Чтение онлайн

Они были в Зале Совета. Семь одинаковых стульев для Советников и роскошное кресло, почти трон, – Верховного. Она сидела по левую руку от него, место справа занимал Хатин Кодонак, но размещение ничего здесь не значило, важно лишь то, что она ближе всех к нему и может до него дотронуться.

Ото Эниль хмурился. Кодонак уронил голову на руки и прикрыл глаза. Маштиме и Торетт шептались. Лоб Стойса испещрили горизонтальные складки, он выглядел разочарованным, огорченным и потерянным. Холд внимательно изучал Верховного.

Уж битый час они пытались спланировать усыпление Атаятана-Сионото-Лоса. Как и тогда, с Эт’ифэйной, Вирд утверждал, что этого не следует делать в ближайшее время.

– Пока еще перемирие, Верховный, – говорил Кодонак, – пока наши силы сконцентрированы. У нас не будет такой возможности спокойно планировать действия, когда начнется наступление по всем фронтам. Нам удалось уничтожить тысячи смаргов и перекрыть им доступ к пище, а следовательно – размножению. Мы точно знаем, где сейчас находится Атаятан. И также знаем, что дворец на берегу Тиасай не защищен смаргами. Там только связанные Кругом. И то не все. Мы можем появиться неожиданно, отрезать доступ к Атаятану его людей и сделать с ним то же, что и с Эт’ифэйной. – Кодонак повторил все это уже который за сегодня раз.

Вирд отрицательно мотал головой, глядя куда-то себе под ноги.

– Я чувствую… Что-то не так. Он ждет…

– Если мы не покончим с Атаятаном сейчас, то потом это будет намного сложнее сделать… До окончания перемирия осталось меньше четырех месяцев. Наступит весна – и всё… смарги, которые сейчас движутся к центру Тарии, нападут на наши города, уничтожат Барквейл, Хванси, Тайрен… Наш северный заслон, который уж давно превратился в восточный, не поможет. Ты знаешь это. Что помешает Атаятану после окончания перемирия наплодить новых смаргов на западе? Они двинутся на нас с двух сторон: с северо-востока и с юга-запада. Они возьмут нас в тиски. Возможно, твой купол над Городом Семи Огней и выдержит, но кто и как защитит другие тарийские города? Все жители Тарии не могут переселиться сюда!..

– Я создам стену, наподобие купола над городом, – отвечал Вирд, – ограничу их наступление с северо-запада…

– Стену? В тысячи миль?.. – Кодонак раздраженно выдохнул и немного помолчал, пытаясь успокоиться. – Вспомни, Верховный: купол над городом стоил тебе трех недель бессилия. Ты не мог встать с постели целых двадцать два дня! Какую цену ты заплатишь за подобную стену?..

Элинаэль содрогнулась: Кодонак был прав. Вирд признался ей, что если бы она и Итин не помогли ему при создании купола над городом, он бы не отделался так легко. «Легко», по его мнению – это быть прикованным к постели на грани между жизнью и смертью.

– Теперь это дастся легче, я не буду сплетать так плотно… – попытался возразить Вирд.

– О чем мы спорим? Зачем допускать такое развитие событий? Если мы уничтожим Атаятана сейчас, с оставшимися смаргами можно будет справиться намного легче! Почему ты отказываешься от очевидного решения?..

– Потому что это очевидное решение!.. Скажи мне как Стратег, Советник Кодонак: зачем Атаятан создал такую ситуацию? Почему допустил это перемирие? Сам его предложил! Почему не охраняет свой дворец? Он совершенно не скрывается! Он даже Первый Круг не держит при себе, то и дело отсылая их для выполнения каких-либо поручений! Множество, множество раз я чувствовал, что он остается лишь в окружении пяти из связанных с ним. Что эти пятеро, когда мы можем послать туда сотни Одаренных?! Во дворце, который построил я! Во дворце, в котором избранный им зал исписал символами, позволяющими мне видеть его, когда я пожелаю! Думаешь, он не знает об этом? Он ждет меня! Он готов!

– Тебя он, может, и ждет! Но не Мастера Огней!

– Ее тоже… – неуверенно сказал Вирд.

– Атаятан ждет тебя, потому что не знает, кто ты такой! Или очень хорошо знает!.. Но кровь Огненосца не перестала быть опасной для Древнего, как мы убедились на примере Меняющей обличья! Поэтому я и настаиваю, чтобы ты не совался во дворец, а только Элинаэль и команда из пяти. Ну и сопровождающие… А что до перемирия и причины, по которой сам Атаятан предложил его нам, – я верю тому, что он лично сказал Архитектору Этаналю: ему скучно воевать с нами, когда он может взять нас голыми руками. Ему хочется более интересной игры. В конце концов, такая логика вполне приемлема для существа, рискующего не своей жизнью, а лишь возможным погружением в сон…

– Нет, Хатин… Я знаю, что все это не так просто! Я знаю… он ожидает, что мы нападем сейчас. Нельзя играть по правилам врага, ты сам это говорил!

– Верховный!.. – Кодонак наклонился к нему, Вирд поднял глаза. – Хочешь слышать правду?..

– Только ее я и хочу слышать…

– Она неприятна… – Хатин говорил тихо. – Вирд, ты снова боишься за Элинаэль! Каждый раз, когда ты позволяешь этому страху возобладать над здравым смыслом, ты, да и вся Тария, оказываетесь на грани гибели. Ты точно так же откладывал на потом операцию с Эт’ифэйной. Мы слушали тебя. Мы подчинились тебе. И ты едва не погиб!

Вирд отвел взгляд и нахмурился, кусая губы.

– Я переживаю за тебя. Но не только… Ты видел, что представляет собою армия Атаятана? Их сотни тысяч! Это серьезные противники. Если бы не твое сияние, они бы смели нашу жалкую армию вместе с Одаренными и неодаренными, ливадскими воительницами и Золотым Корпусом. На том месте под Эрдлаем сейчас бы пировали смарги трупами наших воинов, а может быть, и трупами всех здесь сидящих. Если бы не ты… Ты ведь не зря появился именно сейчас. Именно в это время. Ты нужен Тарии!.. И ты должен расходовать свои силы экономно, разумно. Вместо того чтобы предотвратить трагедию, пока все это не разрослось до катастрофических масштабов, ты планируешь строить какие-то стены, ты обдумываешь ситуацию, когда смарги уже будут на подходе к Городу Семи Огней. А в такой ситуации ты будешь вынужден принимать срочные и радикальные меры, создавать впервые то, что отберет у тебя силы, как с полотном под Эрдлаем, как с куполом. Ты не можешь так бездумно рисковать своей жизнью!..

– А ее жизнью я могу рисковать?.. – тихо спросил Вирд.

– Ты должен осознать, что, поддаваясь страху, ты рискуешь гораздо больше…

– Я не имею права посылать Элинаэль на верную смерть!

– Вирд! – вмешалась она. – Советник Кодонак прав! Ты не имеешь права препятствовать мне, не позволяя выполнить свой долг!

Она сердилась. С того самого дня, когда Вирд пришел спасать ее в цитадель Шай и был захвачен Атосаалем, безумное упрямство не оставляет его. Он беспокоится о ней и думает, что ей будет легче, если он положит жизнь из-за этого беспокойства. Элинаэль знала: дай Вирду волю, и он переместит ее за океан, спрячет в самой недоступной башне, заключит в купол, подобный тому, что соткал он над городом, чтобы ничто ей не угрожало, а укрепляя заслоны вокруг этой башни, выложится так, что замертво упадет у подножия. И только тогда успокоится! Это безумие! Ей угрожает опасность не большая, чем ему или любому другому жителю Тарии сегодня.

Нельзя допустить, чтобы все так далеко зашло, как с Эт’ифэйной. Элинаэль встала, гнев разгорался в ней, как и пламя Дара… Она даже испугалась, что создаст молнию…

– Вирд-А-Нэйс Фаэль! – громко и уверенно вымолвила она. – Верховный! Я сделаю то, что должна сделать! И ты не сможешь мне помешать! Мы отправимся к Атаятану до окончания перемирия! Через месяц! Я прошу Совет одобрить мое предложение! Уважаемые Советники, кто из вас проголосует за то, чтобы осуществить план спустя месяц?

Кодонак, не отрывая взгляда от Вирда, дотронулся до д’кажа, голосуя, за ним повторили Стойс и Маштиме, затем Холд и Торетт, Ото Эниль колебался лишь несколько мгновений.