Марбу
Шрифт:
После того как мы пробежали тридцать километров, я спросил имя охотника на медведей. Вихерлуото была его фамилия, а имя Каарло. По-шведски он якобы не понимал. Я представил себе древнего бородатого старика со спутанными кудрявыми волосами и дубленой кожей, который весь век прожил в поросшей травой торфяной лачуге и стрелял все подряд, чтобы прожить как можно дешевле. Несмотря на многолетнюю жизнь в глуши, мне еще не приходилось видеть настоящего медвежатника.
С нетерпением ожидал я встречи. А она состоялась быстрее, чем я предполагал. Неожиданно впереди залаяла собака и послышался голос, успокаивающий ее. Вслед за тем перед нами появился высокий, статный мужчина, чисто выбритое лицо которого плохо гармонировало с суровой окружающей обстановкой. На нем были финские сапоги с подвернутыми голенищами, длинные брюки, потертый кожаный жилет и широкополая шляпа.
– Привет, Каарло!
– крикнул Микко издалека.
– Привет вам обоим!
– возвратилось к нам.
Мы поздоровались и коротко представились. Он слышал обо мне и обращался ко мне по-шведски. Я нашел его чрезвычайно любезным.
– Что привело вас в эту забытую богом местность?- осведомился он, когда мы более медленно, чем прежде, шли по лесу. Я сказал, что хотел навестить его. Он обрадовался, потому что к нему редко кто приходил, и, конечно, произнес в ответ: «Добро пожаловать!».
Этот Каарло - я тоже должен был его звать так - был совсем не оторванный от мира поселенец, а инженер, который из-за болезни легких искал лесного уединения, чтобы поправить здоровье.
– Здесь я действительно выздоравливаю, никого не подвергаю опасности заразиться, приношу к тому же пользу охотой, не нуждаюсь в пособии ни для себя, ни для семьи. Разве я выгляжу больным? Через два года я снова буду строить под землей.
– Ваша семья живет в городе?
– Конечно. Что им здесь делать? Этот лес ни к чему женщине с детьми школьного возраста.
Он жил в бревенчатой избушке с медвежьей шкурой, растянутой на передней стене, мехом внутрь. Когда я удивился размеру когтей, он подвел меня к задней стене, где сушилась вторая шкура. Здесь я увидел еще большие когти.
– Вы, вероятно, стреляете медведей как по конвейеру?
– спросил я пораженный.
– О нет, лишь изредка,- ответил он смеясь.- Теперь их не так уж много, чтобы я мог стрелять их длительное время.
После того как мы поели, уселись к камельку и закурили, я попросил его рассказать об охоте. Он не знал, о чем говорить.
Нет, действительной опасности он еще ни разу не подвергался, утверждал он. «Только один раз я попал неудачно, после этого получилась осечка и пришлось взяться за топор. Но тогда мне стало очень жалко зверя».
Это было все - и на доме висят две медвежьих шкуры!
– Нет ли поблизости еще медведя?
– осведомился я.
– Этого нельзя знать точно, однако я думаю, что нет. Медведь пуглив и избегает мест, где его преследуют. В ближайших окрестностях я не рассчитываю на медведей.
– Слышали вы что-нибудь о Марбу и медведице, что бродили вокруг Хейкиной избушки?
– Конечно, я знаю об этом. С Марбу получилась такая беда, но Хейка убьет медведицу.
– Вы уступаете ему?
– Собственно, каждый обязан предоставить ее ему, потому что он был привязан к Марбу. Я не убью ее ни в коем случае.
Мы провели очень приятный вечер у Каарло, сидели до поздней ночи у очага, пили домашнее пиво и ели копченую медвежатину. Мне пришлось рассказывать о своей жизни, которая показалась ему необычайной и даже полной приключений. Как быстро изменяются понятия! Мне его жизнь казалась полной приключений, а он считал ее чертовски прозаичной.
Его избушка стояла, конечно, у озера, так что бесконечный лес не действовал угнетающе. Широкая водная гладь ослабляла темноту и приносила много света в этот уединенный уголок. Жизнь в лесу без озера и без тундры я не могу себе представить. Прежде всего ни один человек не продержится там долго из-за комаров. Каарло подобрал себе исключительно удобное место. Он построил избушку на вдающемся в озеро мысу, где из-за постоянного легкого ветерка меньше досаждали комары и был хороший обзор через озеро.
Когда мы на следующий день расставались с ним, он втиснул нам в руки большой кусок копченой медвежатины, и просил как можно быстрей приходить опять.
– Но не позже чем через два года,- добавил он улыбаясь,- или потом в Хельсинки!
– Всего хорошего, Каарло!
После этого мы снова сидели в автобусе, тряслись по бесконечной дороге и подпрыгивали на сиденьях,
– Прощай, Микко!
– Спасибо за прогулку, Эрих!
Мы расстались хорошими друзьями.
И вот все они остались позади: Хейка, Микко и Каарло, жены поселенцев и их дети. Моя жизнь склады-вается из постоянных приездов и отъездов, встреч и расставаний. Другой жизни я не знал.
В то время когда автобус мчал меня на север, я достал карту и стал искать дорогу на запад, чтобы побывать в другом месте, где жили саами, песен которых я еще не знал. Там меня опять ждала тундури, такая же жизнь, такие же люди, такие же звери. Лишь бы не было таких же проклятых комаров! Но тогда бы не было ржанок, певчих птиц и многих других пернатых друзей, которые только из-за них прилетают в тундру. Стало быть, и комары незаменимые гости великой тундури.
Время в глуши проходит быстро. Каждый занимается своим делом: обрабатывает землю, отвоевывает у суровой природы ее сокровища, добывает металлы, охотится и ловит рыбу, оттесняет своими руками Субарктику и Арктику, и поселки возникают там, где прежде была глушь. Время не стоит неподвижно!
Однажды я получил письмо, обрадовался ему и вскрыл. Написано оно было тяжелым, неуклюжим, но твердым почерком.
Да, теперь в хлеву у Микко стояла еще одна - вторая корова, опять родился мальчик и все дела шли хорошо.
Медведица снова появилась. А Хейка? Нет, его уже больше не было.
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Эрих Вустманн - известный немецкий путешественник, этнограф и писатель. Он родился в 1907 году в Нидер-Зедлице близ Дрездена. С юных лет Эрих увлекся изучением жизни охотников-оленеводов и многие годы прожил на севере Скандинавского полуострова. Позднее он занялся изучением Южной Америки, побывал в Бразилии, Боливии и Перу, а в 1958 году вновь выехал туда, чтобы осуществить экспедицию к индийским племенам, живущим на Амазонке и в тропических лесах штата Мату-Гросу.