Чтение онлайн

— Вижу, ты умеешь отдавать честь, — усмехнулся он. — Редкое искусство для молодого драконира.

Пэксон был рыжеволосым мужчиной крупного сложения. Могучий воин, он десять лет сражался в первых рядах Второго полка Первого марнерийского легиона.

— Добро пожаловать обратно в Далхаузи, юный драконир Релкин. Судя по всему, в истории с Туммуз Оргмеином вы проявили себя более чем достойно.

Релкин старался сидеть неподвижно, ничем не выдавая своего волнения.

— Если уж на то пошло, то, насколько мне известно, мы через день-два наградим тебя Звездой Легиона. Судя по всему, этот вопрос вызвал самое горячее обсуждение. — Генерал улыбнулся. — Кое-кто, похоже, полагал, что не подобает вручать Звезду Легиона какому-то там сопливому дракониру. Но у меня есть все основания полагать, что твое награждение поддержали некоторые весьма влиятельные люди.

Релкин постарался не улыбнуться. Не кивнуть. Звезда Легиона была высшей наградой, и вручали ее крайне редко. И то только за особо геройские поступки.

Значит, леди Лессис запомнила и его тоже. Сперва меч Экатор, теперь звезда. Сердце Релкина переполнялось гордостью, но под пристальным взглядом генерала он старался оставаться невозмутимым.

Выждав мгновение, Пэксон удовлетворенно кивнул.

— Ты крепкий орешек, — улыбнулся он. — Как мне и говорили. — Он отодвинулся от стола. — Драконир со Звездой Легиона. Первый за всю историю, и, узнав о награждении, он даже бровью не повел… Но я вызвал тебя не за этим.

Видишь ли, у нас появилась одна проблема…

— Да, господин генерал?

— Дикий дракон. Тот самый, что вернулся с вами из Туммуз Оргмеина.

— Пурпурный дракон с Кривой Горы?

— Тот самый, — кивнул генерал. — Дракон жил с нами всю зиму. Он был совершенно ненасытен. Еще немного, и он пустил бы наш форт по миру.

— Без него, сэр, мы никогда не выбрались бы живыми из Туммуз Оргмеина.

— Да, я знаю. Сильный союзник, но невероятно прожорливый. — Пэксон потер подбородок. — Клянусь молоком матери, чтобы наесться, ему требовалось по быку в день.

Релкин кивнул. Все драконы отличались отменным аппетитом.

— Ну так вот, — продолжал генерал, откладывая в сторону перо. — Короче говоря, суть в том, что у нас дракону показалось слишком тесно, и пару месяцев тому назад он ушел в горы. А потом на нас посыпались жалобы от эльфов Тунины.

Они утверждали, что наш дракон, дескать, распугал им всю дичь и сделал нормальную охоту просто-напросто невозможной. Затем нам пришлось иметь дело с паникой в районе Арго Лэндинг. Там пропало несколько овец, и пастух утверждал, что за ним по пятам гналось какое-то чудовище. Неделю назад, или что-то около того, мы услышали, что дракон появился в лесах вдоль Дэлли. — Пэксон тяжело вздохнул. — А два дня назад ко мне сюда заявился один крестьянин. Он сказал, что уже потерял половину своих коров и, видимо, и лесу, к югу от форта, завелся какой-то монстр. Этого мы допустить никак не можем. — Лицо генерала стало суровым. — Разбой должен прекратиться. Но мне не хотелось бы применять к дракону силу. Я понимаю, он дикий и не привык к людским обычаям. Я 1акже знаю, что он очень грозный противник. Но и его можно убить, и если придется, то мы это сделаем. Релкин ждал продолжения.

— Я хочу, чтобы ты с Базилом нашел этого дикого дракона. Уговорите его покинуть Кенор.

Релкин кивнул. Баз лучше всех знал этого своего дикого сородича. Пожалуй, и в самом деле будет лучше, если поговорит с ним именно он.

Пэксон встал:

— Он должен уйти на север. И очень скоро. До меня уже дошли слухи об охотниках, собирающихся добыть его голову. А этого нам тоже очень бы не хотелось.

— Да, сэр. Я полностью с вами согласен. Мы отправляемся немедленно.

— Удачи, молодой человек. По возвращении сразу же доложите мне.

Два дня спустя Релкин и Базил выследили дикого дракона в его логове на западном берегу реки Дэлли.

Огромный пурпурно-зеленый дракон спал. Проснувшись от свиста Релкина, он вылез из своей пещеры, готовый в клочья разорвать всех и каждого, кто осмелится встать на его пути.

Но перед собой он увидел Релкина с Базилом, и ярость угасла в его глазах.

Улеглась вздыбленная чешуя на загривке. Расслабились могучие мускулы.

— Привет, — прогремел дракон.

Со времени сражения в Туммуз Оргмеине Пурпурно-Зеленый немного научился человеческой речи, но пользоваться ею дракон не любил. И теперь он обратился к Базилу на древнем языке их рода:

— Привет тебе, дракон со сломанным хвостом. Добро пожаловать на мою охоту.

Вместе мы будем бродить по миру, выбирая себе для пропитания лишь самое лучшее.

Они с Базилом, как было в обычае у драконов, пожали друг другу предплечья.

Дикий дракон по-прежнему значительно превосходил по размерам своего бескрылого сородича, но по всему было видно, что он голодает.

— В этих краях неважная охота, — заметил Базил.

— Ха! Разве разбирается в этом тот, кто питается лапшой?

При слове «лапша», не имевшего аналога в древнем драконьем языке, Релкин встрепенулся. Базил тихонько зашипел.

— Здесь нет дичи, — сказал он. — Есть только принадлежащие людям животные.

Если ты будешь питаться ими, то рано или поздно люди тебя убьют.

— Они не посмеют! Я сам их убью! И как это так получается, что они присваивают себе право владеть животными?

— На это я не могу тебе ответить, — пожал плечами Базил. — Но то, что они тебя убьют, я знаю совершенно точно. Они придут с хитроумными ловушками, с силками и ядом. Быть может, они просто всадят в тебя столько отравленных стрел, что ты потеряешь власть над своим телом. Тогда они перережут тебе глотку и отсекут голову.

Пурпурно-Зеленый отчаянно замотал головой, но во взгляде его Базил прочел отчаяние. Дикий дракон, похоже, прекрасно понимал всю безвыходность своего положения.

— Не надо себя обманывать, — продолжал Базил. — Я знаю, что, несмотря на магию леди, к твоим крыльям никогда уже не вернется их былая сила.

— Они отросли, — печально согласился дракон. — Раны зажили, но ты прав, прежней силы нет. Я не могу летать.

— А значит, — в упор глядя на своего дикого сородича, подытожил Базил, охотиться по-настоящему ты не можешь. Ты громадный дракон. Ты не можешь охотиться как кошка или какой-нибудь лев. Подкрасться, затаиться, внезапно прыгнуть на свою жертву — это не для тебя. Ты должен парить и с небес обрушиваться на добычу. Вот какой должна быть твоя охота.

И тут Пурпурно-Зеленый не выдержал:

— Да, я недостаточно быстр. За все это время я не ел ничего, кроме медведей да одного старого и больного лося.

Что правда, то правда. В эру быстроногих животных четырехтонному динозавру с предельной скоростью пятнадцать миль в час прокормиться было ох как не легко.

— Но ты ел не только это.

— Ах… — Пурпурно-Зеленый печально поник головой. Минуту он не поднимал глаз, что-то шипя себе под нос. Потом устало признался:

— Это правда. Я не понимаю, как одно животное может владеть другим. Все животные принадлежат тому охотнику, который сможет одолеть их и съесть. Ну и еще их собственным матерям.