Чтение онлайн

Николай был уже на месте. Кивнул мне и указал на прикованного к металлическому креслу посредника.

— Задал ему пару вопросов для разминки, пока тебя ждал. Упирается. Не хочет по-хорошему.

— Личность выяснили? — спросил я, садясь рядом с братом в удобное мягкое кресло. — Его действительно звать Юрием?

— Без понятия. Отдел разведки снял отпечатки, так что скоро узнаем. А так и связи его потянутся. Не знаю, чего он упирается. Толку-то?

Я перевёл взгляд на посредника. Тот сидел, склонив голову набок, и следил за нами, словно был не в камере для допросов, а в театре. Вид у него был излишне самоуверенным. Интересно, с чего бы?

— Ты же понимаешь, что всё расскажешь? — спросил я. — Так всегда бывает. У каждого есть предел. И в руках профессионала…

— Всё дело в том, Ваше Сиятельство, что мне нечего рассказывать, — перебил пленник. — Я ничего не знаю. А тот солдат, которого вы взяли, тем более. Он ещё большая пешка, чем я. Так что, боюсь, вас ждёт разочарова…

Удар, который нанёс ему в скулу начальник охраны, прервал речь.

— Не смей перебивать Его Сиятельство! — гаркнул он, брызгая слюной. — Ещё раз так сделаешь, и я сломаю тебе палец.

— Спасибо, Порфирий, — кивнул я. — Судя по всему, наш гость готов принять мучения. Вопрос лишь — из-за верности хозяину или от неведения. Если последнее, будет забавно. Досадно, но забавно. Впрочем, мы дождёмся доклада отдела разведки. Уверен, он многое прояснит. Что с бойцом? Его рана не слишком серьёзна? Он в состоянии говорить?

— К сожалению, нет, — мрачно ответил Порфирий. — Парень оказался слабоват. Вырубился от потери крови и болевого шока. Сейчас он в палате под наблюдением врача. И с охраной, само собой. Но не думаю, что мы от него чего-нибудь добьёмся. Обычное пушечное мясо, расходный материал.

— Согласен. Вон он, наш главный клиент, — я подмигнул посреднику.

Тот криво усмехнулся. Порфирий сделал к нему шаг, но я жестом остановил его. Начальник охраны нехотя отступил. Однако было заметно, что в случае, если понадобятся пытки, он будет первым среди желающих простимулировать разговорчивость пленника.

— Есть подходящее заклинание? — спросил я Николая. — Которое развязало бы ему язык. Или оказалось достаточно устрашающим, чтобы он сам захотел с нами пообщаться.

— Можно попробовать парочку. Адские муки. Во всяком случае, если верить описанию. Но поможет ли?

— Вот и выяснили бы.

— Кстати, да! — оживился Николай. — Я как раз хотел одно опробовать. Ещё ни разу не пускал его в ход.

— Ну, так не стесняйся. Видишь, человек жаждет испытать себя на прочность.

Однако Николаю не довелось проверить заклятье. Дверь открылась, и в камеру вошёл Шевцов. С тонкой пачкой распечаток. Бросил взгляд на посредника, а затем поклонился нам с Николаем.

— Чем порадуете, Андрей Иванович? — спросил я. — Вижу, не с пустыми руками. А то этот тип уверен, что мы его ни с кем связать не сможем.

Начальник разведки пожевал губами, что мне совсем не понравилось: когда человеку есть, чем похвастать, вид у него совсем иной.

— Что, он прав? — прищурился я.

— Отчасти, Ваше Сиятельство. Этого человека зовут Юрий Степанович Кобылин, он адвокат и довольно известная личность.

— Не думаю, что диплом поможет ему, — заметил я. — Как и осведомлённость о законах. В суде ему появиться не светит.

Шевцов понимающе кивнул.

— Я не к этому клонил, Ваше Сиятельство. Дело в том, что господин Кобылин часто представляет интересы своих клиентов. Не гнушаясь ничем. Чем, собственно, и прославился. Однако обращаются к нему часто и с удовольствием.

— Скажите, почему! — подмигнул Шевцову адвокат.

— Наш гость разработал систему, при которой он не может узнать, кто его наниматель, — мрачно проговорил начальник разведки. — Это обеспечивает полную конфиденциальность. Даже если б господин Кобылин захотел выдать сведения о своём клиенте, то не смог бы.

— Именно! — удовлетворённо кивнул пленник.

— Однако он легко связался с нанимателем, — заметил я. — Значит, не такая уж сложная эта система. Если она вообще существует. Может, вы её не придумали, а выдумали? — спросил я адвоката. У того нервно дёрнулся глаз. На губах появилась презрительная, но неуверенная улыбочка. Малоубедительная. Похоже, я угадал. — Николай, мне кажется, господин юрист скоро захочет поделиться с нами своей системой. Какой бы она ни была. Я думаю, вы, Юрий Степанович, ждали появления человека, который скажет, будто вы ничего не знаете. Система, которую вы так широко разрекламировали, должна была послужить вам защитой от пыток. Вот только я не привык сдаваться. Если понадобится, выжмем вас, как лимон! Не думаю, что вы действительно готовы терпеть боль ради клиента. Всё это дешёвая бравада. Я знаю таких, как вы. Повидал немало. Сейчас поглядим, не ошибся ли, — обратившись к Порфирию, я сказал: — Сломай этому придурку четыре пальца, чтобы понял, что мы не шутим. А ты пока приготовь проклятье поядрёней, — это уже было адресовано брату. — Чтоб его сразу проняло. Тогда и поговорим.

Глава 28

Судя по выражению лица, наш гость к такому повороту готов не был. Быстро глянув на начальника охраны, он судорожно сглотнул и уставился на меня. Было заметно, что его раздирают противоречия.

Порфирий шагнул к креслу, наклонился и взял указательный палец адвоката.

— Не надо! — быстро произнёс тот, с ужасом глядя на огромный кулак, в котором исчез его палец. — Подождите!

Порфирий вопросительно взглянул на меня. Мол, что делать-то? Ломать? Я кивнул.

Раздался сухой хруст, и посредник взвыл. Из его глаз брызнули слёзы. Порфирий удовлетворённо кивнул самому себе и взялся за следующий палец. Как только он это сделал, зенки у Кобылина расширились, он часто задышал, губы затряслись.

— Нет! Не надо! Я скажу! Ваша… Ваше… Сиятельство! Пожалуйста!

Начальник охраны снова воззрился на меня в ожидании отмашки. Это прямо начинало раздражать.

— Что ты каждый раз смотришь?! — рявкнул я. — Не понял приказа? Четыре чёртовых пальца!

Здоровяк поспешно дёрнул рукой, снова раздался хруст, и юрист опять взвыл. Пока Порфирий ломал ему оставшиеся два пальца, он вопил, рыдал, матерился и умолял. Я поймал недоумевающий взгляд Николай.

— Ничего, братец. У него ещё много пальцев осталось, — сказал я. — На случай, если разговор затянется. Подними-ка ему голову, — это уже было адресовано начальнику охраны. — Хочу посмотреть в честные глаза адвоката. Вы как, Юрий Степанович, расположены к беседе?

— Да! — хлюпая и сопя, просипел посредник. — Я всё скажу!