Мастер убийств
Шрифт:
— Картер, — выдохнул он, — я не умею плавать.
Ник не поверил своим ушам. Только что Ву храбрился и не просил пощады в схватке на ножах.
— Я заплачу тебе, Картер. Я расскажу все о действиях нашей разведки в Европе.
Ник выпрямился в воде, оценивающе оглядывая китайца. Тот держался на плаву, от возбуждения и испуга, наверное. Шлюп подбрасывало на волнах не более чем в десяти ярдах от них.
— Ты и есть китайская разведка в Европе, Ву. Ты — голова змеи. Скоро появятся новые змеи.
Покачиваясь в ледяной воде, Ник наблюдал за противником, пытаясь мыслить ясно и точно. Ву уже не представляет большой ценности для правительства США. Кроме того, его податливость как рукой снимет когда он почувствует под собой твердую почву.
— Сто пятьдесят мертвецов, оставшихся в Гренландии, будут преследовать меня, если ты, Джонни, останешься в живых. И девушка.
Ву бормотал что-то умоляюще.
Ник покачал головой.
— Извини, Джонни.
Ник развернулся и лениво поплыл к шлюпу. Забравшись на борт, он оглянулся. Ву-цун бесследно исчез в пучине. Морю все равно. Оно поглотит любого. Нику тоже было все равно.
Он спустился вниз и нашел Кэти Лин. Ее каюта была заперта, но Ник был настроен серьезно, Он выбил дверь плечом и вошел в каюту.
— Привет, детка. Говорят, этой весной в Вашингтоне замечательно цветут вишни.
После первого залпа вопросов она позаботилась о ранах Ника. Нежными руками Кэти перевязывала раны, и Ник наконец расслабился.
— Ты умеешь печь чизбургеры? — устало спросил Ник. Девушка удивилась.
— Эх, — улыбнулся он, — я подумал, что хорошо бы сейчас съесть чизбургер. Давай поедим, да и домой.
Ник пустил двигатель и привел шлюп к маленькой баскской деревеньке. Солнце уже зашло. Ник добрался до телефона и передал сообщение в Вашингтон для Хоука. Тихими улочками он вернулся к шлюпу.
У причала волны нежно бились о корму их временного пристанища. Шторм заканчивался, сильно похолодало.
Ник знал, что между ним и Кэти что-то происходит. Он курил на палубе, глядя в сторону порта и размышляя о будущем. В нем жили воспоминания о длинноногой блондинке в платье «баленсиага». Строка Петрония вспомнилась Нику. «Лучше повесить мертвых, чем убивать живых». История, которую делал и он, преподает суровые уроки. Не стоит оплакивать прошлое. Живым — жить. Учитесь на ошибках.
Ночью Кэти пришла к нему. Быстро сняв одежду, устроилась рядом на просторной хозяйской койке. Соски на ее маленьких идеально очерченных грудях напряглись и набухли. Миниатюрное золотистое тело легко приспособилось к Нику. Она тихо вскрикнула на непонятном языке, когда Ник поцеловал ее губы и его мужское естество нашло искомый приют. Крохотное женственное тело под ним предавалось ярости страсти. Идеальные мужчина и женщина танцевали прекрасные па в бесконечном танце человечества.