Чтение онлайн

Девушка снова посмотрела на маленького бледного мальчика. Несмотря на все свои раны и ужас, который ему, должно быть, пришлось пережить, он не плакал. Неужели Тьюред выбрал его своим палачом? Был ли это Божий промысел? Вероятно, он никогда не слышал о лекарях чумы с их вороньими масками. Должно быть, принял их за демонов!

Мишель повернулась к товарищу. Взгляд его отяжелел от вина. Друсна изменила Оноре больше, чем остальных рыцарей их звена. Темнота лесов бросила тень на его душу.

— Как там железо? — выдавил Оноре. — Почему так долго?

— Потому что мы хотим сделать все правильно, — спокойно ответил Николо. — Так, как на нашем месте сделал бы ты.

Взгляд Мишель снова упал на ребенка. Нужно целиком отдаться делу, вместо того чтобы глазеть на малыша! Но мальчик восхищал ее. Он не боялся и, хотя рука его должна была ужасно болеть, не издал ни звука. Живыми темными глазами наблюдал он за каждым ее движением. Может быть, он не может говорить? Как он выжил один в деревне, полной трупов? Сумасшедший он, что ли?

Оноре хлопнул ладонью по столу.

— Хватит с меня ожидания! Давайте покончим с этим. Если железо красное, значит, оно достаточно горячее!

Сидевший у огня Николо бросил на Мишель нерешительный взгляд. Она коротко кивнула и подозвала стоявших у дверей Фредерика и Коринну.

— Держите его.

— Я не стану кричать и брыкаться, — запротестовал воин.

Язык его заплетался от вина.

Мишель пристально поглядела на Оноре.

— Не мели чепухи! Ты ведь хорошо знаешь, что настолько сильных людей не существует.

Она вынула из сумки с ножами, пилами и расширителями для ран деревяшку для рта. Вся поверхность темного твердого дерева была в ямках.

Оноре поспешно отпил из бутылки.

— Я не стану кричать! — упрямо прошипел он. — Бывало и похуже.

— Конечно, — подтвердила Мишель, от всего сердца желая, чтобы он наконец замолчал.

— Тьюред предназначил меня для более высокой цели, — возмущался Оноре. — Зло поселилось среди нас. Я должен выследить и выжечь его огнем и мечом. Вот мое призвание. Я вижу вещи, скрытые от вас. Тьюред наделил меня этим даром! Это его самый великий дар! Я еще не могу уйти. Только не так!

Мишель частенько доводилось видеть, как страх перед смертью превращал мужчин в бормочущих идиотов, которые были твердо убеждены в том, что они еще нужны Богу, чтобы завершить его дело на земле. Ей было жаль, что Оноре тоже оказался во власти этого безумства.

— Держите его, — коротко приказала она.

Фредерик и Коринна схватили Оноре за руки и за ноги. Когда мышцы грудной клетки натянулись, рыцарь застонал. Рана начала сильно кровоточить.

От камина подошел Николо. Его большие руки сомкнулись на висках Оноре; он крепко прижал голову своего товарища к столу.

— Еще какие-нибудь прощальные слова, прежде чем мы отдохнем от тебя следующие несколько часов? — Мягко улыбаясь, Мишель пыталась вселить в него мужество.

— Я хочу присутствовать при том, как вы сожжете мальчишку. Подождите с этим, пока я не очнусь.

Кажется, боль отняла у Оноре последний здравый смысл. Он не мог говорить этого всерьез! Мстить ребенку… Они ведь уже не в Друсне! Мишель решила не обращать внимания на желание брата по оружию.

— Ты снова проснешься, — спокойно сказала она. — Я прижигала немало огнестрельных ран. Мерзавцы при этом никогда не дохнут. Так что не переживай. Достается только милашкам.

В его глазах она прочла, что он отчаянно хочет поверить ей. Мишель сунула ему в рот деревяшку и крепко завязала кожаные ремни за его головой. Затем подошла к камину и вынула из огня железо. С раскаленного добела металла сыпались крошечные искорки.

Когда она подошла к столу, от железа поднималась тонкая струйка дыма. Взгляд ее сосредоточился на ране, зиявшей на теле Оноре вторым ртом. Мишель чувствовала запах его страха, как и кислого вина, которое ощущалось в его дыхании.

Пуля проделала в теле поднимающийся под небольшим углом канал. Было очень важно пройти по этому каналу как можно более точно. Горячее железо прожжет себе путь через разорванную плоть, даже если она поведет его неверно. У Мишель пересохло во рту. В ее руках была жизнь Оноре. И в первую очередь она должна была перестать колебаться! Будет нехорошо, если железо слишком сильно остынет.

Она осторожно приблизилась к ране, попыталась с точностью вспомнить угол, по которому вводила в рану пинцет. Ее охватила неуверенность… Она осторожно просунула вытянутый средний палец в грудь Оноре. Рыцарь выгнулся от боли.

Мишель отпрянула. Теперь она знала, как вести железо. Раскаленный металл впился в тело. Она легонько надавила на прут, пока не почувствовала, как он вышел из канала раны под лопаткой с той стороны тела и коснулся поверхности стола.

Оноре выгнулся дугой, но товарищи держали его мертвой хваткой. По груди его ручьями лился пот. Он был бледен как смерть. Под кожей обозначился каждый мускул — настолько сильно мышцы сжались от боли. Глаза закатились вверх, будто он хотел поглядеть внутрь своего черепа.

Мишель осторожно вынула прут, слегка повернув его, чтобы прижечь всю рану.

Оноре уснул — наконец-то к нему пришло блаженное небытие.

Полностью вытянув прут из раны, Мишель уронила его на пол. Силы оставили ее. Она чувствовала себя измотанной, будто после битвы, и тяжело опустилась на стол.

— Он выживет? — спросил здоровый как бык Николо.

Хотя фигурой он напоминал медведя и одного его вида хватало, чтобы враги задрожали, он был необыкновенно мягкосердечным. Иногда Мишель думала, что в походе на Друсну ему досталось больше всех.

— Если проспит следующие три часа, у него будут хорошие шансы пережить следующий день. А если он переживет завтрашний день, то будет с нами еще неделю. — Она пожала плечами. — Я сделала все, что могла. Теперь его жизнь в руках божьих.

Фредерик и Коринна отпустили ремни за головой Оноре и вынули изо рта деревяшку. Затем отнесли рыцаря к камину на импровизированное ложе из одеял.

— Где мальчишка? — вдруг спросил Николо.

Мишель подняла взгляд. Место рядом с камином пустовало. Малыш переступил через мертвого волка. Кровавые следы вели к двери, которую перестали охранять Коринна и Фредерик, чтобы помочь ей.