Чтение онлайн

Взревела толпа, затопали на трибунах, кто-то прокричал нечто подбадривающее, другие сыпали проклятиями и матами. Лишь трубы герольдов все перекрыли.

Я проорал, опуская копье:

– Ломаем копья, а следом - хребты! В бой!

* * *

Конь подо мной рванулся навстречу врагу со злой радостью. Загудело, в прорези шлема засвистел ветер. Я с трудом удерживал тяжеленное копье, пытаясь, словно дуло танкового орудия, навести на грудь врага. Это оказалось тяжелей, чем я представлял. Кончик деревяхи качался, обзора почти не было, да еще и мышцы стали наливаться свинцовой усталостью.

Навстречу, в облаке пыли и с копьями наперевес, мчались «Самураи». Из-под копыт лошадей взлетал красноватый песок, всадники улюлюкали, словно дикари.

– Лис!
– тонко крикнула Ядвига.
– Слишком вырываешься вперед! Тебя встретят одного!

Но конь уже не воспринимал команд. Животное словно взбесилось. С порванного удилами рта срывались комья кровавой пены, конь тупо мчал вперед, словно он собирался лбом протаранить соперника.

– Догоняйте!
– проорал я.
– Чем выше скорость, тем сильнее удар!

Свист ветра перекрыл тяжелый гул копыт. «Самураи» быстро приближались, уже видны полные ненависти глаза Дина Чонга.

– Я растопчу тебя, ублюдок!
– завизжал он.

Турнирный забор окончился, мой конь резко рванул левее, переходя на сторону врага. Мелькнули три покрытых белой краской копья, одно нацелилось мне в голову. Не успел я толком сориентироваться, как оно уже ударило в шлем, я пригнулся...

Грохнуло, по голове больно ударило, едва не сломало шею. Зазвенело железо, как при столкновении двух грузовиков...

И тут же меня вынесло на пустое пространство. Я сообразил дико, что все еще сижу на конской спине, только забор теперь по правую руку. На языке солоно, в голове тупой звон. Перед глазами немного плывет.

– Твою мать!

Я обернулся на голос.

Ядвига и Веласкес тоже остались в седлах. У обоих копья сломаны.

Я быстро глянул на противников...

– Черт!

Все трое «Самураев» остались верховыми и сейчас их кони вставали на дыбы по нашу сторону забора.

– Я убью тебя, тварь!
– визжал Дин Чонг.
– А потом убью и Лилит! Сначала возьму ее, а потом убью! Слышишь, сын собаки?!

Он развернул коня, свистнул, и резко бросил его к краю Арены.

Пахнуло лошадиным потом и железом. Мимо проскакала Ядвига, крикнула люто:

– Ты даже не попал в него! Лис, чем ты думаешь?!

Я одурело помотал головой, стыдливо промолчал.

Слишком все стремительно произошло. Черт!

– Он едва не проломил тебе башку!
– выкрикнула Ядвига.
– Да что с тобой, наемник?!

– Нормально все!
– огрызнулся я.
– Тактический маневр, слышала?

Девчонка выругалась и отшвырнула обломок копья. Мысленно я был вынужден признать, что сглупил. Ударом мне сняло семь процентов Здоровья. Очень плохо. Хорошо, что хоть крита нет.

Толпа на трибунах бесновалась. Никто не сидел. Только заклинания йотунбургских магов не позволяли объедкам и прочей грязи лететь на Арену.

– В этот раз они будут бить наверняка, - предупредил Веласкес.
– Уверен, что еще и сломают строй. Это их коронный прием - менять цель.

Я кивнул.

У края Арены Ядвига едва не стоптала слугу, выхватила у него копье. Жеребец под ней плясал, дико поводя глазами, ронял кровавую пену. Моего трясло крупной дрожью, он клацал зубами, словно дракон какой-то.

– Соберись!
– уже спокойней прикрикнула Ядвига.
– Не зря же о тебе слухи ходят, что самый крутой наемник. Давай, Серый Лис! Замочим сволочей!

Я вновь только молча кивнул, тронул повод. Конь обогнул заборчик, стал наращивать скорость, опять загудело, засвистел ветер.

Пальцы покрепче сжали древко копья, я чуть пригнулся к конской шее. Навстречу мчалась троица «Самураев».

Пару секунд в ушах грохотало, потом мелькнул и пропал турнирный забор, конь стал заворачивать вправо. Мое сердце екнуло и застыло...

Я слишком поздно понял, что противники ломать строй, хитрить и менять цели не собираются. Вместо этого, все трое направили турнирные копья в меня!

– Лис!
– взвился предупреждающий крик Ядвиги.

Но было поздно.

Одно копье подло нырнуло, уходя куда-то вниз. Два других ударили точно в меня. В последний миг я успел выбросить руку, мое копье ударило в твердое. Захрустело, по локтю прошла волна боли. Тут же полыхнули огоньки в левом плече и боку. В лицо полетела щепа.

Мой конь вдруг исчез. Я ощутил, как вылетаю из седла, будто пущенный из рогатки камень. Чудовищная сила понесла меня куда-то вперед. Мелькнули раскосые глаза, ярко блеснуло железо. А потом дикий скрежет заполнил все, сверкнули искры.

Крики, боль, землетрясение, кровавые вспышки!

Меня ударило, будто тараном. Воздух выбило из легких, отбило лицо, глаза залило кровью.

Несколько секунд я плавал в багровом пламени, не в силах ни вдохнуть, ни пошевелить рукой. Где-то далеко кричали, ржали кони. Мелькали оскаленные пасти и копыта.

Нечеловеческим усилием я заставил себя приподняться на локтях, тут же расслабился, ударяясь грудью во что-то твердое. Шепнул одними губами:

– Оборотень...

Время замедлилось, мое тело искорежила трансформация. Это немного облегчило боль. Уже лисом я прыгнул в сторону. Туда, где не было радуги запахов. Сзади тут же затрещало, захрустело.

Я брякнулся на песок, возвращаясь в человеческое обличье. Оглянулся.

Оказывается, сшиблись мы на стороне «Самураев». Теперь там в заборе зияла громадная дыра, жалобно хрипя, испускал дух мой конь. Из его груди торчал обломок турнирного копья.

В стороне, поднимаясь с песка, очумело тряс головой «Самурай», которого я вышиб из седла ударом копья. Другого врага, оказывается, я сбил собой, когда перелетел через конскую голову. Это на этом «Самурае» я валялся. Это его, смяв, будто консервную банку, стоптал копытами Дин Чонг. Оказывается, сменив облик, я спасся от неминуемой смерти...