Чтение онлайн

— И такое начнется по всей планете?

— Пока нет. Послушай, любовь моя, я не могу больше ничего тебе сказать — пока ты не вернешься к действительной службе. Нужно ведь возобновить твой допуск к секретной информации. Понимаешь? Ну, так ты подумай об этом, пожалуйста. И не забудь зайти в госпиталь. Отметься там — чтобы я мог по быстрому пропихнуть твои документы на повышение. Ты выглядишь чертовски здорово для отставного инвалида с выжженными легкими.

— Это все чистый воздух и спокойная, простая жизнь, — весело пояснила Яна.

— Это, конечно, чудесно, — мрачновато сказал Торкель. — Но не удивляйся, если в ближайшем будущем движение транспорта вокруг очаровательного тихого Килкула станет более оживленным.

Он остановил снегоход возле госпиталя, на площадке для парковки. Пока Яна отстегивала страховочный ремень, Торкель вышел из кабины, обогнул машину и открыл дверцу перед Яной. Снегоход Баники был уже здесь. Банни и Диего сидели внутри и о чем-то увлеченно разговаривали.

— Для того, чтобы увидеться с доктором Марголисом, мне не нужен секретный допуск? — мягко спросила Яна. — Я бы могла тогда заверить поселян из Килкула, что с семьей у Диего все в порядке.

— Никаких проблем, — сказал Торкель. — Я полагаю, он сейчас навещает Метаксоса.

Банни и Диего вышли из снегохода и выжидательно посмотрели на Торкеля с Яной.

Торкель повернулся к юной паре и сказал с преувеличенно сердечной улыбкой:

— Да у нас получается целая группа встречающих! Пойдемте.

Диего заметил Стива Марголиса, как только они вошли в приемное отделение госпиталя. Юноша стремглав бросился к нему и крепко обнял, не обращая ни малейшего внимания на присутствие медиков, Торкеля, Банни, Яны и даже собственного отца, который лежал здесь же на госпитальной койке. Глаза Франсиско Метаксоса были открыты, а приподнятое положение в постели ему помогали сохранять несколько подоткнутых под бока подушек. В палате было всего три других пациента, а через открытые двери палаты, расположенной в противоположном конце коридора, виднелся длинный ряд заправленных, никем не занятых коек.

Стив Марголис — лысоватый, не слишком упитанный мужчина с бородой — обрадовался встрече с парнем не меньше, чем сам Диего.

— Я приехал, как только смог, — сказал он.

— Я знал, Стив, что ты приедешь. Я знал! Торкель протянул Стиву руку, представился:

— Торкель Фиске, доктор Марголис. Я позаботился, чтобы вас направили сюда, как только узнал о вас от юного Диего и этой дамы. Разрешите представить — майор Янаба Мэддок, в настоящее время в отставке, и.

— Привет, меня зовут Банни, — сказала Баника и тоже пожала Марголису руку. — Я надеюсь, вы, и Диего, и его папа сможете переехать к нам в поселок и жить вместе с нами.

— Спасибо за приглашение, — добродушно сказал Стив, хотя слова девочки его и удивили. — Но прямо сейчас Франсиско нужен специальный уход, который он здесь и получает.

— Вы уже нашли место, где остановиться? — спросил Торкель.

— Нет. Я пришел сюда сразу после таможенного досмотра.

— Ну что ж, хорошо. Нам с полковником Джианкарло надо будет очень о многом с вами переговорить. Но с этим позже. А прямо сейчас я, наверное, пойду и позабочусь о том, чтобы вас разместили хотя бы в том же самом здании, что и Диего. Яна, Банни, по-моему, нам лучше уйти и оставить это семейство наедине.

В переходах и коридорах госпиталя было тесно от нового персонала и нового оборудования. Даже само здание госпиталя расширилось за счет пристроенных с каждого конца дополнительных модулей. Техники скармливали в компьютеры новые данные, медики распаковывали ящики и коробки и расставляли все по соответствующим полкам. Яна мимоходом подумала — зачем, при таком количестве незанятых коек в госпитале, пристраивать дополнительные помещения и расширять персонал? Честно говоря, самый простой ответ ей совсем не понравился. Получалось, что на космобазе ожидается поступление гораздо большего количества солдат, чем сейчас, — и, соответственно, увеличение числа случаев заболеваний.

Они распрощались, и Торкель, лишь на мгновение задержав на Яне взгляд, поспешил делать то, что он там собирался делать. И Яна сильно сомневалась, что капитана Фиске сейчас занимают исключительно заботы о том, чтобы получше устроить этих ребят, Марголиса и Метаксоса.

Яна с Баникой забрались в кабину снегохода. Торкель обернулся и махнул им на прощание рукой, Яна махнула ему в ответ, и он скрылся за углом.

Когда Банни запустила мотор, Яна сказала:

— Баника, сделай вид, что у тебя что-то не ладится в машине. Я собираюсь вернуться ненадолго в госпиталь. Если кто-нибудь что-то заподозрит или остановится помочь тебе, уезжай и через несколько минут возвращайся обратно на базу. Я ненадолго.

Банни посмотрела на нее долгим испытующим взглядом, потом пожала плечами и сказала:

— Хорошо. Только, что бы ты ни задумала, — будь осторожна.

Яна коротко откозыряла ей, выскользнула из снегохода и направилась прямо к клинике.

Впервые с тех пор, как она получила инвалидность и вышла в отставку, Яна порадовалась, что так много времени провела в крупном медицинском учреждении. Она пошла к госпиталю с таким уверенным видом, будто совершенно точно знала, что собирается делать. При этом она изо всех сил гнала от себя мысли о том, что случится, если ее застукают на горячем и придется отвечать на вопросы. Тогда даже Торкель не только не сможет, но и не захочет вытаскивать ее из неприятностей, и еще она наверняка потеряет свою маленькую пенсию и проведет много дней под арестом. Однако, как бы то ни было, сейчас подворачивался слишком удобный случай заполучить копию медзаключения с результатами вскрытия тела Лавиллы прежде, чем кому-нибудь придет в голову малость подчистить рапорт в соответствии с интересами Компании.

Яна прошла через дверь с надписью “Только для персонала”. — Здесь не было ни души — на это Яна и надеялась, учитывая гиперактивность медиков в наружных помещениях. Она сняла свое новое зеленое платье и повесила его на крючок, прикрыв сверху медицинским халатом. Затем Яна облачилась в санитарский халат, на голову водрузила бумажную шапочку, на ноги — бумажные бахилы вместо теплых зимних ботинок, а лицо скрыла под хирургической маской. Сделав глубокий вдох, чтобы немного успокоиться — “И ни малейшего намека на кашель”, — пронеслось где-то в глубине сознания, — Яна быстро пошла в приемное отделение.

В госпитале на станции “Андромеда”, как и в большинстве других клиник Интергала, выздоравливающие обычно выполняли нетрудные, не требующие специальной подготовки работы, чтобы персонал мог уделять больше времени основным обязанностям. Даже офицеры охотно брались за такую работу — это было хоть какое-то занятие, оно помогало разогнать скуку. Пока Яна выздоравливала, она довольно много часов проработала, помогая разбирать медицинские записи. Ей приходилось запрашивать файлы из центральной базы данных и передавать по назначению. Самое меньшее, что она могла сейчас сделать, — это посмотреть, сделано ли уже вскрытие тела Лавиллы и сформулировано ли в готовый файл заключение о результатах.