Чтение онлайн

На основании разведывательных данных генерал Л. И. Антонов подробно доложил о противнике и новом командующем группой армий «Юг» Рейхенау. Прибыв из-нод Харькова и приняв группу в начале декабря от фон Рундштедта Герда, смещенного Гитлером за поражение под Ростовом и предложение отвести войска за Днепр, Рейхенау сразу же издал приказ от 10 декабря «О поведении войск на Восточном фронте». В нем содержался призыв беспощадно расправляться с советскими гражданами и военнопленными.

Военный совет Южного фронта пришел к выводу, что основную силу группы армий «Юг» составляли моторизованные дивизии СС «Викинг» и «Адольф Гитлер», 60-я немецкая и 1-я словацкая моторизованные, 13-я и 16-я танковые 1-й танковой армии Клейста, располагавшиеся перед войсками левого крыла фронта в районе Таганрога, Куйбышева. Такое расположение основных сил противника отвечало интересам Военного совета, поскольку готовилось нанесение главного удара войсками правого крыла фронта. В связи с этим Родион Яковлевич приказал начальнику штаба А. И. Антонову следить за южной группой армии Клейста, которая могла передвинуться в район Павлограда.

В это время Ставка планировала разгром донбасско-таганрогской группировки противника. Для этого намечалось смежными крыльями Юго-Западного и Южного фронтов прорвать вражескую оборону между Балаклеей и Артемовском и выйти на рубеж Днепра в его нижнем течении, отрезав гитлеровцам пути отхода на запад, чтобы затем уничтожить их во взаимодействии с войсками левого крыла Южного фронта.

Южному фронту было приказано разгромить 17-ю армию и группу Шведлера, наступая войсками правого крыла в общем направлении на Павлоград. Для этой цели с 3 января в состав фронта включалась 57-я армия генерал-лейтенанта Д. И. Рябышева, растянувшая линию располо- 12 ?кения войск до Изюма. На подготовку наступления было отведено 15—18 дней.

Исходя пз полученной задачи, Р. Я. Малиновский сразу же распорядился оборудовать командный пункт фронта на правом крыле и наметить перегруппировку войск туда. Глубокой ночью при свете керосиновых ламп, после долгих прикидок и расчетов Военный совет пришел к единому мнению: использовать нависание правого крыла фронта над вражеской обороной с севера, добиться в нанесении главного удара внезапности посредством маскировки и дезинформации в ходе подготовки операции. Это было задачей задач, поскольку сама конфигурация линии фронта настораживала противника. Во время выработки замысла командующего интересовали стыки, которыми он оправданно много занимался в предыдущих сражениях и требовал смело бить немецко-фашистских захватчиков их же приемами: по стыкам, флангам и тылам.

Родион Яковлевич решил провести операцию в два этапа. На первом, обороняясь войсками левого крыла, с рубежа Изюм, Нырково нанести главный удар 57-й и 37-й армиями, прорвать оборону, ввести в прорыв 1-й и

5-й кавалерийские корпуса (фронтовой резерв); развивая наступление в общем направлении на Павлоград, разгромить 17-ю армию и группу Шведлера и выйти во фланг и глубокий тыл армии Клейста. Задача 12-й армии заключалась в том, чтобы обеспечить левый фланг ударной группировки. На втором этапе операции ввести в сражение 9-ю армию (находилась западнее Старобельска в резерве главного командования Юго-Западного направления) и 2-й кавалерийский корпус для удара в направлении Запорожья с одновременным переходом в наступление левого крыла фронта (18-й и 56-й армий). Задача — захватить переправы на Днепре и, наступая главными силами на Большой Токмак, выйти к морю и отрезать армию Клейста и другие вражеские войска с их последующим уничтожением. До перехода в наступление 18-я и 56-я армии должны были прочно прикрыть каменское и ростовское направления.

13 ходе подготовки операции, в которой Южному фронту предстояло сыграть решающую роль, Р. Я. Малиновскому впервые пришлось осуществлять большую перегруппировку войск, причем скрыть ее от противника и организованно провести в условиях низких температур воздуха и труднопроходимых дорог. При обсуждении этого вопроса начальпик штаба генерал А. И. Антонов предложил: сообщить об операции лишь узкому кругу лиц, запретить какую бы то ни было переписку, касающуюся подготовки наступления, а тем более переговоры по проводам; имитировать переброску войск и техники на юг днем, где демонстрировать ложное сосредоточение войск макетами; фактическую перегруппировку на север осуществлять комбинированными средствами и способами только ночью, усилив охрану станций и узлов дорог. Эти соображения были приняты Военным советом, и Р. Я. Малиновский утвердил их, приказав срочно сообщить замысел операции Главному командованию направления.

— Заготовьте боевые распоряжения для каждой армии, дайте как можно скорее на подпись и будьте готовы отправить их нарочными офицерами на самолетах. Приступайте к разработке детального плана,— сказал оп в заключение начальнику штаба.

Успешной перегруппировке войск препятствовали большие снежные наносы. В районе погрузки 37-й армии вьюга бушевала семь дней. Станции Ровеньки, Щетово, Колпаково, Штеровка круглые сутки расчищались от снега мобилизованным населением, железнодорожными бригадами и предназначенными к погрузке частями. Поезда следовали крайне медленпо: вместо 10 шли 38—50 часов. Их тянули двойной тягой или вытаскивали с перегонов вспомогательными паровозами. Участки, узлы и станции были забиты эшелонами. Нарушились управление движением и оборот вагонов. Систематические налеты вражеской авиации на станции Купянск, Валуйки и другие вынуждали временно закрывать их.

Родион Яковлевич видел во всем угрозу своевременной перегруппировке войск и снабжению их. Он срочно принимал меры: часть поездов направлялась в обход основного маршрута, в первую очередь пропускались эшелоны с двойными составами и военно-санитарные.

Несмотря на невероятные трудности, к 18 января, дню начала наступления, многое было подготовлено. В соответствии с замыслом операции 57-я армия выдвинулась с тыла и заняла исходное положение па рубеже Изюм, Красный Лиман. На левом крыле фронта 9-я и 37-я армии передали свои полосы обороны 56-й армии и были переброшены на правое крыло для образования главной ударной группировки. 37-я армия заняла рубеж между 57-й и 12-й армиями, а 9-я, поступив в резерв главного командования Юго-Западного направления, сосредоточилась за 57-й армией южнее Сватово для развития успеха войск правого крыла Южного фронта. Его штаб переместился из Каменска в Старобельск.

Но Родиону Яковлевичу не удалось достичь на направлении главного удара значительной оперативной плотности: одна стрелковая дивизия — на 6 километров; семь орудий, около четырех танков и два самолета — на километр фронта. Это создавало лишь полуторное или двойное превосходство в пехоте, абсолютное в коннице и незначительное в артиллерии, танках и авиации. 630 орудий, 368 танков, до 200 самолетов на направлении главного удара было недостаточно для выполнения столь широкого замысла. Кроме того, затянулась переброска артиллерии. Значительная часть ее не была сосредоточена к началу действий. По этой причине фактическая плотность создалась меньше запланированной.

Противостоявшая фронту группа армий «Юг», которой с середины января командовал фон Бок, превосходила советские войска в танках, артиллерии и особенно в противотанковой артиллерии. Тем не менее Ставка вынуждена была пойти на организацию наступления в южных районах страны в силу благоприятного развития событий на западном и северо-западном направлениях, что вызывало большой морально-патриотический подъем в войсках.

Накануне операции в частях состоялись партийные и комсомольские собрания, а в подразделениях — короткие митинги личного состава. Они проходили при высокой активности бойцов и командиров, которые клялись сражаться до последней капли крови. Готовились специальные номера дивизионных, армейских и фронтовой газет. И. И. Ларин командировал две группы работников политуправления фронта в 57-ю и 37-ю армии для оказания помощи политорганам в проведении партийно-политической работы.

В ночь на 18 января температура понизилась до 31 градуса. Дороги были заполнены людьми и машинами. Скрипел снег под ногами и колесами. Стыли моторы, замерзала вода в радиаторах. Все двигалось к фронту, чтобы своевременно вступить в бой, который должен был начаться через несколько часов. Р. Я. Малиновский и И. И. Ларин ехали к командующему 57-й армии Д. И. Рябышеву, которой предстояло действовать на самом ответственном направлении.

— Как думаешь, Иларион Иванович, оправдает наши надежды Рябышев? — спросил Родион Яковлевич Ларина.