Марь
Шрифт:
— Почему здесь так холодно? — Слова вырывались из его рта облачками пара.
— Почему холодно? — Стеша склонила голову на бок. — Наверное, потому, что под нами лёд.
Ее сил хватило на это маленькое чудо, на тонкую корку льда в несколько пальцев толщиной. Но ее силы не хватило, чтобы удерживать воду в таком состоянии долго.
А ей и не нужно!
— Лёд?! — Фон Лангер переступил с ноги на ногу, и замерзший мох звонко хрустнул под подошвами его сапог. — Зачем на острове лёд?
— Вы правы. — Стеша отступила на шаг. — Лед здесь совершенно ни к чему. И… это не остров.
Ее силы закончились в тот самый момент, когда фон Лангер осознал, что его ждет. Что их обоих ждет. Лед не просто истаял, он испарился в мгновение ока, и тонкая прослойка из сфагнума враз утратила свою опору. Нити мха расползались под их ногами. Ткань бытия рвалась.
Первым под воду ушел фон Лангер. У Стеши еще оставалось пару секунд, чтобы окинуть восторженным взглядом свое самое последнее и самое красивое творение. Мох принесло скрытыми подводными течениями, закрутило по спирали, собрало в остров, подсветило болотными огоньками, превращая в нечто почти настоящее, но эфемерно-хрупкое. Это была Марь. Та Марь, которую Стеша не нашла, а создала своими собственными руками. И эта Марь ждала платы…
Вода была холодной и родниково-прозрачной. Она подсвечивалась нырнувшими вслед за Стешей болотными огоньками. С огоньками умирать было не так страшно и не так одиноко. Ей нужно лишь опуститься на самое дно, где, свернувшись кольцами, ее ждет то ли рыба, то ли змея, то ли Марь…
Глава 39
Рассказывая Стэфу про Аграфену, Apec убивал сразу двух зайцев: он нашел и шаолиньскую бабку, в которую так ловко рядилась неудавшаяся актриса Аграфена, и проводника, которым оказалась все та же Аграфена. Как минимум за одного из этих зайцев он рассчитывал получить причитающиеся по договору деньги. Про деньги Apec напоминать не стал, уповал на щедрость, порядочность и крепкую память своего босса. Но ответа ждал с почти детским интересом.
— Она с тобой? — спросил Стэф, выслушав доклад.
Apec бросил взгляд на прогуливающуюся по бережку Аграфену.
— Со мной.
— Тащи ее к дому у заводи.
— Зачем?
— Будем держать военный совет.
— Военный совет с этой… Аграфеной?
— Ну, другой Аграфены у нас пока нет. Давай, я тоже уже возвращаюсь домой! Apec вздохнул, сунул телефон в задний карман джинсов, помахал Аграфене.
— Ну что? — спросила она, разглядывая его с наглым вызовом. — Я в деле?
— Как ни странно, да. Стэф приглашает тебя в гости. Прямо сейчас.
— Как ни странно! — Аграфена возмущенно фыркнула и направилась к своему мотоциклу. Уже утвердившись в седле, она спросила: — Тебя подвезти до гостей? Или пешочком пойдешь?
Apec снова вздохнул. Жара никак не располагала к пешим прогулкам, поэтому пришлось наступить на горло собственной гордости и усесться позади Аграфены.
— А вот лапать меня не надо! — сказала она, когда ладони Ареса нащупали под тонкой майкой сначала ее талию, а потом и живот.
— Да кому нужны твои мощи! — проворчал он. — Держаться мне за что прикажешь, Аполлинария?!
Она ничего не ответила, нажала на газ. Мотоцикл с ревом рванул с места, едва не сбросив Ареса на землю.
К дому у Змеиной заводи они подъехали одновременно со Стэфом. Аграфена не преминула выпендриться: заложила крутой вираж перед самым носом Крузака. Наверное, снова пыталась вышибить Ареса из седла. Но Apec всю дорогу ожидал подвоха, поэтому держался крепко. Ничего не вышло у коварной Аграфены, а вот синяки на ее тощих боках от таких финтов непременно останутся.
Стэф подошел к ним первый, остановился чуть в сторонке и терпеливо дожидался, пока Аграфена, чертыхаясь и что-то бубня себе под нос, стащит с головы шлем. Apec уже приготовился к порции колкостей и гадостей, которые эта выдра наверняка заготовила, но со Стэфом Аграфена повела себя на удивление сдержанно, если не сказать смирно. Она ему даже улыбнулась почти нормальной улыбкой, а потом сказала совсем уж неожиданное:
— Любопытно встретить вас в нашей глуши, господин…
— Можно просто Стэф! — перебил ее Стэф с улыбкой.
А Аресу вдруг подумалось, что эти двое знают что-то, что не знает он. Стало даже немного обидно. В конце концов, это именно он искал для Стэфа инфу, проводника и шаолиньскую бабку!
— Тогда меня можно тоже по-простому! — Аграфена кокетливо улыбнулась. — Называйте меня Феней, Стэф!
— Несказанно рад! — Стэф снова улыбнулся.
— Чему? — Apec не сумел-таки сдержать обиды. — Тому, что она Феня?
— Тому, что именно она станет частью нашей команды.
— А почему именно она? — спросил Apec.
— А у нас уже есть команда? — спросила Аграфена.
— А давайте сначала поедим! — сказал Стэф и принялся вытаскивать из Крузака пакеты с провиантом и заклеенные скотчем картонные коробки.
Традицию нарушать не стали: на обед решили нажарить шашлыков. В одном из пакетов, привезенных Стэфом, обнаружился виски неведомой Аресу марки, но наверняка входящий в образовательную программу по введению молодняка в мир дорогого и качественного алкоголя. Даже для Аграфены нашлась бутылка вина, от которого она, кстати, не отказалась. Означать это могло только одно: девица собиралась заночевать в доме у Змеиной заводи. Не сядет же она за руль пьяной, в самом деле! Папенька за такое по голове ее точно не погладит. Ареса подмывало спросить, что скажет Михалыч, когда узнает, что его любимая дочурка собирается провести ночь в компании совершенно незнакомых мужиков. Но вместо этого спросил:
— Стэф, ты уже выработал какой-то план действий? Нам для этого точно нужна Алевтина?
Аграфена зыркнула на него не то чтобы зло, но неодобрительно. А Стэф кивнул.
— Да, я уже выработал план действий, — сказал он. — Мне нужно отыскать кое-кого на болоте.
— На болоте?! — спросила Аграфена.
— Кое-кого?! — спросил Apec.
Они переглянулись и уставились на Стэфа.
— Да. Кое-кого на болоте. — Стэф снова кивнул.
— А можно поподробнее и желательно с самого начала? — попросила Аграфена. — Для тех, кто пока не в теме.