Чтение онлайн

Потом он услышал голос Джила:

— Я остаюсь здесь.

Джил произнес это совершенно равнодушно — без радости, но и без печали. Его голос как будто умер, лишился тех жалких остатков живости, что звучали в нем раньше.

— Но вы можете идти, поскольку объявлено перемирие, — сказал Джил фандерлингу.

Чет не сразу обрел дар речи.

— Перемирие? И что это значит?

— Не важно. — Джил покачал головой. — Не вы, смертные, объявили перемирие, не вам его отменять. Городу, называемому Южный Предел, не причинят вреда. — Он помолчал, прислушиваясь к тому, что говорила Ясаммез на своем языке, и добавил: — Пока.

Не успел Чет и глазом моргнуть, как чьи-то грубые руки подхватили его, посадили в седло — и в тот же миг Маркет-роуд и городские дома замелькали с обеих сторон, словно в калейдоскопе. Он видел только руки всадника, державшие поводья. Подобно Сироте из самой любимой истории больших людей, он так и не осмелился оглянуться назад, пока его бесцеремонно не сбросили перед пещерами на берегу залива.

Чет знал, что следовало бы все запомнить. Он прекрасно понимал, насколько это важно. В конце концов, его сын чуть не расстался с жизнью из-за таинственного зеркала и той сделки, частью которой оно являлось. Но единственное, на что его хватило, это спуститься в ближайшую пещеру, чтобы поспать и набраться сил для пути домой, в Город фандерлингов.

Через крытый переход перед башней Весны Бриони и Чавен прошли в вымощенный плиткой маленький садик. Двое гвардейцев стояли, прислонившись к двери, а при виде Бриони выпрямились и вытаращили глаза. Принцесса злилась на то, что не может прямо сейчас узнать новости от Чавена, и потому забыла о своем намерении поздравить гвардейцев с праздником. Она пообещала себе вспомнить об этом на обратном пути.

Они поднялись к покоям Аниссы и постучали. Дверь приоткрылась, в щелке блеснул чей-то глаз, и раздался голос:

— Кто там?

Бриони нетерпеливо фыркнула и ответила:

— Принцесса-регент. Мне можно войти?

Служанка Аниссы Селия открыла дверь и посторонилась. Бриони вошла в покои. Ее стражники бегло осмотрели комнату и расположились в коридоре. Селия глядела на Бриони из-под опущенных ресниц, словно ей было стыдно за то, что она осмелилась задержать принцессу. Когда взгляд служанки упал на Чавена, глаза ее широко открылись от изумления.

«Безусловно, не одну меня удивило его появление, — подумала Бриони. — Остальные не видели его так же давно».

— Я пришла, чтобы поднять кубок в честь праздника Кануна зимы, — сказала она Селии.

— Она там.

Ее акцент стал сильнее — возможно, из-за некоторого замешательства. В комнате было темно, горели лишь несколько свечей и огонь в камине. Бриони не увидела ни прислуги, ни фрейлин, ни даже повитухи. Она подошла к кровати и отдернула полог. Открыв рот и сложив руки на животе, мачеха спала. Бриони осторожно дотронулась до ее плеча.

— Анисса, — окликнула она. — Это я, Бриони. Я пришла выпить с тобой за праздник и поздравить с Днем всех сирот.

Глаза Аниссы открылись, но она не сразу поняла, кто ее разбудил. Когда королева узнала падчерицу, выражение ее лица стало таким же, как у Селии при виде Чавена.

— Бриони? Что ты здесь делаешь? А Баррик с тобой?

— Нет, Анисса, — спокойно ответила Бриони. — Он ушел с графом Блушо и остальными. Ты забыла?

Маленькая женщина попыталась сесть, застонала, потом уперлась локтями в подушки и все-таки выпрямилась.

— Да, конечно, просто я еще не проснулась. Этот ребенок. Из-за него я постоянно сплю! — Она оглядела Бриони с ног до головы и нахмурилась. — Но что привело тебя сюда, дорогая?

— Вы меня пригласили. Сегодня Канун зимы. Разве вы не помните?

— Не помню… — Она растерянно огляделась. — А где Изольда и остальные? Селия, почему их нет?

— Вы сами их отправили, госпожа. Вы еще не совсем проснулись, вот и не помните.

Увидев Чавена, Анисса удивилась еще больше:

— Доктор? Это точно вы? Почему вы здесь? С ребенком что-то не так?

Чавен подошел к кровати и встал рядом с Бриони.

— Нет, не думаю, — произнес он без обычной веселости. Анисса заметила это, и лицо ее напряглось.

— Что? Что не так? Вы должны мне сказать.

— И скажу, — ответил Чавен. — Если принцесса-регент мне позволит. Но, думаю, сначала следует позвать стражников.

— Стражников? — Анисса делала отчаянные попытки встать с постели. Она побледнела, а в голосе появились истерические нотки. — Почему стражников? Что здесь происходит? Скажите! Я жена короля!

Бриони была ошарашена, но позволила Чавену пригласить в комнату молодого Миллворда и его товарища. Оба очень нервничали в спальне королевы, словно оказались лицом к лицу с неприятелем. Селия подошла к своей госпоже, сидевшей теперь на краю кровати. Анисса едва доставала своими белыми ножками до пола. Служанка заботливо обняла госпожу за плечи и вызывающе смотрела на Чавена.

— Вы меня пугаете! — воскликнула королева с усилившимся от волнения акцентом. — Бриони, что ты здесь делаешь? Почему так странно со мной обращаешься?

Бриони не ответила, охваченная сомнениями: уж не поспешила ли она, когда позволила Чавену действовать на свое усмотрение? Возможно, его исчезновение вызвано безумием? Она поймала взгляд Миллворда и постаралась дать ему понять, чтобы он следил за ней, а не за Чавеном, и делал то, что велит она.

— Если вы невиновны, мадам, я буду самым нижайшим образом молить о вашем прощении, — сказал врач. — Ни при каких обстоятельствах я не причиню вреда ни вам, ни вашему еще не родившемуся ребенку. Я просто хочу показать вам кое-что.

Чавен полез в карман и вытащил оттуда какой-то серый предмет размером с большой палец ребенка. Только сейчас, когда врач подошел ближе к свету, Бриони увидела, что его одежда помята и испачкана. Ею снова овладели сомнения.

Чавен показал камень, и королева с Селией отшатнулись, словно в руках у него была голова змеи.

— Что это? — жалобно спросила Анисса.

— Хороший вопрос, — заметил Чавен. — Мне пришлось потрудиться, чтобы найти на него ответ. Я побывал в необычных местах, встретился со странными людьми и узнал, что это такое. На юге его называют «куликос». Это магический камень. Чаще всего такие находят на южном континенте, но иногда, к великому сожалению, они попадают и на север, в Эон.