Мебиусятник

– Алло, там! "Мегатаунхаус"? Вы в курсе, что у вас в секторе G дома кривые?

Прораб откусывает от гигантского бутерброда с клонированной ветчиной, лениво отрывает задницу от стула, чтобы заглянуть в экран.

– В смысле, кривые?

Человек на том конце волны коренаст и напорист. Волосы торчат надо лбом дикобразьими иглами.

– Сам смотри.

Прораб озадачен. Конструкция на плоском снимке больше всего напоминает мутировавший баньян: многоэтажные башни прихотливо извиваются, проникая друг в друга и образуя невероятные замкнутые поверхности.

– Это че?

– Дома ваши, блин. Вы че строите-то вообще?

Прораб секунд десять вдумывается, потом включает пыльный экран визуального контроля.

– Ни хрена се...

Робот послушно облетает стройку, показывая дикое нагромождение поверхностей во всей красе. Тип с телефоном продолжает кричать, но звук доходит до прораба не сразу.

– ...блин, строители, м-мать!

– Мужик, - отмирает прораб.
– А ты вообще, че там делаешь?

– Квартиру смотрю, - деловито поясняет "дикобраз".
– Покупать хотел.

За его спиной шершавая поверхность свежеслепленной стены, в прозрачную оконную панель виден край облака.

– Ты че, охренел, мужик?
– орет прораб.
– Нифига себе, смотрю, блин! Ты там всех термитов перепугал небось.

– Каких термитов?
– искренне изумляется собеседник. Оборачивается (на экране мелькает стык стены и пола, а потом здоровая сегментированная лапа.
– Уй, ё-о...

Телефон вырубается.

– Алло, "Мегатаунхаус"? Это я опять... Вы это... выпустите меня.

Строительный фургончик подпрыгивает и влетает в чужой воздушный коридор. Компьютер бешено верещит, выравнивая траекторию.

Прораб багровеет.

– Мужик, вали оттуда, понял? Мы щас приедем, и тебе мало не будет. Понял?

– Я, блин, не могу. Меня замуровали тут. Эти, звери ваши...

– Щас я тебя радикально замурую! Просто нафиг замурую!
– бушует прораб.
– Вот доеду только...

И отключается.

В лучах солнца розовые скрученные громады похожи на рекламу леденцов. К фургончику, нелепо вскидывая ноги, бежит зоолог. В глазах - сумасшедший восторг экспериментатора.

– Тут все ясно: семья разделилась, - радостно сообщает он.
– Вон, видите, появилось еще две царицы: здесь и здесь. Я так думаю, что какой-то внешний фактор сработал, потому что у семьи всегда несколько потенциальных цариц...

Он тычет в лицо прорабу гибкий экран, на котором в безумии проволочных схем ярко горят три желтые точки.

– Плевать на цариц!
– рычит тот.
– Что они строят, ты мне скажи!

– Так в этом и дело, - восторженно восклицает зоолог.
– Программы у них одинаковые, а исходные центры оказались разные. Они вошли во взаимодействие с соседними семействами...

– Взаимодействие, черт тебя подери! Нам ломать теперь твое взаимодействие, останови уродов немедленно!

Зоолог теряется.

– Так нельзя...

– А так - можно?
– прораб тычет сарделькой пальца в дикую конструкцию.

– Они пока программу не выполнят, не остановятся, - лепечет зоолог.
– Это ж не роботы, их не отключишь.

– М-мать, - почти нежно говорит прораб. От его взгляда зоолог покрывается зеленоватыми пятнами.
– Я ж тебя самого разбирать заставлю этот термитник...

Телефон истерически верещит.

– Н-ну?
– рявкает прораб.

– Ну вы это... когда меня выпустите?
– осведомляется "дикобраз".

– А пошел ты знаешь, куда?!

– Щас я пойду!
– взрывается тот.
– Щас ты у меня пойдешь! Я вас по судам затаскаю, сволочи! Я ваши муравейники повзрываю ваще нафиг!

– Термитники, - машинально поправляет зоолог.

– Заткнулись все!
– раненым бизоном ревет прораб.
– Все! Заткнулись!

Повисает звенящая тишина, в которой слышно легкое потрескивание, когда шевелятся прорабовы мозговые извилины.

– Так... Мужик, ты там где?

– На восемнадцатом. Тут выхода нету с этажа...

– А как ты туда попал тогда?

– Так он был. А щас подхожу - стена.

– Может, он забыл, где входил?
– робко предполагает зоолог. Мужик в телефоне злобится:

– Ага, ты скажи - я ваще склеротик! Маразматик, ага, блин!

Телефон отключается.

Прораб и зоолог отправляются вокруг дома-баньяна. К тому времени, как к ним присоединяется зам прораба - молодой парень, носящий в носу кольцо с древним чипом, к замысловатой конструкции добавляется еще пол-этажа, а макушка одной из башен врастает в стену другой.

– Вход внутри оказался, - сообщает зам.
– Не подобраться.

– Окна размонтировать?
– раздумывает бригадир.
– Через коммуникации прорваться...

– Только вместе со стеной взорвать, оно же...

– Да помню я! Ч-черт!

Зам разглядывает дикое сооружение с видом ценителя.

– А ниче так получилось - башня Мебиуса. Может, так и оставим?

Прораб с тяжким вздохом набирает распознанный номер.

– Ты слышь, мужик, ты это... Ты не психуй только. Тебя как зовут?

– Курдаков я, Михаил, - с достоинством рекомендуется помятый "дикобраз".

– Ты слышь, Кирдыков, тут это... мы пока никак. Тут входа не осталось внизу.

– Как это не осталось?

– Ну, заделали они его тоже.

– Ну ёлки... Ну и че я теперь?

– Ну мы тебя вытащим. Ты не психуй только, ты там это... отдохни пока.

И отключает телефон совсем.

– Слышь, Кирдыков...

– Блин, вы там охренели вообще? Вы посмотрите, чего они делают!