Чтение онлайн

— Не надо больше. У меня так нехорошо в животе от музыки.

— Я думаю, тебе плохо не от музыки, а от всего съеденного шоколада, — заметил мастер Эдер.

— Нет-нет! Он очень вкусный! Только… — Пумукль отвернулся, чтобы не смотреть на развёрнутую плитку, — только лучше убрать его подальше, я не могу его больше видеть. У меня такое странное чувство. Я думаю, я умираю.

— Глупости! Тебе просто надо выйти на свежий воздух!

Бледный Пумукль выполз на улицу и присел возле подвального окна. От подступившей тошноты он так ослаб, что забыл обо всём, даже о том, что стал богатым. У него не было даже желания слушать свои часики, болтавшиеся на шее. И очень жаль. Иначе бы он вспомнил, что часики-то были видимыми и блестели на солнце. Так что не удивительно, что два мальчика из соседнего дома, пришедшие во двор поиграть, внезапно остановились.

— Что это висит там, у подвального окна? — спросил один. Они подошли поближе.

— Это же часы на цепочке! — закричал он и уже протянул было руку, но вдруг, вскрикнув, отпрянул назад. Это Пумукль изо всех сил ударил его по руке.

— Меня ударило током! — сказал мальчик.

— С ума ты сошёл, что ли, — удивился другой, — как могут часы током ударить? — И он тоже протянул руку за часами, но… но ухватил лишь воздух. Пумукль одним прыжком оказался на дне шахты у подвального окна. Мальчишки видели лишь мерцание золота в темноте.

— Ну и растяпа же ты! Уронил часы, — упрекал один другого.

— Но я даже не задел их! Они сами упали!

— Не говори ерунды, пойдём, найдём палку, чтобы выудить их оттуда.

Оба отправились искать палку и вскоре нашли, но, к великому их удивлению и разочарованию, часов уже и след простыл.

Им не могло и в голову прийти, что часы висели на шее невидимого домового, который в это время, в страхе за своё золотое сокровище, носился по подвалу, не находя выхода. Вообще, домовые не боятся тёмных подвалов, но на Пумукля нагоняло страх таинственное мерцание часов и крики мальчишек, которые всё ещё тыкали палкой возле окна.

— Пойдём принесём ключ от двери, может, из подвала что увидим, — предложил один.

Эта идея была хорошая для них и спасительная для Пумукля. Оба ушли, и домовёнок выпрыгнул из подвала во двор, оставшись незамеченным. Тошноты у него как и не бывало. Когда он вернулся в мастерскую, то был бледным уже не от шоколада, а от испуга.

— Быстро спрятать, быстро спрятать, — бормотал Пумукль, — золото — видимое, и люди хотят его тотчас иметь.

Эдер встревожился, об этом он не подумал.

— Ты должен снимать часы, если выходишь на улицу, или если кто сюда придёт. Положи их в комод, там они будут надёжно спрятаны.

— Но золото только тогда красиво, если его носят на шее, а тиканье только тогда приятно, если его слышно, а часы тогда хороши, если их видно.

В этот момент Эдер увидел в окно, что к мастерской направляется господин Кленеке.

— Быстрее снимай часы, сейчас сюда зайдут! Давай! — И Эдер быстро засунул часы в комод и задвинул ящик.

Господин Кленеке конечно же узнал от своего друга-фабриканта о состоявшейся сделке и хотел, проходя мимо, поздравить Эдера и заодно узнать, как продвигается ремонт его мебели.

Всё было уже готово, и всё на этом бы хорошо закончилось, если бы адвокат не захотел ещё раз посмотреть на модель комода.

— Мой друг не взял модель с собой? — спросил он.

— Нет. Я отдал ему все чертежи и расчеты и предложил ещё кое-какие дополнения, которые были невозможны на такой маленькой модели. Этого оказалось достаточно.

Кленеке увидел комод и подошёл к нему ближе. Тут перед его ногами грохнулась доска, и он испуганно отпрянул назад.

— Как это получилось? Наверно, я зацепил доску плащом, — недоумевал он.

— Нет, — Эдер поднял доску, — скорее всего, я неустойчиво поставил её, извините.

Кленеке снова подошёл к комоду и протянул руку. Сверху на него посыпалось целое облако мелких опилок. Он закашлялся и начал отряхивать свой плащ.

— Что это ещё такое?

— Хм, я думаю, вам лучше не подходить к комоду, он стоит в таком пыльном месте, — ответил Эдер, не придумав ничего лучшего.

— Да, я это заметил, — засмеялся адвокат, и несмотря на предупреждение, взял в руки модель.

— Только не выдвигайте ящики! — встревоженно воскликнул столяр.

Но господин уже потянул за одну из ручек и теперь недоумённо смотрел на столяра. Тут упала коробка с гвоздями, чуть ли не на ноги адвокату. Тот быстро поставил комод на место и отдёрнул от него руку.

— Я не понимаю…

— Сожалею, но не могу вам ничего объяснить. Думаю, вам лучше уйти отсюда. Здесь, в мастерской, очень опасно для вас — сплошные патенты, понимаете?

Кленеке совершенно ничего не понимал. Одно он понял, что старый столяр, должно быть, не в своём уме. Да к тому же глаза Эдера бегали туда-сюда, как будто он следил за каким-то невидимым существом. Господину стало не по себе, и он поспешно покинул мастерскую.

Мастеру Эдеру было, конечно, ясно, что подумал о нём адвокат, и, обратившись к Пумуклю, он сердито сказал:

— Так себя не ведут! Неужели ты думаешь, он взял бы твои часы?!

Но Пумукль тоже был сердит.

— Я должен был так себя вести! Я хочу себя так вести! Я возьму свои часы и спрячу так, что их никто больше не увидит! — и добавил: — Тогда и я не буду их больше видеть.

— И шоколада я больше не хочу! И вообще, всё, что я себе представлял таким чудесным, на самом деле — совсем не чудесно.

— У тебя есть ещё шкатулка. Послушай музыку! — предложил Эдер.