Чтение онлайн

Нужно отремонтировать жилой модуль. Я знаю, что делать, мы отрабатывали это на тренировках. Но на все требуется время. Мне придется возиться под сдувшимся брезентом в поисках материала для заплат. А потом – искать брешь и заделывать ее.

На ремонт уйдут часы, и мой скафандр бесполезен.

Мне нужен другой скафандр. Скафандр Мартинеза валялся в марсоходе. Я брал его с собой к «Патфайндеру» на всякий случай, однако по возвращении перенес обратно в жилой модуль.

Проклятие!

Итак, я должен добыть другой скафандр, прежде чем отправляться в марсоход. Чей? Скафандр Йоханссен мне мал (миниатюрная девчушка, наша Йоханссен). Скафандр Льюис заполнен водой. Точнее, в настоящий момент он заполнен льдом, который медленно сублимирует. Драный, заплатанный скафандр, с которым я торчу в шлюзе, изначально принадлежал мне. Остаются скафандры Мартинеза, Фогеля и Бека.

Скафандр Мартинеза я оставил возле койки, на случай если мне потребуется срочно надеть его. Разумеется, после внезапной разгерметизации он мог оказаться где угодно. Тем не менее я хотя бы знаю, с чего начать.

Следующая проблема: до жилого модуля 50 метров. Бежать при 0,4 g в громоздком скафандре – задача не из легких. В лучшем случае я разгонюсь до 2 метров в секунду. Это драгоценные 25 секунд, почти одна восьмая моих четырех минут. Надо снизить это время.

Но как?

Я покачу проклятый шлюз.

Он мало отличается от телефонной будки, лежащей на боку. Я проделал некоторые эксперименты и понял, что, для того чтобы покатиться, мне нужно со всей силы врезаться в стену. И в этот момент я должен находиться в воздухе. Я не могу прижаться к какой-то другой части шлюза. Иначе силы уравновесятся, и он не сдвинется с места.

Сначала я попробовал оттолкнуться от одной стены и врезаться в другую. Шлюз едва сдвинулся – и только.

Затем я попробовал сделать суперотжимание, чтобы подняться в воздух (да здравствуют 0,4 g!), после чего пнул стену обеими ногами. Шлюз чуть шелохнулся.

С третьего раза у меня все получилось! Фокус заключался в том, чтобы поставить ноги вместе на землю возле стены, а затем резко броситься к верхней части противоположной стены и удариться о нее спиной. Только что я проделал это, и мне хватило силы перевернуть шлюз в сторону жилого модуля.

Ширина шлюза составляет метр, а значит… Эх… Значит, придется повторить это еще пятьдесят раз.

Думаю, моей спине это не понравится.

Да, моей спине это не понравилось.

У изящной методики «брось свое тело на стену» имелись недостатки. Она срабатывала лишь один раз из десяти, и было очень больно. Приходилось делать перерывы, разминаться и в буквальном смысле заставлять себя бросаться на стену снова и снова.

Это заняло всю ночь, но я справился.

Сейчас я в десяти метрах от жилого модуля. Подобраться ближе не могу – из-за разгерметизации все пространство засыпано мусором, а этот шлюз не является «вездеходным». По такому дерьму мне не перекатиться.

Жилой модуль лопнул утром. Теперь наступило новое утро. Я пробыл в этой чертовой будке целый сол, но скоро выберусь отсюда.

Я в скафандре и готов действовать.

Итак… Ладно… Еще разок пройдемся по плану: при помощи ручных клапанов разгерметизировать шлюз; выбраться наружу и поспешить к жилому модулю; побродить под упавшим полотнищем; найти скафандр Мартинеза (или Фогеля, какой попадется первым); добраться до марсохода; оказаться в безопасности.

Если время выйдет прежде, чем мне попадется скафандр, я просто побегу к марсоходу. У меня возникнут проблемы, но будет время для раздумий и материалы для работы.

Глубокий вдох… вперед!

Я жив! И в марсоходе!

Все получилось не совсем по плану, но я не умер, а следовательно, победил.

Разгерметизация прошла успешно. Через тридцать секунд я оказался снаружи. Направляясь вприпрыжку к жилому модулю (самый быстрый способ передвигаться при такой силе тяжести), я преодолел залежи мусора. Разрыв в брезенте действительно расшвырял все по окрестностям, включая меня.

Видимость была отвратительная – потому что заплата закрывала мой лицевой щиток. К счастью, у меня имелась наручная камера. НАСА обнаружило, что поворачиваться всем телом, чтобы взглянуть на что-то, – бессмысленная трата сил и времени, поэтому в правую руку скафандра вмонтировали маленькую камеру, изображение с которой проецируется на внутреннюю поверхность лицевого щитка. Соответственно мы можем «видеть» вещи, ткнув в них пальцем.

Заплата не была какой-то особенно гладкой или отражающей, поэтому проекция оказалась смятой и искаженной. Однако она давала представление о том, что творится вокруг.

Я направился прямиком к тому месту, где раньше находился шлюз, зная, что там окажется большая дыра и я смогу пробраться внутрь. Дыра отыскалась без проблем. Черт, выглядела она отвратительно. Ее ремонт вряд ли доставит мне удовольствие.

Вот тут-то и начали вылезать недоработки моего плана. У меня имелась только одна рука. Левая рука прижималась к телу, а культя скафандра хлопала меня по боку. Поэтому, перемещаясь под брезентом, я был вынужден поднимать полотнище правой рукой, что замедлило процесс.

Насколько я смог разглядеть, внутри жилого модуля царит полный хаос – ничто не осталось на прежнем месте. Столы и койки оказались вовсе не там, где находились прежде. Более легкие предметы просто свалены в кучи, причем многие из них – снаружи. Все покрыто землей и искалеченными растениями.

Продвигаясь вперед, я добрался до того места, где оставил скафандр Мартинеза. К моему удивлению, он никуда не делся.

«Ну вот! – наивно подумал я. – Проблема решена!»

К сожалению, скафандр придавило столом, на котором сверху лежал рухнувший брезент. Будь у меня обе руки, я бы смог вытащить его, но с одной это было невозможно.

Время истекало. Я отсоединил от скафандра Мартинеза шлем, отложил его в сторону и протянул руку за стол в поисках ремонтного набора. Нашел его при помощи ручной камеры. Бросил набор в шлем и убрался из модуля подобру-поздорову.

Я едва успел добраться до марсохода. Мои уши грозили вот-вот лопнуть от снижения давления, когда шлюз марсохода наполнился восхитительным одноатмосферным воздухом.

Я заполз внутрь, упал и некоторое время пытался отдышаться.

Итак, я снова в марсоходе. Совсем как во время Великой экспедиции по возвращению «Патфайндера». Брр… На этот раз здесь хотя бы пахнет получше.