Чтение онлайн

— Он сейчас проснется и вломит тебе Огнельдом! А его Огнелед даже ты не выдержишь, как бы там тебя не звали!

— Баа Ци меня звали, — обиженно пробурчал Вахтер, собираясь уже уходить. Но внезапно опомнился и сказал:

— Погоди! Какой еще Огнелед? У Страшилы же ни одного умения нет! Он же не аграи куп пеле!

— Аграи куп пеле, не аграи куп пеле, какая разница? — гневно сверкнула во тьме шатра ярко-фиолетовыми глазами Рекщинэ. — Он держал это в тайне во время властвования над родом Ци. Но именно Страшила направлял меня во всех умениях, что я освоила. И я не освоила десятую часть того, что умеет он!

— Вот оно что… — сказал себе задумчиво под нос Вахтер. Потом повторил, удаляясь. — Вот оно что…

***

Поддавшись уговорам проводника и Синоптика, Вахтер решил дождаться рассвета перед встречей с семиликим противником. Вскоре уже защелкал сухими ветками огонь, разгораясь в обложенном булыжниками костровище.

— С утра один поеду, — сказал тихо проводнику Вахтер, устраиваясь рядом с ним у костра. — С самого ранья, чтобы за мной никто больше не увязался. А то есть сомнения, как бы кто в спину во время похода не ткнул. Крутила, поможешь?

— Зови меня Тушканчиком, великий шаман, — предложил Крутила. — Крутила я для чуждых людей. А ты явно с душою джелона, другой бы не смог меня перепить!

— Ххе, Тушканчик, — хихикнул Вахтер, окинув взглядом худощавого жилистого проводника с цепким взглядом под названием «что бы своровать». Прозвище — тьфу, истинное имя — как нельзя точно шло джелону. А он еще гадал себе, какого зверька этот степняк ему напоминает. — Так вот, друг мой Тушканчик… я как сорвусь рано поутру, мне бы не получить стрелу от твоих коллег, что в засаде там у подножия Князь-бугра грабителей курганов стерегут. Предупреди-ка их!

— Ты шаман, ты чуешь, что там они в засаде? — недоверчиво спросил Тушканчик. — Хорошо, сейчас я к ним выеду и дам знак!

Мгновенно взметнувшись со своей шкуры, что постелил на землю для ночлега, Тушканчик вскочил на уже расседланного коня, ткнул пятками и умчался прочь. К костру Вахтера подошел Страшила, уже в нижней рубахе и босой. Спросил:

— Чего это он? Обиделся на что-то?

— Неа, — зевнул Вахтер. — Может у него Родительский день внезапно наступил. Может, там у него дедушка присыпан в кургане, а может и с бабушкой в обнимку, и он поскакал их навестить. Кто знает этих степняков.

— Да уж, — вздохнул Страшила, присаживаясь на шкуру, оставленную проводником. Провел по ней лапищей, раздумывая, с чего бы разговор начать.

— С этими джелонами много непоняток, что спать не дают, мать их так. Слыхал их легенды про Черного Отца, благодаря которому они однажды пришли сюда? А главное, как они тут появились, в курсе?

— Неа.

— По их преданиям, все они жили в иных местах, в привольных степях иного мира, а когда умирали, их родичи сооружали срубы на берегу горной реки, кололи им жен и коней в путь, оружие и доспехи давали, потом насыпали сверху этого курганы, над которыми совершали какие-то обряды шаманы. И вот все, кто был похоронен по обряду, однажды в один хороший день очнулись здесь, в этом мире. И начали жить-поживать.

Страшила махнул рукой в сторону запретных земель.

— И вот они теперь живут здесь, а когда умирают, опять же по обряду хоронят своих там. Дабы в один прекрасный момент вернуться откуда пришли после смерти, еще раз умерев.

— Красивая схема, что, — слегка пораженно ответил Вахтер.

— Это еще не самое красивое, дорогой товарищ бог, — едва ли не на шепот перешел Страшила, оглядываясь на отдыхающих у своих костров воинов своей свиты. — Дело в том, что племя джелонов — гелоны — реально существовало на нашей исходной Земле-матушке в далекие-далекие времена. Смекаешь?

— А ты откуда знаешь? — подозрительно сощурился Вахтер.

— А я многое знаю, — самодовольно ответил Страшила. — Книжки умные читал по античной истории. Но слушай далее. Как проводить похоронные обряды знали только шаманы джелонов. И до поры до времени все шло путем, пока однажды не появились Темные Души и не пустили в расход практически всех местных знатоков ритуала!

— И теперь их никто не похоронит нормально, да?

— Смекаешь! — похвалил Страшила. — Рекщинэ как могла пыталась помочь им восстановить ритуалы, так ее на руках вся Степь носила, просто за одну эту попытку. Она же из Дома Исследователей, умище что у Карла Маркса!

Вахтер поперхнулся от такого сравнения. Страшила открыл было рот, чтобы продолжить разговор, но затем замер и удивленно спросил.

— Погодь, а чего так щикотно? Это меня твоя зверушка-таракашка прощупывает своими сонарами? С какой целью, можно узнать?

— Да есть у нас сомнения в тебе, мил человек. — хмыкнул Вахтер. — Человек хоть?

— А у Тейлитэ кто еще мог быть папа? Сабрамм? — вопросом на вопрос ответил Страшила, блеснув внезапно поумневшими глазами. — Не сомневайся, я — человек. Я тот самый Страшила. И твой таракан ничего иного не покажет. Еще как-то хочешь меня проверить?

— Тащи гитару, — ответил Вахтер. — Проверю еще одним способом.

Страшила побежал за струнницей, что держал при себе один из его окружения — любитель музыки. Со стороны курганов послышался гулкий стук копыт и вскоре вдали у речки показалась группа всадников. Впереди скакал Тушканчик. За ним — некие странные даже по меркам кочевников личности с абсолютно белыми лицами. Видимо, мелом намазанные.

Группа притормозила шагах в десяти от костра Вахтера. Там рядом с ним уже стоял Страшила со струнницей, насторожившись — не пограбить ли решили заезжие гости. Но гости спрыгнули с лошадей и подали великому шаману Баа Ци знак почитания, пригладив в его сторону ладошкой макушки. Всего их было восемь вместе с Тушканчиком. Они начали сгружать и бросать под ноги Вахтеру какие-то свертки, мешки, звенящие тяжелым металлом, возможно даже золотом.

— Эти ребята стояли в засаде у курганов и словили двух грабителей, — пояснил Тушканчик. — Грабителей, как водится, задушили и бросили в Сигур-реку. А награбленное ими в могиле вот, пред нами. Сегодня они переночуют с нами, а с утра вернут имущество в разрытый курган. Сейчас все равно никто не рискнет туда сунуться.

Бригада сторожей курганов переглянулась и подала знак Тушканчику. Тот с охотой кивнул.

— Я им рассказал, как ты пьешь вино, но они хотят это увидеть своими глазами.