Чтение онлайн

Ардан смотрел на это… нечто и… молчал. Молчал по той простой причине, что у Пауков не имелось ни единого, ни малейшего резона или хоть какого-то вразумительного повода чтобы его похищать.

Просто по той элементарной причине, что Пауки находились на финишной прямой. Скорее всего, после аукциона на дирижабле, если у заговорщиков (очень странных, учитывая разномастность персон, заговорщиков) все получится, то счет пойдет на дни. Им потребуется меньше недели, чтобы собрать установку (насколько Ардан понял процессы, описываемые Старшим Магистром Паарлаксом) и, может, около суток на испытательные запуски в частичной нагрузке.

Именно поэтому они и держались все вместе. Чтобы свести риск раскрытия кого-то из «Ордена» к минимуму. Так что зачем ставить под угрозу весь труд, тянущийся сроком куда больше одного года, чтобы похитить Ардана?

Да, он капрал второй канцелярии… весьма номинальный. Если задуматься, то Арди не знал каких-то секретов Черного Дома. Не имел особого допуска. Дело «Горного Хищника»? Можно было бы подумать в эту сторону, если бы… не целый перечень причин, по которым данная теория проваливалась еще на стадии формирования.

Слишком большой срок разделял участников Паука от событий в Алькаде. «Горный Хищник» не имел возможности объединить столько самых разных и, с виду, обычных людей в едином порыве. Причем порыве, который не просто шел в разрез с законами Империи, а имел все шансы привести заговорщиков к участи куда более страшной, нежели виселица или расстрел.

И это первое.

А второе — здесь не имелось ни Селькадца Дартона, ни Звездного Оборотня. Получается, что те двое — лишь наемные фигуры. И вряд ли из числа Нарихман.

Так чем тогда мог заинтересовать Ардан заговорщиков, планирующих попытку обернуть время вспять? Причем заинтересовать настолько, чтобы рисковать всей операцией? Не убивая его, а похищая.

У такой, с виду, оплошности могла существовать лишь одна, единственная причина. Причина, явно говорящая, буквально даже кричащая о том, что Милар Пнев был прав.

Орден Паука лишь вершина айсберга, большую часть которой скрывали темные, холодные воды.

Эти мысли пролетели в сознании Ардана быстрее, чем фигура закончила к нему приближаться. Так что, когда незнакомец оказался перед юношей, тот тихо, чтобы не услышал никто другой, прошептал:

— Вас используют. И ты это знаешь.

Фигура не пошевелилась. Не дернулся край плаща. Ничего во внешнем виде не намекало, что слова Арди попали в точку. И все же он знал, точно знал, что не промахнулся.

— А вы, получается, не просто так получаете зарплату из наших налогов, господин Эгобар, — все так же безэмоционально, ровно и сухо, произнес голос.

Налоги? Зарплата? Петр Огланов? Нет, вряд ли бывший Главный Инспектор, а ныне — частный детектив скрывался под плащом. Ардан не знал Звездной Магии сложнее, чем печати двух звезд и теоретического построения печатей трех звезд, но подозревал, что чтобы настолько замаскироваться — потребовались бы силы не меньше пятизвездного мага.

— Зачем вы…

— Нас не используют, господин Эгобар, — перебила фигура подойдя еще чуть ближе, но не настолько, чтобы Ардан, если бы рванул вперед, сумел как-то зацепить одежду. Кто бы ни скрывался в тени — он (она, оно) сохранял хладнокровие и рассудительность. — Мы заключили выгодную сделку, благодаря которой получили то, что не имели возможности добыть самостоятельно. А теперь…

— Пришел черед платить по счетам? — теперь уже перебил сам Ардан, искоса поглядывая и отслеживая движения Индгара. Орк стоял сбоку. В паре метров. — Но вы похитили именно меня… Вы не тронули семью Милара. Или семью Урского… Или невесту Эрнсона. Как и их самих. А значит вас не интересует вторая канцелярия.

— Вы хотите сами озвучить мой вопрос, господин Эгобар, или дадите мне возможность сказать? — интонация незнакомца оставалась бесцветной, но Ардан мог поклясться, что услышал тонкий сарказм.

— Я уже знаю, что вы хотите меня спросить.

— Да, и что же?

Ардан откинулся на спинку своего стула и слегка расслабился, позволяя рукам, связанным веревкой, опуститься чуть ниже. Так, чтобы можно было удобно схватиться за перекладину дополнительной опоры.

Такие всегда делали на стульях из моченого дерева, чтобы ножки не расходились под весом. И крепили на такие хитрые, двусторонние саморезы. Без шляпки. Ввинчивали в перекладину, а затем в ножку. С виду даже и не скажешь, что есть крепеж.

У них с отцом, в Алькаде, такого изделия не имелось, так что они обходились либо деревянными «гвоздями», либо обвязывали веревками.

— Вы хотите узнать что-то про Аверского, — честно произнес Ардан. — Я не знаю, что конкретно, но что-то связанное с Гранд Магистром. Потому что это единственная ценность, которую я могу представлять для вашего… спонсора. Больше во мне ничего особенного нет. Мои познания искусства Эан’Хане слишком скромны, чтобы кого-то интересовать. А все, что связано с историей семьи Эгобар — никакого смысла сейчас не имеет.

— Ничего особенного больше нет… — повторил незнакомец. — Вы откровенны… Откровенны и правы… Вы действительно на своем месте, господин Эгобар. Однажды, если вы сейчас не поступите глупо, из вас выйдет отличный дознаватель.

— Однажды выйдет? — немного горько усмехнулся Арди. — Вы ведь собираетесь повернуть время вспять.

— И исправить несправедливость, — не стал отрицать незнакомец. — Но остальные события останутся нетронутыми.

Ардан едва было не поперхнулся от услышанного.

— Вы ведь уже, наверняка, прочитали дневники и записи Старшего Магистра Паарлакса, — прошептал Ардан едва слышно. — Вы не могли не увидеть его предположения на эту тему.

— Которые противоречат сами себе, — отрезал сухой голос. — В одной записи Паарлакс утверждает, что любые изменения в прошлом неизменно окажут непредсказуемое воздействие на будущее. В другом он предполагает, что перемещение в прошлое создаст альтернативное будущее, в третьем — что перемещение создаст альтернативное прошлое, а еще…