Марк и его телки
Шрифт:
– И что только со страной происходит!
2
Парень заходит на спортивную площадку, где высокий тёмноволосый спортивный парень по кличке Дин, возраста Марка, в синей спортивной олимпийке и трениках, лупил по кожаной висячей и дырявой боксёрской груше. Рядом с ним, сидели две молоденькие девочки и болтали между собой, жуя жевачки. Когда Марк подходит к парню и хлопает его сзади по плечу, девушки переключают своё внимание на парня в чёрных трусах. Марк громко говорит спортсмену, улыбаясь во все тридцать два:
– Э-э-э-эй!!! Амиго! Грациас!
Дин оборачивается и улыбаясь, обнимает Марка:
– Э-э-э-э-эй… Здарова здарова чувак!
– Как оно? Кулаки всё набиваешь?
– Ништяк! Да! Есть немного… А ты чего это в таком виде? Где штаны свои потерял?
Девушки засмеялись, глядя на Марка, а он сказал, разведя руками:
– Вы ничё не понимаете! Это мода такая! А ваще всё было ни хера не смешно! Как говорится, наше дело не рожать, сунул, вынул и бежать! В общем, Дин, долго рассказывать! У меня к те тема есть, мне бабло короче нужно! И срочняк! Не ссы, мне не много надо…
Дин мотает головой:
– Не, чувак! Не прокатит на этот раз…
Девочка с лавки надувает на губах большой пузырь бабл-гама, который достигнув размеров бильярдного шара, лопается.
– Да ладно, не ломайся! Те чё, трудно? – говорит Марк спортсмену.
– Ты знаешь, что наш спортивный комплекс закрыли нахер, всех уволили, всех, понимаешь, в том числе и меня, я думал, что мальчишек буду боксу учить, так теперь учить будет негде. Нет у меня работы, и денег нет! Я нищеброд теперь, такой же как и ты!
– Да ладно, не гони! Я в курсе, времена тяжёлые типа, но ведь братуха твой наверняка тебе какую-то мелочь периодически подкидывает? Мне надо малость ваще… Ну ты мне друг или падла на самом деле?
Дин продолжает бить по груше, со словами:
– Друг! Кстати, а тебе зачем? Резинки кончились?
– Мне не на резинки! Сдались они мне, внатуре! У моей мамы днюха! Цветы надо… – парень сплюнул на землю.
– Ну раз так… – Дин долбанул последний раз по груше. – Уломал. На цветы твоей матери наскребу что-нибудь!
Марк, уходя с ним с площадки говорит, обнимая за плечи:
– Я знал, что на тя можно положиться бразэ! Слушай… Ты мне штаны ещё какие-нибудь принеси! Тока не лоховские! Ну на самом деле, в магазе, совки на вряд ли мой новый трэнд оценят!
3
Марк с букетом роз и Дин в праздничном костюме, поднимались по лестнице хрущевки. Добравшись до 137-ой квартиры, Марк постучал в дверь. Когда дверь открылась, парень вскинул цветы в проём и натянув довольную лыбу до ушей, оголив передние зубы, произнёс:
– Э-э-э-эй!!! – но тот, кого он увидел в дверях, смутил его. Улыбка с лица парня стирается, он убрал букет цветов в сторону. – А где маман? – артистично захлопал он глазами.
Перед ним стояла девушка 18-ти лет, с ярко накрашенными красным, губами и пятым размером груди. Русые волосы у неё собраны в аккуратный пучок сзади. Коротенькая розовая юбка натянута на упругий зад. Во рту девушка облизывала чупа-чупс.
– В зале… С гостями… Я… Инна!
– Приятно, Инна, я Марк! Мы знакомы?
Инна, вытащив чупа-чупс изо рта, произносит:
– Да, мы вместе учились в начальной… Я дочь Нади… Лютикова!
– Вспомнил! Вспомнил! Ничё се! – парень оценивающе оглядел округлые формы девушки. – А ты изменилась! Выросла…
– Ты тоже! Раньше был такой тщедушный! Прыщавый!
Марк засмеялся:
– Точно! Точно! Ма-а-а-ленький был! Во всех местах! А ща большо-ой! – сжимает парень руку в кулак.
– Так и будешь стоять в подъезде? Заходите уже! Все в сборе!
– Канешь! Дин, заруливай! Бухнём шампусика! Ты только разуйся! Ага!
Парни прошли в квартиру и сняли обувь. Мама Марка, красивая женщина бальзаковского возраста, в праздничном платье, выходит из комнаты и подходит к парню со словами:
– Мой красавчик явился! Моя прелесть! Привет сын!
Дин стеснительно кивает женщине и говорит:
– С праздником вас!
Довольная мама Марка произносит:
– Спасибо Дин!
Марк вручает матери цветы и произносит:
– С днём рождения дорогая! – любящий сын обнимает и целует мать в щёку. – Всего тебе самого наилучшего!
– Спасибо родной! – женщина забирает цветы. – Проходите в комнату мальчики! И ты Инна!
Дин с Инной проходят в зал к столу, а Марк остаётся в коридоре и спрашивает у матери:
– А отец пришёл?
Мама Марка опускает глаза и мотает головой в знак «нет».
4
В большом зале типичной московской квартиры того времени, разложен большой стол, а на нём – шампанское и другие алкогольные напитки, сельд под шубой, оливье, мясные и колбасные нарезки. За столом сидят около пятнадцати человек. Среди них: Марк и его друг Дин, его маман, его старшая сестра со своим рыжим хахалем (немцем по национальности), Инна и подруги именинницы со своими мужьями. На шкафу лежит большой магнитофон, из динамиков которого доносится трек группы «Технология: Странные танцы». Все что-то обсуждают, смеются, некоторые взрослые дамы курят тонкие сигареты. На лице мамы Марка – грусть, не смотря на торжество. Марк видит это и ему от этого самому становится не весело. Он наклоняется и спрашивает у своей сестры, которая сидела с ним рядом и ела оливье, девушки по имени Юля, блондинки двадцати пяти лет. Спрашивает он предельно тихо, чтобы никто не слышал:
– Слышь, Юль! От папашки слышно что-нибудь? Где его носит! Он чё, забыл про её днюху!
– Я совершенно без понятия, где там его носит… А мама сегодня вообще плакала! Я пришла с Пашей раньше всех, на стол ей помочь приготовить, смотрю, она плачет, на мой вопрос почему, она ответила, что лук режет, но я-то поняла, в чём всё дело! Он я так поняла, вообще не появлялся на этой неделе! Пропал с концами!
– Может запил?
– Или опять по бабам бегает… Кто знает!
Марк, стиснув зубы от злости, произносит: