Чтение онлайн

Работа в исполкоме, формирование войск были не по душе деятельному и активному комиссару. И.С. Конев, наблюдая за развитием событий на фронтах Гражданской войны, настойчиво рвется в действующую армию. Однако военком Северодвинской губернии [5] всякий раз отвечал отказом на просьбы Конева. Тогда он обратился к военному комиссару Ярославского военного округа М.В. Фрунзе. Он, внимательно посмотрев на молодого комиссара, по-военному подтянутого и не по годам сурового, сказал:

— Просьбу Вашу, товарищ Конев, удовлетворим. Поедете на фронт. Формируйте отряд земляков. Желаю успеха!

В своих мемуарах И.С. Конев отмечает, что на Восточный фронт он прибыл в июне 1919 г. Некоторые биографы Ивана Степановича пишут, что в первых числах сентября 1918 г. он был назначен комиссаром бронепоезда № 102.{5} Но это не соответствует действительности.

И.С. Конев в течение месяца проходил подготовку в 1-м запасном полку. В должности начальника отряда участвовал в подавлении восстания дезертиров в Костромской губернии. Затем был отправлен в 3-ю армию Восточного фронта, где сначала был бойцом запасной батареи и только затем стал комиссаром бронепоезда № 102, получившем от красноармейцев название «Грозный». По инициативе Конева при бронепоезде был создан небольшой десантный отряд в составе взвода конной разведки и двух стрелковых взводов для борьбы с подразделениями противника, осуществлявшими диверсии на железной дороге. Комиссар бронепоезда нередко лично участвовал в боевых действиях десантного отряда. В одном из них судьба свела его с крестьянской девушкой Анной Ефимовной Волошиной, ставшей впоследствии его женой. Многим обязан ей Иван Степанович, и прежде всего тем, что уберегла она его, тяжело заболевшего тифом, от смерти.

Военно-политическая карьера И.С. Конева стремительно набирала обороты. В январе 1921 г. его назначают комиссаром 5-й бригады 2-й Верхне-Удинской стрелковой дивизии, а в середине февраля — комиссаром этой же дивизии. Вскоре он был избран делегатом X съезда РКП(б). Его соседом в вагоне московского поезда оказался комиссар одной из партизанских бригад Александр Булыга, впоследствии известный писатель Александр Александрович Фадеев. Почти месяц добирались они до Москвы. За это время крепко сдружились. В числе более 370 делегатов съезда Конев в марте участвует в подавлении восстания моряков в Кронштадте, будучи бойцом одной из батарей, располагавшейся на косе Лисий Нос.

После завершения работы X съезда И.С. Конев вернулся на Дальний Восток, где получил новое повышение. Он был назначен комиссаром Главного штаба Народно-революционной армии (НРА) Дальневосточной Республики, провозглашенной еще 6 апреля 1920 г. Армией с лета 1921 г. командовал будущий Маршал Советского Союза В.К. Блюхер, являвшийся одновременно военным министром республики и председателем Военного совета НРА. Отметим, что Ивану Степановичу везло на начальников. Это были люди с сильной волей, обладавшие военным талантом, у которых будущему маршалу было чему научиться.

В новой должности И.С. Конев принимал деятельное участие в реорганизации войск, повышении их боеспособности и укреплении воинской дисциплины. Эта работа проводилась в соответствии с приказом Военного совета НРА и Флота ДВР от 30 июня 1921 г.{6} Вместо штаба Главнокомандующего и Главного штаба был создан единый штаб НРА ДВР.

И.С. Коневу довелось участвовать в штурме знаменитой Волочаевки, которая под руководством известного в российской армии инженера полковника А.Г. Аргунова была превращена в мощный укрепленный район. Комиссар штаба НРА возглавлял группу политкомиссаров, направленных в части и подразделения для усиления политической работы. И.С. Конев, распределив по подразделениям прибывших с ним товарищей, решил оказать помощь комиссару бронепоезда № 8 в подготовке команды к предстоящим боям. В этом ему пригодился опыт, полученный на бронепоезде «Грозный». Наступление войск Восточного фронта НРА началось утром 5 февраля 1922 г. После тяжелых и упорных боев народоармейцы сумели 12 февраля овладеть Волочаевкой. 25 октября они вступили во Владивосток, а 13 ноября Народное собрание ДВР вынесло решение о вхождении республики в состав Советской России. Президиум ВЦИК объявил Дальний Восток нераздельной частью РСФСР. 22 ноября НРА была переименована в 5-ю Краснознаменную армию. Ее Приморский стрелковый корпус приказом № 213 по армии от 25 декабря получил наименование 17-го Приморского стрелкового корпуса, комиссаром которого был назначен И.С. Конев.

Бурные события Гражданской войны закалили характер И.С. Конева. Писатель Борис Полевой, встретившись с ним в мае 1945 г. в Праге, спросил{7}:

— Вы сразу освоили комиссарское дело?

— Ну, как сразу, — задумавшись, ответил Иван Степанович. — В сущности, оно не было для меня новым. Когда мы подавляли мятежи в моих родных краях, а потом гонялись за бандами по костромским лесам, приходилось одновременно и командовать и комиссарствовать, сражаться с врагом и вести работу с населением, завоевывать сердца бойцов, вселять в них веру в победу. Многое дал мне опыт партийной работы в запасной части. Он научил заглядывать в душу человека, видеть перед собой не сплошную шеренгу, а отдельных людей, каждого со своим характером, со своими особенностями. К каждому бойцу нужно свой особый ключ подобрать. А это и есть главное в комиссарском деле.

В январе 1924 г. управление 17-го Приморского стрелкового корпуса было передислоцировано на Украину. Здесь И.С. Конев пробыл недолго. В июне его по личной просьбе перевели в Московский военный округ комиссаром и начальником политического отдела 17-й стрелковой дивизии, расквартированной тогда в Нижнем Новгороде. К новому месту службы он выехал вместе с семьей — женой и годовалой дочкой Тамарой, которую затем записали Майей в честь Дня международной солидарности, который отмечался 1 мая. Комиссар много внимания уделял решению вопросов, связанных с обустройством личного состава, установлением взаимоотношений с местным населением, обеспечением качественного выполнения задач боевой и политической подготовки. Одновременно, как отмечается в его автобиографии, он вел непримиримую борьбу «против троцкистов» и очищал «от враждебных элементов» дивизию.

Осенью 1925 г. произошло событие, которое коренным образом повлияло на карьеру И.С. Конева. Командующий Московским военным округом К.Е. Ворошилов, инспектируя войска, обратил внимание на смелое и принципиальное выступление Ивана Степановича об укреплении дисциплины и порядка в частях, повышении боеготовности и тут же предложил ему перейти на командную работу.

— Вы комиссар со строевой жилкой, — сказал Ворошилов. — Как вы смотрите на то, чтобы поучиться, а затем стать командиром-единоначальником?

И.С. Конев недолго думая согласился, так как давно мечтал об учебе. В сентябре 1925 г. его направили на Курсы усовершенствования высшего начсостава (КУВНАС) при Военной академии РККА. Его учителями были активные участники Первой мировой и Гражданской войн, имевшие значительный боевой опыт. Со многими ему в последующем приходилось не раз соприкасаться по службе, а труды В.А. Меликова, М.Н. Тухачевского, Б.М. Шапошникова, В.К. Триандафиллова сыграли большую роль в постижении Коневым основ военного искусства. Здесь же он познакомился с П.С. Рыбалко, будущим маршалом бронетанковых войск, командующим танковой армией.

После окончания учебы И.С. Конев по собственной просьбе был назначен командиром полка. Сначала это был 72-й стрелковый полк 24-й Самаро-Ульяновской Железной стрелковой дивизии, а затем 50-й Краснознаменный им. К.Е. Ворошилова стрелковый полк 17-й стрелковой дивизии. На этом завершился этап военной карьеры Ивана Степановича, связанный с военно-политической работой. Теперь ему предстояло проявить себя уже в новом качестве, на командной стезе. Он, вспоминая о том времени, отмечал:

«…Самым решающим звеном в становлении командира является полк… Полк учит, полк воспитывает, полк по-настоящему готовит кадры. Комполка — организатор боя, он обязан правильно использовать артиллерию, полностью и до отказа дать огонь, а не штык, использовать танки, использовать поддержку саперов и даже авиацию, запросив решения высших инстанций. Он хозяин на поле боя, в организации боя. Вот кто такой командир полка, вот почему я с большим желанием пошел на эту должность. Командовал полком пять лет. Многие говорили, что “засиделся” предлагали всякого рода должности, намекали, иногда даже иронизировали… Я решительно от всего отказывался. Я учил полк и учился у полка. Проводил занятия сам, очень сложные, продолжающиеся непрерывно, днем и ночью, с выходом в поле, с отрывом от базы, учил полк маршам и походам, боевой стрельбе и тактике, взаимодействию, и сам одновременно учился»{8}.