Чтение онлайн

— Скромный, — фыркнул Валериус. — Ты зато многословнее базарной торговки.

— Это комплимент? — Орландо приложил руку к сердцу. — Я растроган до глубины души!

Повозка подпрыгнула на выбоине, и Тинг дёрнулся, едва не свалившись с лавки. Я придержал его за плечо, и он благодарно кивнул, снова закрывая глаза.

— Так что там насчёт ритуалов? — спросил Мориан, выпрямляясь и разминая затёкшую шею. — Кто конкретно замешан, есть подозрения?

Орландо пожал плечами.

— Если бы я знал наверняка, уже бы доложил Ночному Хозяину. Но есть подозрения. Дом Ластерих, например. Старая семейка практиков, корнями ещё в доимперские времена уходят. Закрылись в своём особняке две недели назад, слуг распустили, ворота на замок закрыли. Соседи жалуются на странные звуки по ночам. А ещё, дом Вейранов. Последнюю неделю скупают всё, что связано с древними обрядами, погребальные таблички в том числе. Кости освящённые, прах сожжённых практиков, артефакты из катакомб…

— Древние обряды? — переспросил Валериус, и в голосе его прозвучало удивление. — В городе? Кому сейчас вообще нужна эта старая муть? Оно уже давно сгнить должно, как и всё что связано с временами, до появления практиков в наших землях.

— Ну, официально — нет, конечно, — усмехнулся Орландо. — Запрещено законами баронства, карается смертью и всё такое. Но ты же знаешь, как оно бывает. Закон для бедных, а богатые делают что хотят. Вейраны платят налоги исправно, барону отстёгивают щедро, так что городская стража к ним даже близко не подходит.

Мориан поморщился.

— Фанатики… Терпеть их не могу.

— Ты многих не любишь, старик, — заметил Орландо весело. — Рунмастеров не любишь, фанатиков не любишь, барона не любишь… Кого вообще любишь?

— Тишину, — буркнул Мориан. — И чтобы дураки рот не открывали без нужды.

Орландо театрально всплеснул руками.

— Какая грубость! Какое неуважение к моей персоне! А ведь я тебе травы для зелий достаю, рискую жизнью ради твоих алхимических забав!

— Рискуешь кошельком, — поправил старик. — Чужим, к тому же. И не забывай, кто тебе последний раз противоядие делал, когда ты с отравленным клинком связался.

— Прекрасное было время, — мечтательно протянул Орландо. — Три дня в горячке провалялся, видения такие красочные приходили… Чуть не женился на призраке императрицы, представляешь?

— Представляю, — сухо отозвался Мориан. — Она бы тебя за язык удавила в первую же ночь. Да тебе за эти слова уже виселица светит.

Валериус хмыкнул — впервые за всю дорогу на его лице мелькнула тень улыбки. Орландо это заметил и оживился ещё больше, игнорируя слова про виселицу.

— О! Мастер Валериус улыбнулся! Чудеса! Запишите в анналы города — в этот день великий и ужасный рунмастер Валериус явил миру подобие человеческой эмоции!

— Заткнись уже, — проворчал Валериус, но без прежней злости.

— Не могу, — Орландо развёл руками. — Это выше моих сил. Молчание убивает меня изнутри, разъедает душу, превращает в скучного и унылого человека. А я — артист! Поэт! Свободный художник слова!

— Ты — болтливый бандит, — поправил Мориан.

— Бандит — это так грубо, — Орландо поморщился. — Я предпочитаю такое, пособник в сфере нестандартных услуг.

— Услуг по выбиванию долгов и перерезанию глоток, — добавил Валериус.

— Именно! — Орландо сиял. — Видишь, ты меня понимаешь! Я знал, что мы с тобой родственные души.

— Упаси Теера, — пробормотал мастер.

Повозка свернула на более широкую улицу. Здесь людей было чуть больше — несколько торговцев даже открыли свои лавки-дома, но дажу тут, у каждой стояло человек по пять с дубинками и палками в качестве охраны. Десяток стражников патрулировал перекрёсток. Один из них узнал Орландо и почтительно кивнул. Тот помахал в ответ с царственным видом.

— Видал? Меня здесь уважают. Я человек известный, влиятельный. Не то что вы, затворники, в своих мастерских закопавшиеся.

— Затворники живут дольше, — заметил Мориан.

— Но скучнее! — возразил Орландо. — Я лучше проживу яркую, насыщенную жизнь, полную приключений и женщин, чем буду как ты, старик, над склянками корпеть. Кстати, о женщинах… Валериус, ты женат?

— Нет.

— Вдовец?

— Нет.

— Монах, давший обет целомудрия?

— Орландо, — голос Валериуса стал опасно тихим, — если ты сейчас не заткнёшься, я тебя выкину из повозки.

— Попробуй, — Орландо подмигнул. — Я верткий, не поймаешь.

— Хочешь проверить?

— Не-а, — Орландо откинулся назад, складывая руки на груди. — Передумал. Мне ещё жить да жить. Хотя… — Он помолчал секунду, потом не выдержал: — А почему не женат? Ты же статный мужик, практик, мастер своего дела, руны… Женщины должны вокруг тебя табуном бегать!

— Орландо…

— Ладно-ладно, молчу! — Он поднял руки в примирительном жесте. — Только вот ещё одну мысль выскажу, и всё, обещаю. Слушай внимательно, это важно.

— Говори уже, — устало выдохнул Валериус.

Орландо наклонился вперёд, понизил голос и с абсолютно серьёзным выражением лица произнёс:

— В поле вырос цветок огня… Когда ты полюбила меня… Я витал от тебя в облаках… Когда ты теребила мой пах.

Повисла мёртвая тишина.

Мориан открыл оба глаза и уставился на Орландо с выражением крайнего недоумения. Даже возница обернулся, чтобы посмотреть на поэта-импровизатора.

— Ну? — Орландо выжидающе посмотрел на всех. — Как вам свежачок от автора? Гениально же, правда? Чувствуете глубину образов, игру смыслов, изящество рифмы?

— Быдло, — наконец выдохнул Мориан.

— Сумасшедший, — добавил Валериус.

Орландо расцвёл в улыбке.

— Вот видите! Уже два отзыва собрал! Значит, стих цепляет, раз вызывает такие эмоции. Я же говорил — прирождённый поэт! Моя лирика будет ещё вырезана в граните, как образец золотого века расцвета культуры нашего прекрасного города!

— Единственное, что будет вырезано, это твоё имя на могильной плите, — пробормотал Валериус, — если не научишься вовремя затыкаться.

— Критики, — Орландо махнул рукой. — Всегда критики не признают гениев при жизни. Но я не сдамся! У меня ещё целый цикл сонетов заготовлен. Хотите послушать продолжение?