Чтение онлайн

Иногда бабуля просила меня рассказать ему за сына. Говорила, что он имеет право знать правду. Когда я уже собиралась это сделать, она вновь рассказывала о его жестоких выходках — драках, беспорядочных сексуальных связях и постоянных ссорах с родителями.

Тогда я точно решила, что не скажу ему за сына. Его гнев мог быть слишком опасен для нас с Мироном, таких беззащитных и бесконечно счастливых вместе.

*****

Я проснулась с головной болью. Если Камиль со своей Дашей будут дальше истязать меня, то я умру раньше бабули. Но как ей сказать о том, что не могу находиться с этими мерзавцами под одной крышей, я не знала.

Снять жилье неподалеку было невозможно. До ближайшего отеля ехать не меньше часа. А если бабуле понадобится помощь, мне никто не позвонит…

Я словно заперта в клетке с хищниками и прикрываю собой бабулю. Даже если дверь в эту клетку откроется настежь — мне не выйти. Потому что я не оставлю свою любимую старушку.

Хоть бы Камиль занялся своей Дашей и начал меня игнорировать. Тогда мне было бы гораздо проще и легче, находиться с ними на одной территории.

Я чувствовала себя запертой в клетке птицей. Даже не так! Я чувствовала себя запертой в одной палате с душевнобольными людьми. И осознание этого терзало сильнее, если б меня закрыли с хищником и он растерзал мою плоть когтями. Стресс устойчиво обволакивал мое воспаленное сознание. Беспомощность не давала спойно дышать. Мне не хватало воздуха.

Я решила проводить все время в комнате у бабули. Вообще не выходить от нее. Стараться никак не пересекаться ни с Камилем, ни с Дашей.

Единственной отдушиной стал мой мобильный.

И единственный человек, которому я захотела позвонить стал Игнат. Я не могла объяснить откуда во мне возникла такая потребность. Ни Мирон, ни Костя, ни подруги, не могли стать для меня отдушиной. Я нуждалась в искренней поддержке, но не жалости. Мне хотелось почувствовать, что я кому то интересна и нужна. А Игнат высказывал ко мне определенную заинтересованность, она была мне приятна, словно бальзам на истерзанную душу.

Я не задумываясь о последствиях прямо с утра набрала его номер.

— Ева, — мужчина удивился столь скорому звонку, ведь мы только вчера вечером поговорили.

— Привет, Игнат. Прости, если я невовремя, — неловко проговорила я, нервно теребя в руках шнурок от спортивной кофты.

— Нет, все в порядке. У тебя что то случилось? Мое предложение в силе, я могу приехать, — сразу среагировал мужчина. Он удивительным образом чувствовал меня на огромном расстоянии.

— Я не знаю. Все очень сложно. Мне просто морально тяжело находиться в этом доме, — я не собиралась жаловаться постороннему мужчине, но слова сами вырывались из глубины моего подавленного состояния.

— Ева, я хочу тебя увидеть. Можно я наберу по видеосвязи, — спросил Игнат. Я поколебалась, но решила, что и мне такой разговор пойдет на пользу.

— Ну привет, Игнат, — я сама перенабрала мужчину через видео приложение.

Он был на работе в строгом костюме, сидел в кресле. Я всмотрелась в лицо на экране мобильного. Спокойное без глубоких морщин. Глаза голубые, даже синие, умные и проникновенные. Плавная линия скул, ровный небольшой нос и красивая форма рта. Губы не слишком полные, но и не тонкие суровые. Прямая линия подбородка. Однозначно, он симпатичный мужчина. От него веет властью и стабильностью. Такие мужчины не размениваются на многих, ценят свое время высоко. Общаться с ним это уже значит быть выделенной из серой массы окружающих его людей.

Я даже улыбнулась. Мне действительно приятно его внимание. Пусть нет бешенной необузданной страсти, но искры взаимопонимания и симпатии, точно сверкали между нами.

— Привет, красавица. Я рад тебя видеть. Теперь рассказывай, кто тебя там мучает, — добродушно проговорил он, внимательно разглядывая мое лицо.

— Все в порядке. Я просто скучаю по дому. Мне очень тяжело видеть, как самый родной человек умирает от смертельной болезни и знать, что я ничем не могу помочь, — вздохнула я.

— Я несколько лет назад потерял отца и мне знакомо это чувство. Он долго болел перед смертью. Она для него была скорее избавлением. Но мне все равно было очень тяжело смириться с неизбежным. Я хочу, чтоб ты чувствовала, что я тебя понимаю и поддерживаю. Ты не сама, — чуть тише сказал Игнат.

От его добрых слов на глаза навернулись слезы. Я быстро их смахнула. Это неправильно использовать его как жилетку.

— А ты сейчас где? На работе? — я решила поговорить на отвлеченные темы.

— Да, как видишь, сижу в офисе, разгребаю скучные бумаги. У меня тут целая стопка договоров на поставки в разные филиалы. Сегодня пятница, и я буду сидеть тут допоздна. Страдать в одиночестве, — он подмигнул мне.

— Когда сильно устанешь и захочешь отвлечься, можешь мне смело звонить. Я конечно сейчас еще тот юморист и на роль развлекателя плохо сойду, но посочувствую искренне, — я тоже ему помигнула. Я давно не кокетничала, уже даже забыла какого это, когда ты кому то симпатична.

— Ева, ты себя все время не дооцениваешь. Ты сейчас моя отдушина в этой серости и унылости. Ты очень красивая и умная женщина. Я очень хотел бы с тобой встретиться. Ты уже знаешь, когда планируешь вернуться обратно? — Игнат чуть отодвинул телефон, и я заметила на стене фотографию его с целой компанией солидных мужчин в костюмах.

— Пока нет. Но я не тороплюсь обратно. Ведь от того сколько проживет моя бабуля, зависит сколько времени я здесь пробуду. На нее благотворно влияет мой приезд. Поэтому, я вынуждена мириться с обстоятельствами и быть ради нее как можно дольше, — я покачала головой.

— Под обстоятельствами следует понимать неугомонных родственников? — спросил Игнат

— Именно, даже не буду спрашивать, как ты догадался. Уверена, это Таня постарась осведомить тебя получше, — я вспомнила о болтливой подруге. Как же мне не хватает наших субботних посиделок. Я бы сейчас ей все выложила и успокоила свою душу.