Чтение онлайн

— Вы звонили в отель, в котором, по ее утверждению, она жила, то есть не в тот, где нашли весь ее багаж и наркотики, а в другой, первый?

— Конечно, — ответил Андреас Блум. — Но только после того, как она ушла. И они не подтвердили ее историю, сказали, что это ложь. Она вбежала к ним в вестибюль и заявила, что ее ограбили и что она жила у них в гостинице. Но никто из сотрудников не узнал ее, и ее не было в базе постояльцев.

— Хорошо, — сказала Фредрика. — Значит, в сухом остатке у нас…

Она оборвала себя на полуслове, решив, что это уместнее обсудить с коллегой, а не с дипломатом в Таиланде. Она вздохнула и продолжала:

— Зачем обращаться в полицию, если знаешь, что через пару часов тебя объявят в розыск за хранение наркотиков?

— Простите? — не понял Андреас Блум.

— Полиция нагрянула в гостиницу, где она, как полагали, проживала, буквально через несколько часов после того, как она ушла оттуда. Судя по времени, когда было сделано заявление об ограблении, пересланное вами по факсу, это произошло практически в одно и то же время. Зачем ей в такой момент обращаться в полицию и привлекать к себе излишнее внимание?

— Но если ее действительно ограбили, — начал Андреас Блум, — то ей ведь нужен был новый паспорт, чтобы уехать домой…

— Именно. Ей нужна была копия заявления в полицию об утере паспорта, чтобы шведское посольство смогло выдать ей новый. Но зачем обращаться в полицию именно в этот момент, а не раньше?

Андреас Блум замолчал.

— Согласен, — сказал он немного погодя.

Поскольку Фредрика ничего не говорила, то он продолжил:

— В задачи посольства не входит разбирательство по существу, людям, оказавшимся в ситуации Каролины Альбин, мы можем помочь лишь советом.

— Да, разумеется, — поспешила согласиться Фредрика, подозревая, что Каролине Альбин вряд ли была оказана необходимая помощь и поддержка.

Обменявшись несколькими вежливыми фразами, она завершила разговор и сосредоточилась на своих записях. Она достала факс из Бангкока. Копию паспорта, найденного в номере, где, как утверждалось, проживала Каролина Альбин. Тереза Бьёрк. С фотографией Каролины. Но как…

Фредрика позвонила Андреасу Блуму еще раз.

— Простите, что снова побеспокоила. Я хотела только спросить, была ли у вас была возможность поближе изучить тот паспорт, который вы посчитали паспортом Каролины. Тот, на имя Терезы Бьёрк.

— Он у таиландской полиции, — ответил Андреас Блум. — Но мы связывались с ними после того, как женщина от нас ушла. Там выяснили, что паспорт поддельный.

Фредрика думала. Молодая женщина на ложных основаниях признана мертвой в Стокгольме. После она объявляется в Бангкоке с поддельным паспортом, принадлежащим лицу, которое можно отследить в реестре актов гражданского состояния. Кто мог решиться на такой дерзкий план?

Тот, кто знает, что Тереза Бьёрк не заметит и не будет возражать против того, что от ее имени прокручиваются темные делишки с наркотиками в Таиланде.

Зародившееся подозрение росло с каждой секундой. Менее чем две минуты ей понадобилось, чтобы найти личные данные и адрес Терезы Бьёрк в полицейской базе данных. Тереза была на год моложе Каролины и последние три года проживала у своей матери.

Фредрика, охваченная энтузиазмом, набрала идентификационный номер Терезы в национальной базе данных лиц, привлекавшихся к уголовной ответственности. Тереза Бьёрк фигурировала в нескольких эпизодах, осужденная за незначительные преступления и правонарушения. Фредрика зашла в базу данных подозреваемых. Тереза проходила и там, подозреваемая в нанесении побоев мужчине, пытавшемуся, по ее утверждению, изнасиловать ее.

Немного помедлив, она взяла трубку и набрала номер. До начала совещания в «Логове» можно было успеть сделать один звонок. На пятом гудке ответили.

— Меня зовут Фредрика Бергман, — представилась она. — Я бы хотела задать несколько вопросов о вашей дочери Терезе.

Впервые за десятилетия он чувствовал, что поступает решительно и энергично в вопросе, повлиявшем на всю его взрослую жизнь. Прошло слишком много лет, и, возможно, его порыв чересчур запоздал. Но это больше не играло роли, Спенсер Лагергрен принял решение. Предстоявшую ему поездку он мог совершить только в одиночку.

«Никто ничего не должен знать до самого последнего момента», — сказал себе он.

Он направился из Упсалы в Стокгольм, откуда взял путь на Йончепинг. Облачность обещала рассеяться и пропустить немного солнечного света. Красивый зимний денек в начале марта. Не без иронии он заметил, что выбрал неплохие декорации для своего проекта.

Невольно мысли возвращались ко временам, когда он только начинал свою жизнь с Эвой. Все общее, что их объединяло, жизненные планы, которые они строили вместе, не имели продолжения в его дальнейшей жизни. Бывали моменты, когда он сомневался, что вообще когда-то любил ее, но такие мгновения можно было пересчитать по пальцам. Конечно же когда-то он любил ее, отрицать это глупо. Беда только в том, что у этой любви были нездоровые корни. Эту смесь страсти и влечения в лучшем случае можно было назвать неудачей, в худшем — катастрофой. Любовь на всю жизнь не вырастет из одного лишь физического притяжения. Физическое желание нельзя сохранить, когда праздник станет буднями, а вожделенное тело — лишь частью привычной обстановки.

Как теперь вспомнить, кто из них первым отдалился? Многое из их прошлого он предпочел запереть в подвале забвения.

Как мы могли поступить так с собой?

Его тесть нес свою часть ответственности. Ему была известна страшная тайна Спенсера, настолько постыдная, что он не признался в ней ни родителям, ни друзьям. Накануне помолвки он узнал, что станет отцом ребенка другой женщины. Поэтому он решил купить дом в другой части страны и перенести свою карьеру из Лунда в Упсалу и ради миража, казавшегося более привлекательным, бросил женщину, несмотря на то что тогда еще мог все исправить.

Ребенок не родился. Из-за малодушия Спенсера женщина, Юсефина, сделала аборт, что по тем временам все еще считалось грехом. По иронии судьбы или в наказание, в законном браке у Спенсера детей не родилось. После трех выкидышей последовали годы безрезультатных попыток. Пока катастрофа не стала фактом: детей не будет. Может, на тот момент это уже было скорее благословением, потому что он уже давно расхотел обзаводиться потомством.

И вот в его жизнь вошла Фредрика. И, по правде говоря, он обманул и ее.