Чтение онлайн

– А за тебя , Андрюшка, я ни за что замуж не выйду. Я буду Яликова, на мне Коля женится. Вот так.

И пошла в свою группу. Анна, мать Маргаритки, смущенно улыбалась и качала головой. Мать же Андрюшки, стараясь быть серьезной, говорила:

– Видишь, сынок, нельзя обзывать девочек, а драться тем более. Не хочет Маргаритка теперь быть твоей женой...

Эту историю Ирина Васильевна слышала и от маленького сына, который вечером сообщил, что Маргаритка Лосинская хочет пожениться с ним, и от воспитателей, и от матери Маргаритки, Анны Лосинской. Теперь она рассказала ее своим взрослым детям. Маргаритка абсолютно не помнила этого. Но воспользовалась.

– Вот-вот, с детсада я люблю Колю, - заявила она.
– Мне даже обидно становится. Олеська Яликова, и дочка у нее будет Яликова, потому что Олег ее любит, тетя Ира тоже Яликова. Одна я не Яликова. Мало любит меня Коля.

– Много я тебя люблю, - вставил Николай между рассказами матери и жалобами Маргаритки и обнял ее.

– Ой, правда, Коль?
– тут же засияла Маргаритка.
– Вы, теть Ир, ругайте Кольку, ругайте, только не сильно. Жалко мне все-таки своего Коленьку любименького. Он все равно лучше всех. И фамилия у него красивая.

Через месяц Николай и Маргаритка расписались. Никакого пышного торжества не было. Маргаритка никак не хотела отмечать это событие. Николай был с ней согласен. Какая свадьба, если у них уже сын растет. Но тетя Катя и Ирина Васильевна решительно заявили, что так нельзя. Будет свадьба! И обязательно надо позвать брата отца Маргаритки, он один из пяти братьев Шуруповертовых в живых остался, остальных четырех уже прибрала земля. Пришлось согласиться. Маргаритка потащила, было, Николая в магазин за новым костюмом, но растерянно остановилась.

– Ой, Коль! А ведь нельзя до свадьбы видеть платье невесты. И костюм жениха тоже нельзя. А как же тогда покупать? Ты сам выберешь?

– Нет, я что-нибудь не такое куплю, - мотнул головой Николай и обреченно произнес: - Есть еще Олеська!

– Точно!
– обрадовалась Маргаритка.
– Она поможет.

И Николай отправился с Олеськой за костюмом, а Маргаритка с Золеной направились выбирать платье невесты. Олеська заставила перемерять около десятка костюмов счастливого жениха, наконец, одобрила и забрала костюм в свой дом, платье Маргаритки осталось у Золены, чтобы не видел Николай. Надо соблюсти все приметы. Так думали все.

Костик вечером был отправлен к бабушкам. Те уже жарили, варили, пекли.

Приехали дядя Володя с тетей Галей и дочерью Анютой. Остановились у тети Кати. Светланка быстро взяла новую девочку под свое покровительство, они играли во дворе тети Нади с Сашей и Мишей. За Костиком должна была присматривать Наташку, но та так жалобно глянула на Маргаритку, и Наташку обещали забрать с собой в Гр-ск. Решили, что она поедет в загс с молодыми. Ночевать Олеська велела идти к ней. У них свободнее. Наташка не возражала. Очень хотелось в загс и Светланке, но мать прикрикнула:

– Нечего там путаться под ногами. Здесь нужна будешь. За Костиком надо будет присмотреть, да и Анюта без тебя заскучает.

Светлана обиженно спряталась в свою комнату. Следом за ней тихо ушла и Анюта. Ей тоже хотелось видеть Маргаритку, как она будет замуж выходить за Кольку Яликова. Там их и нашел Николай. Он любил младшую сестренку Маргаритки, добрую доверчивую девочку с открытым сердцем.

– Светланка, кто тебя обидел?
– спросил он.

– Никто, - ответила девочка.
– Мама права. Я буду вам мешать. И с Костиком надо будет поиграть, маме с бабушкой Ирой некогда.

Николай плохо понимал, что же все-таки обидело девочку. Хорошо, что к ним заглянула Маргаритка. Она сразу разобралась в причине уныния своих сестренок.

– С нами в загс хотите?
– спросила она.

Красноречивое молчание было ответом.

– Маргарит, давай возьмем их, - предложил Николай.
– Идите, девчонки. Собирайтесь. Платье-то приготовили?

– Мама не пустит, - ответила Светланка.

– А мы уговорим, - ответил Николай.

Но уговаривать не пришлось. К ним заглянула Золена, она искала Маргаритку. Увидев расстроенное личико девочек, тут же спросила, кто их обидел. Когда узнала, в чем дело, то все быстро решила.

– Обязательно мы с вами поедем в загс, - сказала Золена.
– Только не сейчас, а завтра. Я поеду к Маргаритке, платье-то у меня, и вас захвачу.

Светланка вся просияла, потом нахмурилась.

– Нет. Не получится, я должна с Костиком сидеть.

Влетела Олеська.

– Кто должен сидеть, с кем, почему?

Выслушала девочку и сказала:

– Вот и сидите сегодня. А завтра попросим бабушку Агашу и тетю Надю помочь.

– Вот все и решилось, - Золена провела рукой по рыжеватым волосам девочки.
– Завтра чтобы с утра были готовы. Я заеду за вами. Пойдем, скажем маме.

Мама с Золеной и Олеськой спорить не стала.

В день свадьбы действовали по всем правилам. Николая с утра отправили к брату, пусть там надевает костюм. Олеська все отпарила, отгладила, дала тысячу указов и оставила мужчин одних. Потом она с Золеной наряжали подругу, несмело давала советы Наташка, наблюдая за всем с большим интересом. Светланка и Анюта сидели тихо, как мышки в нарядных пышных платьях.

Ровно в назначенное время Николай с Олегом прибыл за невестой. И застыл от изумления. До чего красивой показалась ему Маргаритка. На ней было платье чуть длиннее колен, туманно-голубое, под цвет глаз. Оно было с низким вырезом, приталенное, пышная юбка-колокол. Волосы женщины украшали белые цветы, они держали прическу и несколько штук свободно качались рядом с подвитыми локонами. Худенькая Маргаритка была само очарование, легкая, воздушная. Николай забыл про все, шагнул ей навстречу, отдал небольшой букет (кстати, это были орхидеи, Олеська заставила Николая выбрать эти цветы) и поднял на руки.

– Коль!
– удивилась Маргаритка, - ты чего?

– Боюсь, что улетишь от меня, - ответил он.

Так на руках Николай и понес будущую жену. И в загс ее занес. И в дом тети Кати, где был усилиями бабушек и пришедшей им на помощь Надежды был приготовлен стол. Тетя Катя даже заплакала, встречая молодых:

– Вот так, Маргарит, и твой отец все носил свою Аннушку на руках. Она тоже была всю жизнь худенькой, а он здоровый, крупный, как Володя.

– Носил, - подтвердили дядя Володя и тетя Галя.
– Любил он очень свою Аннушку. А она его.