Чтение онлайн

– Ты куда? Я тебя не отпускал, – побелев от бешенства, зарычал он.

– Я не служу тебе, – не оборачиваясь и продолжая идти, ответил Слав. – Ты позвал меня, чтобы я рассказал, как тебе отстоять твое княжество, но, видимо, ты слушаешь только себя. Ты уже мертвец, как и все, кто останутся с тобой.

– Постой, – раздался голос Велиславы, – мой муж вспыльчив, но ты тоже нарушил этикет. Ты стал советовать прежде, чем мой муж принял решение.

Слав обернулся.

– Я поступил правильно, княгиня. Слово князя – закон, и если бы князь сказал, что дружина идет на помощь Бело-граду, то уже никто не смог бы ничего изменить. Даже если бы спустя час князь одумался, то он не смог бы предотвратить поход. Свое слово может забрать крестьянин, плотник, кузнец, но не князь.Я всего лишь спас его от сиюминутного решения, принятого сгоряча.

И, развернувшись, Слав вышел.

– Ты действительно думаешь, что Бело-граду нельзя помочь? – спросил Яромир, догоняя Слава, быстрым шагом идущего к воротам в город.

– Даже если дружина дойдет до Бело-града, то застанет там рассадник нежити. Город падет уже к завтрашнему утру.

Слав как в воду глядел: почтовый глубь, прилетевший к князю, принес горькую весть – две сотни дружинников Бело-града спускаются на ладьях к Ново-граду. Город князя Тихомира пал за несколько часов. Сам князь исчез. Эту новость принес Радко, который учил местных ведунов ставить печать Сварога.

– Уходим, – приказал Слав. – Все, кто отправляются с нами, должны быть готовы через час. Сбор возле городских ворот, там большая площадь все поместятся. Сотникам привести свои отряды в порядок. Звен, выступи из города со своей сотней, проверь округу, в бой с нежитью не вступать. Если что, бейте стрелами. Далеко не удаляйся.

– Да, воевода, – отозвался Звен и выскочил на улицу. Он пришел, едва узнал, что Яромир уходит вместе со Славом. Оказалось, что десятник и сотник дальние родственники, и очень дружны. – Так, все знают, что делать?

Сотники и те, кто вел крестьян, кивнули и поспешили к выходу.

– Радко, – окликнул друга Слав, – как там местные ведуны?

– Тавр, верховный ведун княжества, оказался на высоте и уже с третьей попытки смог сотворить печать. Его помощники послабее, но думаю, что к завтрашнему утру смогут и они.

– Это хорошо, может, появится шанс, – задумчиво произнес Слав, оправляя кольчугу, которую местные кузнецы на всякий случай посеребрили.

Почти у каждого в вольной дружине было посеребренное оружие. Крестьяне, плотники, воины шли к кузнецам, что отправлялись вместе с ними, и несли им серебро, чтобы те сделали топор или косу, способную убивать нежить.

– На пристани началось строительство, – сказал Волот, подходя к Славу. – Князь велел поставить там могучую стену и две башни.

– Значит, несмотря на нашу ссору он прислушался к моим советам, – улыбнулся Слав.

Волот кивнул.

– Из ближайших весей свозят продовольствие, отовсюду гонят скот. Город готовится к осаде.

– Что ж, пусть боги смилостивятся и помогут им. А нам пора, нас ждет дальняя дорога. – И седой парень, ставший в один миг воеводой вольной дружины, шагнул к выходу.

В девять часов утра весь город собрался перед воротами и на стенах, чтобы посмотреть, как вольная дружина покинет Новый-град и отправится к долине Пяти князей. На надвратной башне стоял князь Рат с княгиней Велиславой, рядом с ним застыл воевода Храбр.

— Пора, – приказал Слав, и пять сотен ратников, что отправлялись с ним, вылетели за ворота.

Следом потянулись крестьяне. Последними из города выходили еще пять сотен и Слав в сопровождении Рыси, Радко, Волота и как ни странно Волча, того самого десятника, что помог Славу и Зимушке выбраться из крепости Вал, захваченной урманами. Он сел в Ново-граде, и как только по городу прошел слух, что седой парень по имени Слав собирает дружину, явился на постоялый двор Волота. С ним пришли и трое ратников — все, кто уцелели во время бегства из крепости князя Борея.

Первый день путешествия прошел почти спокойно. Нежить, которая находилась довольно далеко от их пути возле разгромленного Бело-града, не беспокоила. Только головная сотня, шедшая немного впереди, убила с десяток ведьмаков и вовкулаков, не успевших убраться с их дороги.

Ночевали в поле, окружив стоянку телегами и разосланными в сторону мощными дозорами.

На утро не досчитались троих крестьян – глупые бабы отошли в соседний лесок и пропали. Слав приказал трогаться, не тратя время на поиски. Вообще, в дружине царила напряженная обстановка. Все следили за всеми, докладывая о малейшей странности. Так нашли одного ведьмака, который пытался затеряться среди крестьян. Но увидав у кого-то посеребренную косу, попытался отойти подальше и был моментально убит. Слав, глядя на это, потребовал, чтобы каждый надел себе на лоб тонкую серебряную подвеску, которые он заказал еще в Ново-граде, отдав на это больше двадцати пудов серебряных монет. Теперь все видели, кто свой, а кто нет. Так и шли: обшаривали оставленные или разоренные веси, собирая оружие и продукты. Нежити продовольствие не нужно, их пища ходила на двух ногах, а вот Славу с огромным отрядом два десятка мешков муки, вяленая рыба и мясо были очень даже кстати.

Первая крупная стычка произошла через четыре дня, три сотни ведьмаков из бывших селян напали на головную сотню. Ратники, следую указаниям Слава, быстро отошли к основным силам, осыпая нежить стрелами на полном скаку. Вскоре все было кончено, трупы свалили в кучу и, обложив дровами, подожгли. Другой костер унес в Ирий восемь погибших крестьян и одного ратника, посчитавших себя могучими войнами, способными справиться почти что голыми руками с десятком ведьмаков. Но битва вдохновила очень многих: три сотни за неполный десяток — прекрасный размен. Собрав разбросанные стрелы, вольная дружина тронулась дальше.

– Неплохое начало, – подъезжая к Славу, произнес Радко.

– А мне не по душе, в дружине шапкозакидательское настроение. Я уже слышал несколько призывов идти давить нежить к Бело-граду, и мне это не нравится. Три сотни ведьмаков не проблема для почти что полутора тысяч воинов. Но ночь — их время. И чем ближе мы к долине Пяти князей, тем больше будет всякой нежити.

Слова Слава оказались пророческими, ночью лагерь атаковало не меньше семи сотен вовкулаков. Отбились довольно легко и достаточно малой кровью — погибло около сорока дружинников и вдвое больше крестьян. Вовкулаки были уничтожены почти полностью, удалось уйти единицам.

– Слав, смотри, что я нашел, — крикнул Радко, бродящий среди побитой нежити.

Слав быстро подошел и глянул, на что указывал ведун. Среди трупов вовкулаков лежали двое крепких мужиков в волчьих шкурах.

– - Пастыри?

Радко кивнул.

– Это они вели нежить. Надо бы проверить наших людей, вдруг к нам такая погань затесалась?

– Только как ты их обнаружишь? – спросил Слав. – Они же нормальные люди и серебра не бояться.

Радко задумался.

– Ты, как всегда, прав, – наконец, сказал он. – Если они натянули обычную одежду, то их не найдешь. А людей в волчьих шкурах на голое тело я в лагере не наблюдал. Смотри, – сказал он, переворачивая носком сапога тело пастыря на правый бок, – у него на левом бедре что-то выжжено.