Маверик
Шрифт:
Вернувшись к своему отряду, мы выдвигаемся обратно в Акру.
Сбоку пролетают засушливые земли, где сейчас вольничают всевозможные агрессивные твари. Людские постройки выглядят заброшенными и пустыми. Печальное зрелище.
Добравшись до городской черты, уточняю маршрут у Ребекки. Наш путь лежит в восточный район, вдали от побережья. Несколько раз за нами кидаются монстры, а один раз даже настигают. Бой выходит коротким, но очень ожесточённым.
Тройка тварей, похожих на змей, но состоящих из каменной породы, отказываются умирать. Слишком прочны их тела, слишком живучи гады. Нам приходится сфокусировать огонь на одном из них, чтобы продырявить его покров. В это время мои клоны отвлекают и уводят за собой двух других, выигрывая нам время. Под конец я вымотался сильнее, чем в бою с Звезданутыми.
Дерётся Девора весьма любопытно. Из оружия она использует пушку[2] для двух рук, которая стреляет узким пучком энергии. Не лазер, но что-то близкое. В телах врагов пробивает неплохие каналы. Однако кроме этого, Савант явно шарашит по мозгам противника. Змеи дёргаются от боли, даже когда по ним никто не попадает, а под каменной коркой будто раздаются микро-взрывы. Кажется, я начинаю понимать, как помер тот Войд.
Когда на нас нападают, я уверен, что Ханна начнёт орать ультразвуком или плакать, но сестрёнка Ребекки лишь съёживается и прижимается к бабушке. Грустное свидетельство того, что ребёнку не впервой наблюдать подобную бойню.
Добивающий удар по последней твари наносит Мэтт, и парень просто светится от счастья. В чужой трофейной броне, с новеньким оружием он уже перешёл за границу четырёхсот единиц РБМа и в теории может бросить вызов Квазу. Однако я пока не уверен в его готовности справиться с подобной угрозой один на один.
В бою я на автомате выхватил новый дробовик и не глядя попытался заснуть в него бронебойные Тараны от прошлого оружия. Не сразу сообразил, что калибры различаются, здесь 8й, а там был 10й. Однако патроны, как и объяснял Брокер Аргатри, начали трансформироваться, стоило мне поднести их к трубчатому магазину. Металл оплывал, утолщаясь, и за два удара сердца кардинально менял размеры боеприпаса.
По моей команде мы тормозим где-то в километре от местной фактории. Вокруг простирается богатенький райончик — сплошь двухэтажные дома из белого камня в окружении деревьев и кустов. Похоже, до конца света тут обитал зажиточный средний класс.
— Бекка, — потянувшись в седле, говорю я, — поедешь со мной, будешь переводить. Остальным ждать моего сигнала. Если всё пройдёт нормально, напишу, подъедете.
— А если, как обычно? — с сарказмом уточняет Нако.
— То все трофеи достанутся нам двоим! — ухмыляюсь я.
— Можно, я с вами? — бьёт копытом Мэтт и крутит в руках свою обновку.
Пистолет-пулемёт[3], компактная игрушка с вместительным магазином, был почти бесполезен в бою в отличие от его Пирокинеза. Слишком мелкий калибр.
— Ты прикрываешь её семью, — киваю на пассажиров внедорожника.
— Понял, — вздохнув, отвечает Гидеон.
Штаб фактории, судя по всему, занимает бывшее здание школы. Очень уж характерно оно выглядит, а ещё вокруг полно детских рисунков.
К постройке мы подъезжаем медленно, стараясь не выглядеть как-то угрожающе. В конце концов, я пришёл сюда договариваться, а не воевать.
На крыше сидят стрелки, но их товарищи виднеются и у высокого, явно нового, забора. Готов поспорить, куплен в Магазине. Оружием мне в лицо не тыкают, но и чрезмерного дружелюбия не проявляют.
На арабском что-то кричит Ребекка. Улавливаю только имя «Сардар». Один из бойцов передаёт информацию дальше по цепочке — замечаю в его руках Трансивер.
Томительно тянутся минуты ожидания.
Охранник делает приглашающий жест рукой и мы ступаем внутрь лагеря. Нас ведут коридорами, позволяя взглянуть на местные порядки. Здание попытались адаптировать для жизни, превратив какие-то классы в жилые комнаты. Вокруг много вооружённых людей, но также гражданских. Многие выглядят напряжёнными, но не доведёнными до крайности, как рабы в Клёпке.
Наконец, мы добираемся до обители местного лидера. Он встречает нас внимательным взглядом, хмурится и оценивающе осматривает. Особенно меня.
Смуглокожий мужчина лет сорока. Чёрные с лёгкой проседью волосы, усы, борода. В целом, правильные чертые лица. В глазах сразу читаются все эмоции. Картёжник из него вышел бы так себе. На Магазинные доспехи наброшена светлая накидка. Возможно, чтобы не бликовали на солнце, привлекая чужое внимание.
Сардар произносит что-то на арабском, но увидев непонимание на моём лице и до того, как Ребекка переведёт, повторяет на английском с сильным акцентом:
— Что это дочь ишака делает в моём лагере?
[1] Художник — Milen Ivanov.
[2] Художник — Livius Rejman.
[3] Художник — Olivier Pflaum.
Глава 36
И так не отличающаяся эмоциональностью Ребекка немеет, но я отвожу руку в её сторону и говорю Сардару:
— Будешь оскорблять члена моего отряда, и мы не не поладим. Подобный исход тебе не понравится, можешь быть уверен.
Мой визави хрустит костяшками, начиная закипать. Вокруг него на уровне пола кружится еле заметная песчаная взвесь.
Пробегаюсь по нему Оценкой.
Сардар «Хаджар» аль-Азиз
Вид: Человек
Класс: Присягнувший пескам
Редкость: Серебро
Способности: Псаммокинез, Иссушающее касание, Песчаный барьер
Ранг: Квазар