Чтение онлайн

— Караул зови, — посоветовал Ара.

Хой сорвал с шеи тюремщика свисток и пронзительно засвистел. Гартвиг издал голосом звук, больше похожий на писк мыши, угодившей в западню, чем на мужественный призыв о помощи.

— Тревога, — рявкнул Ара над самым ухом тюремщика.

— А-а, — прорезался вдруг голос у толстяка, да такой высокий и сильный, что меченый счел возможным ободряюще похлопать по загривку старательного помощника.

— Режут! — оживился в ответ на одобрение Гартвиг.

Тяжелый сапоги застучали по лестнице, дверь распахнулась после мощного удара, и два суранца ворвались в коридор. Попав со света в полутьму, они на секунду замешкались, и этого оказалось достаточно для Тора и Рыжего, которые синхронно ударами в челюсть повергли на пол своих нерасторопных противников. Раздели суранцев в мгновение ока и столь же быстро связали их по рукам и ногам.

— Можешь передохнуть, — разрешил тюремщику Ара.

— Этого тоже нужно связать, — посоветовал Хой меченому.

Сердце тюремщика переполнилось ликованием, он быстро сообразил, что покойника связывать ни к чему и с готовностью протянул Хою руки. Дикарь действовал с завидной быстротой и ловкостью. Через минуту связанного Гартвига взгромоздили на любимую лежанку.

— Надо бы ему синяк поставить, — предложил предусмотрительный Сурок.

Аре это предложение очень понравилось, Гартвигу — в гораздо меньшей степени, однако он согласился, что в словах смуглолицего есть свой резон. Ара не заставил себя долго упрашивать: голова тюремщика едва не раскололась, как перезревшая тыква.

— Ну как, — участливо спросил меченый, — повторять не придется?

Гартвиг энергично замотал головой или, точнее, тем гудящим набатным гулом предметом, который временно ее заменял.

Тор осторожно просунул голову в приоткрытую дверь — фуражка с длинным козырьком почти закрывала его лицо. Выпавший за ночь снежок начал потихоньку таять, превращаясь в унылую серую кашицу. Несколько холодных капель упали Тору за воротник, он поежился и сменил позицию. Рыжий пристроился слева от него, широко расставив ноги и положив руки на свисающий с шеи арбалет. Взглянув на товарища, Тор поморщился: уж слишком отличался Рыжий от суранцев и ростом, и статью, а главное, цветом волос, выбивающимся из-под фуражки. Впрочем, предпринимать что-либо было уже поздно, оставалось надеяться, что слоняющиеся по двору меченые и суранцы не заметят столь разительной подмены.

Перекрывающая вход в замок решетка медленно поползла вверх. Груженная сеном повозка на уныло поскрипывающих осях, запряженная парой сильных коней, с трудом вкатилась через узкие ворота во двор замка. Придирчивому наблюдателю могло бы показаться странным, что два сильных коня с трудом тянут за собой воз, груженный всего лишь сеном, да и то не под самую завязку. Телега прокатилась по двору, разбрызгивая грязь во все стороны, и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, остановилась. Какой-то меченый с руганью набросился на возницу, который только руками разводил в безнадежной попытке оправдаться. Тор без труда узнал в вознице Эйрика Маэларского.

Волк оторвался наконец от стены, которую подпирал продолжительное время, и пошел к воротам, бросив на ходу что-то резкое рассерженному меченому. Тот оставил Эйрика в покое и направился в сторону главного здания выполнять отданное сержантом распоряжение. Тор скорее не увидел, а ощутил кожей, как облегченно вздохнул Эйрик Маэларский.

Хой выскользнул из подземелья и с независимым видом зашагал к конюшне. Никто не обратил внимания на маленького человечка, успевшего уже за это время примелькаться всем обитателям королевского замка. Тем временем Волк уже приблизился к воротам, возле которых суетился суранец, готовясь опустить тяжелую решетку. Сержант подошел к нему сзади вплотную и нанес быстрый удар по затылку. Успел или не успел крикнуть напарник этого суранца перед тем, как Волк опрокинул его ударом в челюсть, Тор так и не понял. Скользя сапогами по раскисающей снежной каше, он рванулся к телеге. Соболь и Хой уже выводили коней из конюшни, Рыжий прыгнул в седло прямо с земли и поскакал к воротам. Соболь и Сурок тоже через секунду оказались в седлах, и только Ара никак не мог совладать с конем. Гнедой, испуганный поднявшимся криком, встал на дыбы и, пятясь назад, потащил за собой меченого. Несколько человек уже бежали к Аре, на ходу обнажая мечи. Тор вскинул огненный арбалет и дал длинную очередь. Стрелял он поверх голов, но нападающие попадали на землю. Ара воспользовался дарованной ему передышкой и с помощью Сурка сел наконец в седло.

— Гони, — крикнул Тор Эйрику, падая на солому.

Маэларский взмахнул хлыстом, и кони буквально прыгнули с места, подминая тяжелой телегой суранца, пытавшегося перекрыть проход. Телега застряла точнехонько в воротах. Тор прыгнул на спину бесившегося коня и принялся торопливо обрубать кинжалом упряжь. Испуганный жеребец хрипел, брызгая пеной. Эйрик уже успел освободить своего вороного и первым выскочил на подъемный мост. Тор оглянулся: меченые, мешая друг другу, густо лезли на телегу, размахивая мечами и изрытая ругательства. Их крики подхлестнули жеребца, и он, обрывая последние связи с надоевшей обузой, вырвался на волю.

— К старому мосту, — крикнул Волк, приподнимаясь на стременах.

Времени было в обрез. Меченым уже удалось сдвинуть тяжелую, груженную не только сеном, но и камнями телегу, и освободить выход. Полусотня лихих наездников, озверело работая плетьми, бросилась в погоню за беглецами.

— Наши проворнее суранцев, — крикнул Тору в самое ухо Ара.

И он был прав: среди преследователей преобладали меченые, вооруженные только холодным оружием. Правда, несколько очередей все же простучало вслед бывшим узникам, но не так-то просто попасть в цель, сидя в седле, да еще на полном скаку.

— На мост, — крикнул Волк.

Восемь всадников едва успели миновать этот мост, когда за их спинами раздался оглушительный взрыв. Тор с трудом удержался в седле обезумевшего коня и оглянулся, удивленный не на шутку. Мост, который они только что миновали, рухнул в забурлившую воду, а преследователи, сгрудившись на противоположном берегу, что-то кричали, размахивая руками в бессильной ярости.

— Данна, — кивнул в сторону разрушенного моста Эйрик. — Теперь можно и передохнуть.

Чуб был взбешен не на шутку и винил во всем третьего лейтенанта, в глаза назвав его раззявой. Леденец в ответ только плечами пожал: по его мнению, во всем виноват был сам Чуб, поручивший охрану Тора суранцам. Лось по своему обыкновению молчал, и только побелевшие, плотно сжатые губы да подрагивающая, изуродованная шрамом щека выдавали ту бурю чувств, которая бушевала сейчас в груди первого лейтенанта. Леденец посочувствовал ему, но, разумеется, не вслух.