Чтение онлайн

– Господин доктор! – крикнул он в сумрачную глубину радиального коридора, опоясывающего самые важные узлы. – Не стоит прятаться, поскольку мой планшет видит каждого. И я держу его в руках. Идите сюда, мне нужно поговорить с Вами о том, что хотелось сказать еще сутки назад.

– Как Вы себя чувствуете? – Бесшумно, словно привидение из стены, вернее, из раскрытой двери, появился улыбающийся лекарь в салатовой униформе, почти не отличимой от цвета этих стен.

– Благодарю, вполне прилично для того, чтобы поговорить в Вами о важном. Здесь есть комната отдыха, – он подхватил отшатнувшегося доктора под локоток крепкой рукой, – и мы с Вами побеседуем именно там.

– Верю в серьезность Ваших намерений. – Осторожненько высвободился мужчина и, уверовав в адекватность начальства, пошел рядом.

– Так о чем пойдет речь? – спросил врач, усевшись напротив директора.

– Об этом. – Господин Ласски вытащил из кармана маленькую ампулу с плотно вставленной пробкой. – Последние месяцы я занимался синтезом вещества, способного помочь сознанию не путать реалии с иллюзиями. Затем попробовал его на себе.

– И как ощущения? – С любопытством живодера подался к нему врач.

– Инстинкты, похоже, никуда не делись. – Посмотрел вглубь себя директор. – Но в Лес не тянет. Хотя подышать свежим воздухом не откажусь. – Он потер лоб. – После сна. Как раз игра начнется.

– Да Вы просто гений какой-то… Геолог, биолог, химик… я ни о ком не забыл? И все – в одном человеческом теле. – Мужчина потянулся к ампуле. – Я тоже пробовал. Получалось не очень.

– Возьмите. – Директор вложил в чужую ладонь результат своего эксперимента. – Это нужно развести приблизительно на тридцать доз. К сожалению, больше подготовить не успел. Пожалуйста, сделайте самым буйным инъекции.

– А какой у него срок действия? – Доктор бережно покатал ампулу пальцем.

– Не знаю. – Зевнул в ладонь господин Ласски. – Вот проведем исследования не только на мышках…

– Надеюсь, все Ваши подопытные выжили. – Доктор посмотрел ампулу на просвет.

– Некоторые подохли. – Теперь директор потер уши и зевнул еще раз.

– Надеетесь, что люди крепче крыс?

– Люди хотят жить. Есть, господин эскулап, те, кто добровольно уходит в грезы. Вы же понимаете, что я имею в виду? А есть и такие, кто жаждет от них избавиться. Так что это вещество – не панацея, а всего лишь средство. Себя тоже уколите: нам с Вами надо не только эти дни пережить, но и другим помочь.

Господин Ласски встал и, споткнувшись о ножку кресла, побрел на выход.

– Может, валерианочки накапать? – крикнул ему в спину доктор. – Чтобы не переживать!

– Тогда, вместе с бабочками, на меня слетятся все кошки… – Помахал тот ладонью в воздухе и вышел в коридор.

– Кошки? У нас на станции кошек нет… – Врач задумчиво почесал затылок, встал и решительно направился в свою лабораторию, находящуюся ниже этажом.

***

К моменту начала волейбольного матча больше половины населения, включая поварих и самого доктора, было уколото и накормлено. В лицах людей появилось осмысленное выражение, послышались шутки, а самые спокойные уселись в комнате отдыха перед большим экраном.

Поднявшийся с кровати, но так и не выспавшийся директор вышел из своей комнаты, сразу наткнувшись на ожидающего его пробуждения господина Лаата.

– Извините! – Тут же раскаялся мужчина. – Я был непозволительно резок и груб!

Но господин Ласски добродушно похлопал его по плечу.

– И как же вы до меня справлялись с этим дурдомом? – поинтересовался он.

– Предыдущий директор вместе с доктором и оператором запирались на третьем этаже. Те, кто мог себя держать в руках – по комнатам. Всех остальных рейнджеры пропускали в Лес.

– И каков Ваш настрой сейчас? – Тон господина Ласски вроде был сочувственным, но в глазах прятался интерес. – В Лес пойдете?

– Как только закончится игра! – Уверенно ответил зам и, стараясь не забегать вперед начальства, пошел с ним рядом.

***

Рейнджеры капитана Инти снова играли блестяще: точные подачи, выверенные прыжки и мощные удары доставили населению станции ни с чем не сравнимое удовольствие. Но вот матч закончился. Некоторые из сотрудников, поаплодировав ребятам, вернулись в комплекс. А другие, стараясь остаться незамеченными, поодиночке шли к Лесу.

Щелчком пальцев отправив в воздух присевшую ему на нос бабочку, господин Ласски взглянул на томящегося рядом с ним господина Лаата.

– Невмоготу? – спросил он промокнувшего лоб платком мужчину. – Что же Вы, дядюшка Вилли, видите в переплетении ветвей такого, чего не вижу я?

– Лес… – с томительным упоением путника, узревшего отель посреди пустыни, произнес тот. – Я вижу Лес. Но за его ветвями скрывается край, где я счастлив.

– Расскажите скорей, каким его видите, – потребовал директор. – Я должен знать, к кому и куда отпускаю лучшего человека станции.

– Там… – Глаза зама разглядывали нечто, недоступное другим. – Там, за этой зеленью, скрываются прибрежные утесы и песчаная дорога сквозь молодую поросль к самому морю. Оно невероятно синее, а гребни волн – белые. Иногда мы с женой наблюдаем за прыгающими в волнах дельфинами. Она смеется и хлопает в ладоши. Во дворе нашего дома растет большая сосна. И под ней стоит скамейка, на которой наш мальчик Куйми любит читать. Он много читает, господин директор. Когда сын немного подрастет, я отправлю его учиться в университет…

– Отличный план. – Ладонь директора привычно хлопнула зама по плечу. – Ну, ступайте. Ваши любимые давно Вас ждут.

– Спасибо! – С рассеянной улыбкой и не скрываясь, господин Лаат направился к Лесу. А Ференц поискал взглядом огненные волосы капитана Инти.

– Сейчас ты точно все мне объяснишь…

Растолкав еще не разбежавшихся сотрудников, он направился к рейнджерам. Парни сразу посторонились, пропуская внутрь своей группы решительно настроенного человека.

– Господин директор…