Чтение онлайн

– Жив. Мы как раз намерены с ним пообщаться. А как вам удалось увеличить первоначально отпущенный срок, полковник?

– Все дело в списке идеологов, добытом вами минувшей ночью. Террористы требуют их выдачи, и мы сказали, что для этого тоже требуется время. Нам удалось организовать исчезновение пары человек из вышеозначенного списка.

– Это опасно, – насторожился Альварес. – Если они что-то заподозрят…

– С этой целю я с вами и связался, – перебил наемника Морильо. – Вам необходимо изолировать здание от любого источника информации. Если мы сможем это гарантировать, то, соответственно, и никакая утечка невозможна.

– Вы имеете в виду Интернет, сеньор полковник? – подключился к дискуссии Локис.

Морильо мгновение помолчал.

– Не только. У нас имеется подозрение, что, помимо выхода во Всемирную сеть, террористы располагают также и защищенной телефонной линией. А я повторяю, нам важна их изоляция от любого информативного источника. Вам по силам справиться с этой задачей?

Локис не сразу нашелся с ответом. Вернее, его у него попросту не было. Владимир никогда не был на «ты» с электроникой и уж тем более средствами связи. Функции силовика – это да, а в остальном…

Альварес также не торопился отвечать на вопрос полковника. Испанец задумчиво смотрел на погасшие мониторы видеонаблюдения.

– Прием, – послышался голос Морильо после недолгой паузы.

– Да, мы вас слышим, полковник, – ответил Хосе. – Я прикидываю наши шансы на выполнение новой поставленной вами задачи.

– И каковы они?

– Трудно сказать. У меня есть кое-какие соображения, и если все пройдет гладко, мы попытаемся…

– Боюсь, вы не совсем правильно меня поняли, сеньор Альварес, – перебил наемника Морильо. – Вы должны не попытаться. Вы должны сделать это. Любой ценой. В противном случае мы рискуем поставить всю операцию под угрозу срыва. Равно как и под угрозу гибели жизни находящихся внутри приюта Marнa del Amparo заложников.

Локис бросил быстрый взгляд на лицо Хосе и заметил, как при последних словах полковника у того нервно дернулось левое веко. Определенно Морильо знал, в какую точку следует бить побольнее. И его удар достиг цели.

– Хорошо, полковник. – Альварес положил нож на стол рядом с клавиатурой. – Мы сделаем это.

– Уверены, сеньор Альварес?

– Уверен.

– Тогда действуйте, – напутствовал Морильо. – И еще одно. Я хочу напомнить вам, что террористы нужны нам живыми. Не переусердствуйте, сеньор Альварес. – Хосе ничего не ответил, и полковник добавил: – В этом вопросе я больше надеюсь на вас, сеньор Локис. Никто не должен погибнуть – ни заложники, ни террористы.

– Вас понял, – лаконично откликнулся Владимир.

О том, что они слышали выстрелы и женские крики на первом этаже здания, российский спецназовец решил благоразумно промолчать. До тех пор, пока им самим в полной мере неизвестна обстановка, не следовало докладывать об этом и начальству. В крайнем случае Локис предпочел бы посоветоваться накоротке с Поповым, но, минуя Морильо, сделать это прямо сейчас не представлялось возможным.

Привязанный к стулу террорист негромко застонал и слегка пошевелил пальцами правой руки. Глаза его оставались закрытыми. Он постепенно приходил в себя.

– Удачи, парни. – Голос полковника стал еще глуше и еще отдаленнее, чем секунду назад. – Конец связи.

Хосе первым выключил свой передатчик. Владимир последовал его примеру. Испанец пощелкал пальцами по клавиатуре, и мониторы вновь ожили. Те же самые три картинки. Два вида лестниц и в данный момент неосвещенное пространство перед парадным входом в приют. Нажатием двух клавиш Хосе увеличил изображение одной из лестниц. Пристально вгляделся в экран. Локис не знал, что именно пытается там разглядеть напарник. Он покосился на связанного террориста. Веки пленника едва заметно дрогнули.

– Он приходит в себя, Хосе.

– Секунду, – не отрываясь от экрана, откликнулся Альварес.

По центру лба испанца пролегла глубокая продольная морщина, на висках проступили мелкие бисеринки пота.

– Ты что-то придумал? – не удержался от вопроса Владимир, заглядывая напарнику через плечо, хотя он и сам не знал, что рассчитывал увидеть интересного и понятного для себя лично на светящемся экране монитора.

– И да, и нет, – уклончиво ответил Хосе. – Если бы нам удалось добраться до этой лестницы, то… Жаль, что нельзя сместить камеру еще немного в сторону. Я почти уверен, что на вершине лестницы должен находиться один из террористов. Мы имеем дело далеко не с дураками, Володя.

– Время идет, Хосе, – напомнил спецназовец. – Хоть нам и добавили еще сорок минут к имеющимся в запасе десяти…

– Да. – Альварес энергично встряхнул головой, как сбитая со следа гончая, и распрямился. – Ты прав. Впрочем, у меня есть еще одна мыслишка… Но об этом чуть позже. Что там ты, говоришь, с нашим драгоценным другом?

– Он почти оклемался.

– Прекрасно. – Хосе вновь подхватил со стола нож. – Сейчас пообщаемся и проясним, я думаю, для себя ряд существенных моментов.

Испанец обернулся лицом к пленнику. Мужчина в черном с трудом разлепил веки и теперь бессмысленно водил глазами из стороны в сторону, словно силясь понять, где и по какой причине он находится. Террорист все еще пребывал в состоянии легкой прострации. Альварес чуть склонил голову набок, внимательно изучая лицо противника.

– Ты говоришь на фарси? – осведомился у напарника Локис.

– Что?

– У тебя есть навыки персидского языка?

– Нет. Откуда? Я никогда там не был, а следовательно, и учить их дрянной язык не было никакой необходимости.

Локис слегка растерялся.

– Как же ты собираешься с ним общаться?

– Ах, это, – хмыкнул Хосе. – Здесь никаких проблем, Володя. Все иранцы понимают и говорят по-английски. Не очень хорошо, но говорят. Сейчас ты сам сможешь в этом убедиться.

Широко расправив плечи и демонстративно покачивая зажатым в правой руке ножом, Альварес двинулся на плененного террориста. Тот сфокусировал взор на приближающемся неприятеле, хотел было что-то громко вскрикнуть, но рука Хосе метнулась вперед подобно змее, и иранец не успел опомниться, как стальные пальцы сомкнулись на его горле.