Чтение онлайн

Магнолия Александровна опёрлась на свой посох и задумчиво постукивала пальцами по столу. Но что бы она ни придумала, предъявить мне нечего. Устав академии и законы я не нарушал, а обстоятельства сами развязали мне руки… Буквально.

— Добрыня, на смертельных дуэлях убивать студентов вовсе не обязательно, — её голос был холоден, как арктический ветер. — Я следила за каждым вашим движением. Вы намеренно убили Стаса Радугина.

Директриса делала такие многозначительные паузы, будто готовилась объявить о конце света, а не пересказывала мне очевидности. Хотя стоит признать: хорошо, что она не слепа к происходящему. Было бы печально, если б человек на её посту оказался глупцом. Затем она взялась читать мне нотации о жизни: мол, за стенами академии мне теперь будет несладко, ведь Радугины этого не простят. Короче, стандартный набор банальностей, когда сказать, по сути, нечего.

Магнолия даже умудрилась подлить масла в огонь, заявив, что я навлёк беду на свой Род. Я едва сдерживал смех! Война с Радугиными и так шла полным ходом. Я же просто ненадолго отвлёк их внимание на себя. Однако вдаваться в подробности не стал: не её это дело. Кивнул ей, как китайский болванчик, и пообещал быть паинькой. Хотя отлично знал, что это чистой воды ложь, но кто считает такие мелочи?

— Добрыня, я каждый год сталкиваюсь с такими историями в академии, — она улыбнулась, но взгляд её витал где-то явно в другом месте. — Аристократы никогда не меняются, и каждое новое поколение умнее не становится.

Чёрт побери! И к чему этот спектакль? Конечно, я тоже порой толкаю пафосные речи, но чаще предпочитаю более… практичные занятия. Надо же как-то убивать время, если рядом нет девушки или хотя бы драка не намечается, а от её нравоучений меня клонит в сон.

Поэтому я ускользнул из её кабинета с удовольствием и, петляя по коридорам, добрался до своей комнаты. Что ж, наконец-то я остался один…

Главное родовое имение Радугиных

— А давайте сбросим на их дом десант с вертолёта! — воскликнул Михаил, потягивая апельсиновый сок. — Пусть заложат взрывчатку и испарятся. Устроим такой фейерверк, что от Добрыниных останется только дым и пепел!

Отец мгновенно побагровел:

— А этого придурка кто сюда впустил?

— Он сам приполз, — зевнул Геннадий, криво ухмыляясь и косясь на младшего брата.

— Батюшка, ну можно я останусь? — заныл протяжно Миша. — Меня же на все семейные собрания не зовут, а я ведь часть семьи! Обидно, знаете ли. Да и война с Добрыниными меня тоже касается!

Глава Рода закатил глаза, фыркнул и махнул рукой:

— Ладно, сиди. Но молчи и пей свой сок!

— Вообще-то, у меня в соке виски, — с важным видом сказал Михаил.

— Да мне все равно! — огрызнулся отец. — Заткнись и не мешай умным людям семейные дела обсуждать!

Миша молча уставился на родителя. Тот тоже замер и сверлил сына тяжёлым взглядом. А потом: искра, вспышка, безумие! Михаила слегка подпалили, а после метко и эффектно выбросили из окна. К счастью, бабушка вовремя поймала его внизу, словно опытный голкипер.

— Внучек, родненький, что здесь происходит? — ахала она, поддерживая слегка обугленного Михаила, от которого поднимались тонкие струйки дыма.

Стоя под окнами, бабуля размахивала своим большим зонтом, грозя зятю, который поспешно скрылся за занавеской.

А ведь всё началось с простой фразы Михаила:

— Каким умным людям? Я тут таких не вижу. Добрынины все живы и здоровы, а наш завод испарился. Выходит, не я дурак, а вы все слегка тормознутые.

После этих слов глава Рода набросился на сына.

— Паразит! Да я тебя сейчас собственноручно удавлю!

Тем временем возмущенная бабуля, увидев, в каком состоянии её внучек, поспешила наверх.

— Говорила я Лиле не выходить за тебя замуж! — ворчала она, поднимаясь по лестнице.

— Не пускать эту нестабильную бабку сюда! — взревел граф, бросая приказ охране. — А то тут всё валерьянкой и кошками провоняет!

И пока бабуля размахивала зонтиком, лупя мускулистых охранников и успевая делать им замечания по поводу плохой осанки, собрание по вопросу войны продолжалось в более спокойном русле.

До тех пор, пока не зазвонил телефон, и граф насторожился. На экране появился побледневший Тарас, один из капитанов гвардии. Радугин вывел изображение на большой экран и спросил:

— Что там у тебя? Какие новости?

— Ваш… ваш племянник, господин…

— Какой ещё племянник? У меня их много… — поторопил капитана граф, нетерпеливо постукивая пальцами по столу.

— Станислав Радугин вызвал на дуэль Добрыню Добрынина прямо в академии, — выпалил капитан.

В зале поднялся довольный гул. Отец Стаса засиял, как начищенный самовар, и с гордостью ударил себя в грудь.

— Вот это я понимаю — достойный представитель нашего Рода! — его голос звенел от радости. — Мой сын решил нашу главную проблему! Молодой, дерзкий, умный! Яблоко от яблони!

— Вообще-то… Стас мёртв. Добрынин его на дуэли… эээ… победил, — уточнил капитан и поспешно отключился.

И вовремя: граф в ярости разломал телефон и метнул его в стену с такой силой, что тот разлетелся на тысячу мелких кусков.

На мгновение в зале повисла гробовая тишина, нарушаемая только приглушёнными стонами охранников за дверью. Но вскоре все опомнились и принялись обсуждать планы мести. Отец Стаса кричал, что собственными руками придушит Добрыню, и всё яростнее колотил кулаком по столу, который уже начал жалобно скрипеть.

— Вон отсюда! Все вон! — взревел граф, смахнув со стола всё, что на нём было. Чернильницы разбились о пол, разливая тёмные лужи. — Оставьте меня одного! Мне надо подумать!

Родня замерла, но потом нехотя начала протискиваться к выходу сквозь оцепеневшую охрану. Только отец Стаса стоял, как вкопанный, и твердил:

— Мой сын… Мой сын…

— Я сказал, оставить меня одного! — голос графа был холоднее зимнего ветра, и брат подчинился.

Проводив его свирепым взглядом, Радугин заметил в коридоре тёщу среди гвардейцев, и приказал её не впускать. Охранники поспешно захлопнули дверь, сквозь которую донёсся только её крик: