Маятник
Шрифт:
— Красиво, наверное.
— Да. И еще — мостики.
— Какие еще мостики?! — встревожился Лар.
— Ну… Ты только не волнуйся. Они прочные.
— О боги! Высоты ты, я так понимаю, тоже не боишься? Ты вообще в курсе, что твой антиграв под землей не работает?
— После того, как я летал на болиде, — гордо отозвался Ромка, — я вообще ничего не боюсь. А про антиграв мог бы и предупредить. Я чуть не навернулся…
— Ты летал на болиде?
— Угу. Тот еще позор, если честно.
— А… А до болида на чем?
— Ну, строго говоря…
— Понятно. Кстати, ты запах чувствуешь?
— Вроде дерево… опилки. Или нет. — Ромка пожал плечами. — Пещера говорит, что здесь безопасно, и я ей верю. И еще, там кто-то живой впереди. Только…
— Кто — живой?!
— Я хотел сказать: только не нервничай. Я не знаю. Живой. Я осторожно.
— Тигр, — произнес Лар обреченно. — Болид. Осы. Акула. Метеоритная пушка и ковер-самолет. Я знаю, кто ты!
— Кто?
— Ты — адреналиновый наркоман!
— Ну… — Ромка задумался. — Тигр и акула не считаются. Мне не понравилось потому что. Зато болид был — зачетный! Я там, по ходу, нашел в облаке летающую свиноферму, представляешь?
— ЧТО?!
— Лар?
— Что ты нашел?!
— Ну, там было четыре хижины, соединенные мостиками. И свинарник, он летел отдельно, на веревочке.
— Ты туда высадился?
— Угу.
— И они тебя не…
— «Не» — что?
— Дурацкий вопрос, — вздохнул Лар. — Ты же здесь. Но вообще интересно. Ты что, все легенды собираешься перебрать?
— А что за домики были? — спросил Ромка. — Ну Лар, мне же интересно!
— Легенда, — вздохнул Лар. — Еще одна легенда. Страшненькая, если честно. Не для темноты. Потом расскажу.
— Мне не темно, — возразил Ромка.
— Зато мне темно, — ответил Лар. — Вселился на свою голову…
— Это озеро, — сказал Ромка. — Тут мы будем ночевать.
Лар вздохнул. Наверное, ему было тяжело — впервые за все время пути Ромку вел за руку кто-то другой, и от демона не требовалось ничего: ни советов, ни разведки… Да и темнота явно действовала ему на нервы.
— Озеро, — сказал Ромка, — круглое. Просто идеальный круг. И вниз оно уходит вертикально. Метров на сто. Цилиндр, получается.
— Откуда здесь вода?
— Ну… не знаю. Я купаться.
Ромка разделся и с разбегу «ласточкой» вошел в воду. Дальнейшие события он помнил плохо — только что он летел в озеро, потом была ослепительная вспышка, а теперь он стоит на берегу, мокрый, а эхо его вопля все еще гуляет под каменными сводами.
— Искупался? — поинтересовался Лар. — Что так быстро?
— Она!!! Она!!!
— До сих пор никто не слышал про демонов-заик, — продолжал Ромкин собеседник. — Ты хочешь, чтобы я стал первым?
— Она холодная!
— Ага. И мокрая.
— Да! То есть… Не издевайся.
— Ладно. Ты еще поплавай, а я пойду нервы лечить.
Ромка вздохнул и подошел к берегу.
Вдох.
Выдох.
— Я не простужусь?
— Нет.
— Значит, мне сейчас понравится.
— Тебе решать.
— Я уже решил, — сказал мальчишка и прыгнул в воду на этот раз «солдатиком» и с твердым намерением не кричать. Ну… Не очень громко… Как получится…
Озеро он покинул утром — условно, конечно, но Лар утверждал, что сейчас утро, так что, наверное, так оно и было. Набрал полную флягу воды и, обойдя озеро по узенькой кромке, направился по тоннелю, на этот раз для разнообразия широкому и низкому, да еще и со слегка наклоненным полом. Внизу, там, где у этой странной геометрической фигуры было «дно», блестели россыпи желто-зеленных кристаллов, так что Ромка шел повыше, чтобы ненароком не раздавить эту красоту.
Потолок тоннеля был не сплошным, в нем, чем дальше, тем чаще, встречались отверстия, шестиугольной формы колодцы, уходящие в никуда, темные… Лар заявил, что шестиугольными колоннами обычно застывает магма, но насчет шестиугольных колодцев ничего путного сказать не мог.
Позже среди колодцев стали попадаться светящиеся голубым, красным, а иногда оранжевым. Ромка окрестил эту разновидность живыми колодцами, впрочем, на самом деле, конечно, никакого света не было, все воспринимало «второе зрение», магическое.
— Что это вообще — колодцы, тоннели?.. Это ведь не ваши, да, Лар? Ну… Не программисты?
— Не знаю, парень. Не похоже. Слишком все как-то… избыточно. Скорее чересчур красивая пещера.
Неслышный смешок.
— Ладно, давай серьезно. — Лар нервничал, впрочем, он нервничал второй день, и Ромка готов был поспорить, что знает, о чем он сейчас спросит. И точно. — Ты говоришь, там кто-то живой?
— Да. И, Лар, нам не нужно его обходить.
Помолчали.
— Помнишь, — сказал Лар, — ты рассказывал мне вашу сказку про джинна в кувшине?
— Помню, — кивнул Ромка. — И что?
— Первую тысячу… Хорошо, первые шесть тысяч лет он собирался озолотить того, кто его освободит. Продолжать?
— Сейчас, — пробормотал Ромка. — Сейчас я сформулирую. Ты хочешь сказать, что после того, как я гробанусь, ты проведешь в накопителе еще шесть тысяч лет, дрожа от страха, что тебя найдет еще один… Такой же… э-э… ну…